Чтение онлайн

– Не уходи. Вместе мы все выдержим.

– Нет. Будь реальным, мальчиком.

Она гладит меня ладошкой по плечу.

– Пусть эта ночь, будет нашей... ночью любви, - заканчивает она фразу.

Когда я проснулся, в доме было тихо. Инки рядом не было.

– Инна.

Молчание. Я вскочил и бросился по комнатам, пусто. На кухонном столе записка.

"Ты меня жди... Постарайся не звонить и не искать меня. Я сама тебя найду."

Как я потом выяснил, Инна, кроме своих мелких вещичек, прихватила из чемоданчика, подаренного мне, один из скальпелей.

Гошка встревожен.

– Валя, Марта на работу не вышла...

– Ты ей звонил домой?

– Да. Там ее дочка, слезами заливается. Говорит, заперлась в своей комнате и что то бормочет. К телефону подходить не хочет.

– Главному говорил?

– Говорил.

– Ну и что?

– Сказал, что сам ей позвонит.

– Только бы тяжело не заболела. Прямо какой то рок над нашей группой. Ты значит, сегодня последний день?

– Все, кончаю с этим ужасом. Я там бутылочку принес. Думал, мы втроем разопьем...

– Может она еще приедет сюда.

– Не уверен.

Мне достался утопленник. Задача одна, определить не было ли насильственной смерти и я изучаю труп основательно. На плечах и ногах мертвеца темные пятна, под ногтями катышки чужого тела. Его топили в ванне или в глубокой луже. Я делаю соскобы кожи утопленника и выковыриваю часть катышков из-под ногтей, пусть все идет в лабораторию, на определение ДНК. Теперь для проверки вскрою легкие, чтобы выяснить, там вода водопроводная или нет.

– Валентин, - слышится сзади голос главного.

– Я.

– Кончишь этого. Поезжай к Марте, похоже у нее серьезно...

– Думаете, она того?

– Ничего не думаю, черт возьми, - срывается он.
– Что за идиотская группа врачей попалась. Три чокнутых, одного зарезали, а последний, все время задает дурацкие вопросы.

– Работа такая, каждый психом может быть.

– Работа нормальная, - главный успокаивается.
– Поезжай и если она действительно того... Вызывай скорую помощь.

– А как же дочка?

– Не сможешь найти родственников, поговори со своей красавицей, я ее видел вчера на кладбище, мне она понравилась, может возьмешь к себе.

– Моя красавица сегодня от меня ушла.

Главный матерно ругается и уходит.

– Поезжай, - слышится напоследок его голос уже в коридоре.

Я вхожу к Гошке уже вымытый и одетый. Он в маске, перчатках и клеенчатом переднике выглядит нелепо перед мальчиком, распластанном на столе.

– Гоша, пожалуй у меня не выйдет ничего с выпивкой. Главный послал меня к Марте.

– Тогда, ладно. Не судьба. Я тебе бутылочку в шкафчике оставлю и закрою на замок. Самому одному пить тошно. Прощай, Валя.

– Прощай, Гоша.

Я у же у двери слышу его голос.

– Валька, неужели вы все мне не верите?

– В чем?
– оборачиваюсь к нему.

– У этого мальчика, вылетела душа. Я как тебя сейчас вижу, увидел перед началом экспертизы.

– Гоша, ты прав... Прощай друг, счастья тебе.

Испуганная дочка Марты открывает мне двери.

– Ну как мама?

– Сидит там. Я боюсь за нее.

– Пошли посмотрим.

Девочка подводит меня к двери в спальню.

– Здесь...

– Марта, - кричу я, - Это я, Валя. Открой пожалуйста.

За дверью бормотание.

– Марта, - стучу в дверь, - открой. Иначе я выломаю дверь.

Бормотание стихает, слышен скрип ключа. Я открываю дверь. Спина голой женщины, передо мной, совершенно опухшая Марта шла к кровати. Она зарывается под одеяло и смотрит на меня.

– Валечка, я ослабла... Таська, кыш от сюда, - шипит она на дочь.

Та пятится за дверь.

– Валечка, иди ко мне. Я тебе так хорошо сделаю...

– Почему ты не пришла на работу?

– Колька не велел. Он так и сказал... не ходи. Я и осталась с ним.

– Что ты несешь?

Марта пьяно улыбается и тут я вижу под кроватью пустых бутылок штук двадцать из под "московской" водки.

– Так ты идешь ко мне?

– Нет.

– Молодая, красивая, взяла за душу, а мне... Что оставили мне? Вот...

Смотри... Колька...

Ее взгляд застыл в углу комнаты и рот глупо растянулся в улыбке.

– Может вызвать врача?

– Молчи. Все остались с чем то. Гошка, с богом, ты, с любовью, Колька, с вечностью, а я.... Никуда не пойду, никого мне не надо. Сегодня наш с Колькой праздник.

– Черт с тобой.

Я вышел из спальни.

– Где телефон?
– обратился к дочке Марты.

– Вот.

Набираю номер.

– Больница? Мне начальника отделения, Владлена... Владик, привет, это я, Валентин, из морга. Вспомнил, старый черт, это хорошо... Зачем от работы отвлекаю? Одно дело есть. Ты Марту помнишь? Ту самую, с которой ты встречался когда то давно. Ну, да... Приезжай к ней домой, по моему с ней плохо. Да, да, по твоей специальности. Адрес то еще помнишь? Я здесь, жду тебя.

Вешаю трубку и присаживаюсь на стул.

– Тася, твоя мама похоже заболела. Я вызвал врачей.

– Хорошо, дядя Валя.

– Ты одна сможешь в квартире продержаться?

– Не знаю.

– Бабушка, дедушка есть?

– Бабушка.

– Вызывай к себе. Веселее будет.

– Вы думаете с мамой так серьезно, ее от меня увезут?

– Думаю, так... У нее белая горячка, это лечится, она к тебе вернется.

Владик, сразу понял в чем дело.

– Старик, ты ее хочешь спихнуть ко мне в отделение?

– Конечно. Подержи немного, полечи, нервный срыв, у кого не бывает.

– Хорошо. Я ее беру к себе в псих отделение. Там посмотрим, как все обернется. Но ты знай, ты мой должник...

– Я понял. Когда попадешься мне на стол, постараюсь очень не кромсать.

– Ну и шуточки у тебя. Пока, старик.

Одетую Марту выводят санитары. Мы с Тасей остаемся в квартире одни.

– Маму вылечат?
– спрашивает она.

– Обязательно. Только больше она у нас работать не будет. Не учись никогда девочка на хирурга, это мужское дело.