Однажды и навсегда. Книга вторая
Шрифт:
Чёрт! Да что такое происходит? Они оба бросили меня! Пять лет! Пять лет их не было в моей жизни и вот один из них решил проведать меня посреди ночи, а второй тихо умереть в моей постели?
– Мне нужно их выгнать… Мне нужно их выгнать из моей квартиры и из моей жизни, – стала повторять я себе под нос, обхватив свою голову руками.
– Мия, ты нашла? Долго еще?
– Да, я нашла. Уже бегу…
Алек лежал по пояс обнаженный в моей кровати, глаза закрыты и из признаков жизни была лишь его широкая грудь, которая еле заметно поднималась и опускалась. Люк взял из моих рук полотенце и приложил к открытой ране на животе Алека, сверху положил лёд. Не могла больше смотреть на бледное лицо Алека и быстрым шагом вышла из комнаты, Люк выключил свет в комнате и последовал за мной…
– У тебя классная квартира, – довольно протянул Люк, присев за кухонный стол. – И у тебя появился такой миленький акцент, Мия! И ты, вообще, вся такая…
– Какая?
– Ты другая, – с особой печалью в голосе произнес Люк, быстро оценив мой внешний вид. Я всё ещё была в балетном боде и длинной танцевальной юбке.
– И я рада этому, – сухо ответила я ему.
– А мне нравилась малышка Мия, которая не собирала свои волосы в такой строгий пучок.
– Я огорчу тебя, но её больше нет.
Мой ответ прозвучал так холодно, что я сама поежилась от мурашек, которые побежали по моей коже.
– Зачем ты притащил его сюда? – резко выкрикнула я, указав пальцем на дверь комнаты, где на кровати лежал Алек. – Я видеть его не хочу! Зачем он снова пришел в мою жизнь?
– Точнее в твою квартиру, – спокойно ответил Люк.
– Да, в квартиру… – попыталась я исправиться, но Люк уже успел вопросительно вздернуть бровь вверх.
– Мия, – Люк нахмурился и сурово посмотрел на меня. – Я что-то не знаю? Тебя что-то связывает с ним? Подожди… А откуда ты его знаешь?
Моё молчание на его вопросы затянулось. Люк снова позвал меня по имени, а я так и не решилась вспомнить о том, что нас связывало с Алеком. Много лет назад я дала себе слово – забыть обо всем и я забыла. Почти забыла!
– В какое дерьмо вы опять вляпались? – решила я быстро сменить тему разговора.
– Ты не поверишь, но мы тут не причем! – Спокойно пожал плечами Люк и открыл дверцу моего холодильника. – У тебя нет ничего вкусного! Овощи, фрукты и даже молоко обезжиренное! Как ты так живешь?
– Конечно нет, я должна правильно питаться! И мне нравится моя жизнь!
Закрыла дверцу холодильника перед носом Люка и сложила руки на своей груди. Мой брат понимал, что я ждала от него объяснений, но так и не ответил на мой вопрос.
– Ты злишься на меня, я знаю, – как-то особенно произнес эти слова Люк. Так особенно, что мои глаза сразу же намокли. – Но я очень горжусь тобой, сестренка. Я читал о тебе статью в журнале.
Что? Что он сказал?
– Ты читал обо мне статью? Ты знал всё это время где я была и ни разу не связался со мной? Твою мать, Люк! Я все это время думала, что ты…
– Что я что?
– Твою мать, Люк!
От услышанного руки задрожали настолько сильно, что я выронила кружку и она разбилась на бессчетное множество мелких кусочков. Грубо выругалась и принялась быстро собирать осколки с кафельного пола. Люк быстро присел рядом со мной, поднял меня за плечи и заключил в объятия. Злость и обида твердили мне выкрутиться из рук брата, но моё тело расслабилось и предательски обмякло. Я не сдержалась и тихо разрыдалась в мужское плечо. Казалось, что все эти годы я ждала этого момента, чтобы снова стать той самой Мией, которая умерла по дороге в аэропорт.
– Я хотел извиниться перед тобой, – прошептал мне Люк, нежно проведя рукой по моим волосам. – Я не должен был вмешивать тебя. Не должен был подвергать тебя опасности. Прости меня, Мия.
– Его надо отвезти в больницу, – всхлипнула я, уткнувшись носом в грудь своего брата.
– Нам нельзя в больницу. Только не в больницу.
– Ммм, нет…Ммм…
Мы одновременно обернулись на дверь моей спальной комнаты, из которой послышались невнятные бормотания и стоны. И как бы я не была обижена на него, но моё сердце заныло от боли. От боли и страха за Алека.
– Люк! Надо что-то делать! А если он…
– Слушай, у тебя есть знакомый доктор, который может прямо сейчас осмотреть его?
– Откуда? Я танцовщица, а не медсестра! Хотя… Есть один человек.
Глава 3. Я больше не нуждалась в любви…
Мия
Мы сидели в гостинной, нервно переглядывались друг на друга, пока доктор осматривал Алека в моей спальной комнате.
– Почему так тихо? – полушепотом выкрикнул Люк, вскочив на ноги. – Он точно знает, что нужно делать? Он точно доктор?
– Франсуа Эрве один из лучших докторов этого города. Прекрати нервничать, Люк!
Мой спокойный, пусть и немного дрожащий голос не подействовал на Люка и он приложил ухо к закрытой двери спальной комнаты. Тихо выругался, ничего не услышав.
– Мия, ты уверена, что ему можно доверять? Как долго ты его знаешь?
Закатила глаза в ответ на его деликатные вопросы и посмотрела на своего брата, как на невоспитанного ребенка, за которого мне было стыдно.
– Не закатывай глаза, Мия! Это неприлично! И… я просто волнуюсь за него!
– Волнуешься? – не смогла я скрыть своего удивления. – С чего бы это?
Верилось с трудом! Как Люк мог волноваться за человека, который несколько лет назад чуть жизни его не лишил?
– Это наше дело, сестрёнка и не надо совать в него свой маленький, миленький носик. – Указательный палец Люка коснулся кончика моего носа и слегка вздернул его вверх.
А я уже успела забыть какой Люк Браун бывает невыносимый!
– Меня ваши дела не волнуют, – сухо буркнула я в ответ, опять почувствовав, как моё лицо покраснело от злости. – И напомню, что это не я пришла к вам, а вы ко мне, братец…
Франсуа возился с Алеком уже больше часа и если быть честной, я сама стала немного переживать. И тут дверь резко открылась и Люк широко улыбнулся Франсуа, успев как ни в чем не бывало опереться рукой на дверь. Он сделал это так наигранно, но, кажется, это заметила только я.
– Я сделал всё, что смог. Нужно немного времени на восстановление, – сказал Франсуа, двумя пальцами поправив круглые очки. – Сейчас ему нужен покой, а когда придет в себя – постельный режим.
– Ну что? Что он сказал? – спросил меня Люк, кинув суровый взгляд на доктора, а я проигнорировала его вопрос. Какой же он нетерпеливый!