Чтение онлайн

– Я не могу пойти. – Марисоль опустилась на стул и принялась расстегивать пуговицы на своих длинных шелковых перчатках.

– Прекрати. – Эванджелина схватила руку своей сводной сестры, прежде чем та испортила наряд окончательно. – Все знают, что скандальные статьи далеки от действительности. Ты ведь сама это говорила. Люди читают их для развлечения, а не в поисках правды.

– Но люди все равно верят им, – простонала Марисоль. – На этих страницах всегда есть доля правды, чтобы ложь воспринималась как реальность. Если я появлюсь на сегодняшнем вечере, как сказано в газете, для людей это станет доказательством того, что и остальная часть статьи – правда.

– Тогда докажи, что они ошибаются. Когда ты явишься сегодня на празднество, а я не превращусь в камень, люди поймут, что ты не хочешь проклясть меня.

– А если случится что-то ужасное и меня обвинят в этом?

Эванджелина хотела сказать своей сводной сестре, что не нужно беспокоиться о несчастьях, которые могут нагрянуть на Нескончаемой Ночи. Но она не могла с уверенностью давать такое обещание Марисоль, учитывая, что сегодня там будет Джекс.

– Если сегодня случится бедствие, то тебя, скорее всего, обвинят в нем, если ты не появишься. Легко очернить тень, когда ее не видно, но любой, кто познакомится с тобой лично, увидит, какая ты заботливая, добрая и чуткая.

– Я думаю, ты слишком сильно в меня веришь, – фыркнула Марисоль. – Просто позволь мне остаться здесь. В этом платье ты выглядишь так, как будто должна стать принцессой, а если возьмешь с собой меня, я наверняка разрушу твои оставшиеся шансы стать ею. Никому не нужно общество Проклятой Невесты.

– Ты не проклята. И меня не волнует, что станется с принцем. – Эванджелину так и подмывало сказать, что после слов, напечатанных о ней тем утром в «сплетниках», ее шансы на отношения с Аполлоном были невелики. Но Эванджелина не верила в это на самом деле. В ней теплилась надежда, что она еще встретится с принцем Аполлоном или обретет шанс на свое «долго и счастливо», как и верила она в ту же возможность для Марисоль. Все те сплетни и ложь, что печатались в газетах о ее сводной сестре, были далеки от истины. И если они с Марисоль появятся на сегодняшнем вечере вместе, улыбающиеся, счастливые и без тени страха на лицах, то это откроет людям глаза на правду и они перестанут верить всей этой грязной лжи.

– Одна из причин, по которой я вообще согласилась на эту поездку, – возможность взять с собой тебя. Я подумала, что если ты отправишься сюда вместе со мной, то сможешь вновь обрести уверенность в себе и, возможно, начать все с чистого листа. Нескончаемая Ночь – не просто бал, это шанс окунуться в сказку, изменить ход своей жизни и получить возможности, которые некоторые люди ищут всю жизнь! Это ночь, когда ты сможешь заново открыть себя, ослепить окружающих и доказать каждому глупцу, кто верит словам на страницах «сплетников», что ты не настолько ревнива, чтобы строить магические козни о превращении меня обратно в камень.

– Твои слова звучат убедительно. – Марисоль снова фыркнула, но на этот раз в ее голосе прозвучал смех.

Мнение сестры наконец-то начало изменяться. В голосе появилась легкость, а щечки приобрели здоровый розовый оттенок.

– Я пойду с тобой на бал, но только потому, что с моей стороны довольно глупо полагать, что я могу снизить твои шансы, когда ты так прекрасно выглядишь. Держу пари, ты получишь все пять предложений прежде, чем принц выберет свою первую партнершу для танца. – Марисоль протянула обтянутую перчаткой руку и коснулась одного из сотен шелковых цветов, нашитых на юбки Эванджелины.

– О нет! – Лоскуток ткани фиолетового цвета, оторванного от платья, оказался в пальцах Марисоль. – Мне так жаль…

– Все в порядке, – сказала Эванджелина. – Не обращай внимания. На платье так много цветов, что никто не заметит пропажу одной фиалки, если хорошенько не приглядеться. – И все же взгляд Эванджелины метнулся к поврежденному участку юбки, где раньше красовался цветок. Из ткани торчало пять фиолетовых нитей. Толстых нитей, которые не должны были так легко порваться.

Могла ли Марисоль нарочно оторвать цветок?

Эванджелина старалась отогнать эту жалкую мысль, закравшуюся ей в голову. Все это – лишь дурацкие сомнения, навеянные статьей Кристофа, что вновь возродила те подозрения, которые Эванджелина пыталась позабыть и оставить на юге. Марисоль ей не враг. Марисоль никогда бы не стала намеренно причинять Эванджелине вреда или портить ее платье.

Но сомнения Эванджелины были подобны соли. Одной щепотки хватило, чтобы изменить вкус ее мыслей. Она вспомнила внезапно помрачневшее лицо Марисоль после прочтения скандальной статьи, объявившей Эванджелину одной из фавориток. И Марисоль в тот день ушла одна. Эванджелине все еще хотелось верить, что если сводная сестра и забрела в лавку заклинаний, то это была чистой воды случайность, но вдруг она и впрямь немного ревновала? Что, если ревность побудила ее зайти в тот магазин, невзирая на страхи перед магией?

– Дамы, надеюсь, вы готовы. Пора выходить! – Дружелюбный голос Франжелики сопроводили два бодрых стука в дверь.

Минуту спустя они вместе уже выходили из трактира, направляясь к экипажу, запряженному четверкой вороных лошадей, столь же темных, как и остатки сомнений, все еще терзающих душу Эванджелины. Она вовсе не хотела думать о своей сводной сестре плохо, но правда заключалась в том, что наблюдения за Эванджелиной, которые описал Кристоф после вчерашней ночи, по большей части соответствовали действительности, так что, вполне возможно, он написал правду и о Марисоль.

– Прошу меня извинить. – Эванджелина остановилась, прежде чем войти в карету. Если Кристоф был прав насчет Марисоль, ей необходимо было в этом убедиться до своего прибытия на бал. – Кажется, я забыла свои перчатки. Сейчас вернусь.

Эванджелина помчалась обратно в трактир и вверх по лестнице, размахивая юбками с нежными цветами, никак не предназначенными для бега. Ей нужно было действовать быстро, она должна была убедиться, что ее сводная сестра не последует за ней. Если она ошибалась насчет Марисоль – а Эванджелина была почти уверена, что ошибалась, – ей бы не хотелось, чтобы та застала ее в своей комнате за поисками книг заклинаний. Если бы сводная сестра узнала, что даже Эванджелина испытывала искушение поверить в слова Кристофа Найтлингера, она была бы раздавлена.

Вернувшись в комнату, Эванджелина проскользнула мимо стола в гостиной, где намеренно оставила перчатки, и направилась прямиком в покои Марисоль. В очаге по-прежнему горел огонь, окутывая теплым светом спальню, точно такую же, как у Эванджелины, не считая витающих в воздухе ароматов ванили и сливок, что всегда исходили от ее сводной сестры.

В комнате нашлось немало книг, но они, по-видимому, не имели никакой магической подоплеки. Единственное, что обнаружила Эванджелина, – это стопка красивых розовых кулинарных томов на ночном столике.

«Рецепты Древнего Севера: Переведены впервые за пять сотен лет»

«Пеки, как гоблин-кондитер»

«Сладкая соль: Секретный ингредиент для всего на свете»

– Эванджелина…

Время остановилось, когда раздался голос Марисоль.

Повернувшись, Эванджелина увидела свою сводную сестру, стоящую в округлом дверном проеме.

Казалось, все сегодня подкрадывались к ней незаметно. «Нет», – быстро поправила себя Эванджелина. Марисоль не подкрадывалась. Просто Эванджелина слишком увлеклась своими подозрениями в ее колдовстве, что даже не услышала, как вошла сводная сестра.