Чтение онлайн

Укутавшись в белоснежное одеяло, я подошла к окну и, глядя на суматошный Нью-Йорк почти с высоты птичьего полёта, задумалась о сегодняшнем дне и слегка заволновалась.

«Может, не стоит идти на эту вечеринку к Джейн?»

Моя единственная подруга недавно узаконила свои отношения и в скором времени та же участь ожидает меня. До сих пор в это трудно поверить. Ведь ещё совсем недавно мы с Джейн так беззаботно проводили дни, а теперь у каждой из нас своя жизнь. Но Джейн хотя бы испытывает то прекрасное чувство – счастье. В отличие от меня, у которой имелся жирный минус в характере: делить всё на чёрное и белое, где при выборе действий или размышлений меня бросало по двум полюсам. Отсюда и часто менялось настроение: от хорошего и активного до поникшего и депрессивного. Но под всем этим «тяжёлым занавесом» скрывалась тонкая и нежная натура, которую мало кому удавалось разглядеть.

Сбросив одеяло, я швырнула его на кровать. Мне нужен горячий кофе и быстрый перекус. Выйдя из спальни, я направилась на кухню – моё любимое безмятежное место, где могла насладиться утренним кофе, размышляя о постоянно меняющемся горизонте мегаполиса.

Сделав глоток капучино, меня отвлёк телефон. Кто ещё кроме Брендона мог позвонить мне в такую рань. Порой его не волновало вовсе – сплю я или нет, когда он в разъездах.

– Привет, дорогая, как ты? – немного уставшим тоном произнёс он.

С тех пор как Брендон улетел в Чикаго по работе, мы не виделись уже более полумесяца.

Вуд мог параллельно вести около двадцати дел.

Своими усилиями и достигаемыми результатами – выигранных им процессов, Брендон сделал себе «громкое» имя, сформировав свою репутацию, и на данный момент имел самый высокий рейтинг в правовой сфере США, а также твёрдый статус адвоката.

Но два года назад Брендон едва не запятнал свою честь, когда частое упоминание его имени в средствах массовой информации, посчитали за самопиар. И тогда его мать, занимая верхушку информационного агентства, вовремя пресекла прессовую шумиху.

В период его частого отсутствия, FaceTime или обычные звонки уже воспринимались как должное.

Когда-то по его рассказам Вуд числился в полицейской академии, но не получил даже и шерифа, поскольку он с трудом осваивал навыки обращения с оружием и прочие физические требования.

– Привет, Брендон. Я жду звонка от кузена. Он едет со мной к Джейн, – кидаю взгляд на тарелку с салатом из авокадо и свежих овощей и пододвигаю к себе ближе.

– А я думал, Райан в Англии…

– Прилетел сюда на пару дней, но завтра он уже обратно, – поджимаю губы и шумно вздыхаю, дав понять, что не в духе.

– Ну и к чему огорчения, когда твой кузен-эрудит очень даже неплохо впишется в вашу компанию. Но слишком откровенно туда не одевайся.

– Может, мне в таком случае уже арабскую абайю на себя напялить? – накалываю вилкой кусочек авокадо и тащу его в рот.

– Дорогая, я в отлёте, как мне не волноваться за тебя? Да, я сожалею, что не смог прилететь в назначенный срок, но и дело бросить тоже не могу, которое, кстати, уже почти завершил. Слишком запутанно всё было…

– Это не самое долгое дело, над которым ты работал. Но я тебя поздравляю… – без интереса выдала, жуя салат.

– Ладно, любимая, не злись. Завтра я уже прилетаю, но давай договоримся, что хотя бы раз в три часа я буду получать от тебя сообщения, – в голосе Брендона слышалась требовательность.

– Это контроль? – с этим вопросом пропал весь аппетит, и я положила вилку на тарелку.

– Безопасность. Разве я много прошу от своей невесты?

– Хорошо…

– Вот и прекрасно. Ладно, не буду тебя задерживать. Да и мне ещё предстоит поработать над кучей бумаг для моего подсудимого, а я ещё даже не спал.

– Да… Брендон… хорошо…

– Люблю тебя. Кстати, если хотите, моя мать может отвезти вас с Райаном обратно домой?

– О, нет, не нужно беспокоить миссис Вуд! – едва не выкрикнула я, представив, как выслушивала бы всю дорогу её нотации о нарушенных правилах одного бокала.

– Хорошо, дорогая, тогда увидимся завтра. Целую.

– Увидимся, Брен… – не успела я даже договорить его имени, и положила телефон на стол. Он всегда занят. И день. И ночь.

С Брендоном мы познакомились на выставке картин в Гранд-музее. Когда я разглядывала одну из композиций, мужчина подошёл ко мне и с угрюмым выражением лица сказал:

« – Мисс, что Вы тут рассматриваете? Это же полная безвкусица. Разве Вы не находите, что это искусство пахнет искусственно?»

С моей стороны на его слова завязался неугомонный спор. И когда он устал молча выслушивать мои реплики о том, как художник гениально положил краску на холст, то просто пригласил меня на свидание, а после сама того не заметила, как наши отношения начали стремительно развиваться.

На прошлое Рождество Брендон сделал мне предложение. Сказочно надеть кольцо на палец в такой чудесный праздник. Но когда одиннадцать лет назад со мной случилась беда на озере в Висконсин из-за чего в семнадцать лет мне поставили бесплодие, я возненавидела этот праздник всей душой, что навсегда разломал мою женскую жизнь. Тогда я закрылась в себе. Нескончаемый плач по ночам в подушку с мыслями, что такая, как я, не сможет подарить любимому мужчине крохотное счастье. Если какой-нибудь мужчина теперь вообще будет в моей жизни. Полноценная семья для меня стала недосягаемой мечтой.

Вуд просил руки и сердца очень трогательно. А также настаивал меня забыть о случившемся кошмаре, тем самым давая понять, чтобы моя тонкая душа ни в коем случае не теряла надежды на будущее материнство. Но будь даже иначе, Брендон клялся, что отсутствие полноценной семьи никак и никогда не повлияет на его любовь и отношение ко мне.

Я согласилась, сказав: «Да». Словно Брендон стал для меня единственным человеком на земле.

Тем временем мы запланировали свадьбу на осень по инициативе его матери. Когда я сказала миссис Вуд, что хотела бы организовать всё в начале августа, то мать Брендона ответила мне в недовольной форме, что всем будет заниматься она. Статная женщина имея тотальную власть, уверяла, что только она обладает изысканным вкусом и лучше всех разбирается во всём.

Всё, чем я могла ей помочь – найти идеального флориста, которых я как раз и ненавидела. Миссис Вуд словно знала, что именно выходило у меня хуже всего, а потом приравнивала меня ни к чему не приспособленным личностям.

Нам сложно было найти общий язык, но так как это мать моего будущего супруга, приходилось терпеть эту несносную женщину.

Доставая праздничное платье, после завершения завтрака, мой телефон снова зазвонил. Фотография кузена, демонстрируя его довольную улыбку, высвечивалась на экране моего яблочного смартфона.

– Мел, я прихватил с собой обалденный виски! – радостно огласил Райан в трубку.

– Не забывай, у тебя утром самолёт… – предупреждающий тон вырвался с меня.

– Не переживай, стюардессы уже не раз приводили меня в чувства. Глоток виски и жизнь снова прекрасна.

– Поэтому ты и летаешь исключительно первым классом…

– Несомненно. Правда жаль, что сексуальные стюардессы к виски не включены.

– И это мой кузен, поступивший на факультет гуманитарных наук… Мне за тебя стыдно.