Чтение онлайн

Малисса полагала, что ей предстоит лично схлестнуться с Владыкой. Но стоило ей спуститься в Преисподнюю, девушка поняла, что ей не пройти и половины пути. Настолько непостижимым оказалось то, что она узрела. За нее пошла названная сестра.

Маленькая Эстлин взяла на себя все. Девочка, вытянувшая с того света целый мир. Ребенок, лишенный детства и семьи. Никогда прежде не знавший, что такое любовь. Ей хватило сил и мудрости справиться с поставленной задачей. А еще ее большое сердце вместило их троих. Ее семью нефилимов. Таких разных и непохожих. Каждого она приняла по-своему. Дала каждому, в чем тот нуждался. И не вспомнила о себе ни на миг.

Нет, Малисса не способна была на столь полную самоотдачу. Как смела она надеяться, что ей удастся победить Владыку? Нет, Пророк говорил тогда не об этом.

Разгадка пришла лишь неделю назад.

Она не хотела врать себе, что не мечтала об этом. Но только то, что происходило с ней теперь, меняло все в корне. Такого прежде и на свете не случалось. Пожалуй, им пора рассказать Кердасу и Эстлин. Впрочем, сестра, кажется, уже догадалась. Если судить по ее пристальным взглядам и нахмуренным бровям. От Эстлин Авершам ничто не ускользнет. Вопрос в том, как чародейка примет новость. Ведь с рождения в ее голову вбивали одну мысль: вмешиваться в привычное течение жизни нельзя.

Спустя столько лет уже глупо задаваться вопросом, правильное ли она решение приняла, что связала судьбу с Далейном. Сестру-то она годами оберегала от нежелательных приключений с мужчинами. И вот… целительница была счастлива. Несмотря на все тревоги и возможные последствия. Сломает ли это мир или спасет — не важно. Впервые для нее неважно. А важно лишь то, как счастливы они с Далейном.

Супруги-нефилимы были уже сейчас готовы встать плечом к плечу против трех миров разом. И в этом единстве Малисса находила успокоение от тревог. Она доверяла мужу и верила, что ничто не заставит его вновь стать неслыханным чудовищем-пиратом.

Будто прочтя мысли жены, Далейн взял ее за руку. Сжал пальцы.

Она сделала вид, что рассматривает свои ноги. Лишь бы не глядеть на казнь.

Ей совершенно не нравилось, с какой непринужденностью Кердас рубит голову осужденного. Даже с каким-то облегчением. Не должны нефилимы вмешиваться в дела людских государей. А тем более уже вершить для них суд. Отнимать жизнь — дело несправедливое.

Конечно, бывший магистр Абиалли совершил достаточно преступлений. Но заслужил ли он смерть? Уж точно не от рук нефилима. В последнем Малисса не сомневалась.

Когда подсудимого привели на сооруженный во дворе эшафот, он был бледен и тревожен. Пытался заговорить с королем, но Кердас подтолкнул его в спину, давая понять, что все разговоры окончены.

На этом Малисса отвернулась.

В стороне молча стоял Орис Винграйн. Лицо короля ничего не выражало. Как восковая маска. Он не сводил глаз с происходящего.

Хмурые свинцовые тучи стали плотнее и ниже. Пошел снег. Крупные снежинки закружились в воздухе.

Целительница повернулась к сестре. Но вместо привычной сдержанности Эстлин Авершам демонстрировала беспокойство. Она закусила губу и легонько теребила в руках кончик длинной косы, перекинутой на грудь поверх тяжелого теплого плаща. Девушка наблюдала за казнью, но как-то отстраненно. Будто была мыслями не здесь.

Малисса хотела спросить, когда все завершится, что же ее беспокоит. Но стоило мечу Кердаса опуститься на шею осужденного, как чародейка развернулась и быстро пошла прочь, ничего никому не объяснив.

За высокими арочными окнами шел снег. Погода менялась. Будто спешила догнать Вендала с самых Пиков Найсада. Сначала ветер закружил отдельные снежинки. А потом их пелена стала настолько плотной, что вовсе скрыла дальние деревья в саду. Белое марево успокаивало. Нагоняло дремоту.

По обыкновению в зимнее время года три вишневых бархатных кресла были подвинуты ближе к камину, в котором на свежих поленьях неспешно разгорался огонь. В помещении царил полумрак. Запыленные гобеленовые шторы и бесчисленные корешки книг будто сгущали его. Свечи в канделябрах были потушены. Казалось, слуги начали забывать о том, чтобы поддерживать библиотеку покойной королевы в достойном состоянии.

Вендал откинулся в кресле матери. Расстегнул ворот камзола, чтобы дышать вольнее. Сжал руками потертые подлокотники. Погрузился в размышления.

Таким его нашла Эстлин. Мрачным и неподвижным.

Тихо скрипнула дверь. Пропустила чародейку внутрь просторного помещения и с таким же легким скрипом затворилась за ней. Авершам молча прошла ближе. На ходу скинула тяжелый плащ. Взмахнула рукой. Огонь в очаге запылал ярче. Взметнул в дымоход сноп ярких искр. Одна за другой зажглись свечи. Комната осветилась ярким ровным светом.

Девушка подошла к принцу. Опустилась на пол у его ног. Отложила в сторону посох. Положила руки на его колени. И заглянула в глаза долгим понимающим взглядом.

Вендал накрыл ее ладони своей. Они были холодны после пребывания на улице.

— Я знала, что найду тебя здесь, — наконец, прошептала она.

— Я знал, что ты найдешь меня.

Тень улыбки скользнула по губам юноши.

— Все закончилось, Вендал, — Эстлин погладила пальцы принца. — Его больше нет.

Наследник Кархолла промолчал.

Какое-то время они сидели молча. Лишь потрескивали дрова в очаге. И время будто остановилось.

— Скажи мне, ты правда хочешь отомстить детям Абиалли? — вдруг встревоженно спросила чародейка.

Вендал горько усмехнулся.

— Ну что ты, — он наморщил лоб. — Если они не знали ничего о планах отца и не принимали в них участия, мне наказывать их не за что. Я сказал все лишь, чтобы причинить ему муки сомнений.

— Тебе это удалось, — заметила Эстлин.

Принц наклонился к ней.

— Ты испугалась, что в порыве гнева я обижу невиновных? — предположил он.

Меж бровями чародейки пролегла знакомая морщинка.

— Я испугалась, что ты один и тебе плохо, — призналась Авершам. — А человек способен на многое, когда ему плохо. Люди в отчаянии совершают поступки, о которых потом жалеют. Я не хочу этого для тебя.

В ответ Вендал вновь сжал ее пальцы. Будто безмолвно поблагодарил.

— Не бойся, моя госпожа. Тьма меня не поглотит, — на лице принца расцвела знакомая озорная улыбка.

Чародейка невольно заметила, как усилился снегопад на улице. Снег повалил густой. Его плотная пелена казалась серой. От этого создалось впечатление, что наступил вечер. Огонь в огромном камине пылал ярко. Весело потрескивали поленья. Свечи отбрасывали мягкие пляшущие блики на позолоченные поверхности канделябров. Уютно пахло очагом и книжной пылью. Обманчивый покой.