Чтение онлайн

– Чего его интересовало?

– Все... Но я сразу понял, он не патологоанатом, а просто... врач. Удивляюсь, как его к нам главным пропихнули?

– Жулик он, по глазам вижу, - говорит Галя.
– По второй, мальчики. Выпьем за мою работу. Чтобы люди подольше жили и поменьше мне приходилось трудиться на новом, вернее, на старом месте. Поехали.

Мы выпиваем и, закусив, я все же не могу отцепиться от Семена.

– Семен, так о чем же вы все таки говорили с главным?

– Да, о почках, печени, сердце, можно ли их хранить, как хранить, когда омертвление органов идет..., в общем пол курса анатомии.

– Сволочь...

– Чего это ты?

– Ничего. Просто сорвалось.

– Мальчики, поехали по третьей. За меня. Чтобы в 35 баба ягодка опять.

Галя по мужски разливает водку и мы выпили за этот приятный тост.

Кошка, увидела меня пьяным и быстро убралась на кухню.

– Игнорируешь, тварь, теперь ты опять в квартире рядового доктора. Пищу будешь получать, как и прежде, без колбасы...

– Але... Алексей Игнатьевич, вы не спите?

– Еще нет.

– Это хорошо. У меня для вас есть небольшое сообщение. Вы знаете, что нам прислали нового главного врача?

– Знаю.

– Так вот, я думаю, что скоро вариант с покушением на меня повторится.

– Почему же?

– Я узнал в новом глав враче, того самого человека, который покупал у Бориса органы...

– Вы ему сказали об этом?

– Нет.

– Кто еще знает?

– Вы, я, а милиция знает его портрет по моим описаниям и вроде ни гу-гу.

– Хорошо, я принял к сведению. С вашей стороны полное молчание.

– Я понял.

– Тогда до свидания.

Нашу группу опять усиливают. Из второй смены старперов прислали старичка Мирона. Это опытный, но медлительный патологоанатом. Его производительность в два раза меньше нашей с Семеном. Мы все к нему относимся уважительно и прощаем старческое кряхтение и ворчание. Вот и сейчас, когда мы сидели в комнате отдыха, старик Мирон, начинает бубнить.

– Ваш главный, говно...

– Он не наш, - замечаю я.

– Не важно, все равно говно. Он не эксперт, ни патологоанатом и совсем не знает нашей работы. Я решил послать письмо в горздрав и в министерство, что несправедливо заменять специалиста на говно.

– Может он еще освоиться..., - неуверенно тянет Семен.

– Говно не осваивается, оно плывет...

– Он с вами разговаривал?
– спросил я.

– Приставал. Я его быстро поставил на место.

– А что он говорил?

– Что неплохо бы человеческие органы консервировать. Я ему за это слово сразу высказал, что о нем думаю.

– Он может это..., - Семен проводит жест рукой.

– Уволить? Здесь людей не хватает. Где он еще их найдет? Сюда молодежь не идет, кому охота копаться в человеческих отходах. Меня не уволят, я сам скоро помру, но только за рабочим столом.

– Не умирай Мироныч, иначе после твоей смерти, сбегут все, поняв, что это богом проклятое место. За два месяца мы потеряли троих, еще двое сошли с ума, одна спилась, одна сбежала...

– Уговорил. Ради вас, потерплю немного.

Кошка подозрительно часто орет у входа. Я вхожу в квартиру и сразу понимаю, что то не то. У меня был обыск. Не такой как первый раз, когда искали алмаз, а более деликатный. Все вытаскивали, трясли и ставили на место.

– Что же ты тварь, так плохо охраняешь дом?

Но кошке не до меня, она ведет меня в туалет. Там ее кювета вывернута на изнанку и все рассыпано по полу. Пришлось убрать, вымыть пол и кювету и насыпать свежего песку. Кошка с нетерпением сразу садиться на свой горшок.

– Ты у меня все же умница, - констатирую я.

Камень не украли, он по прежнему висит приклеенный липкой лентой к сучку лимонного дерева, прикрытый листьями. Когда мы с кошкой поели, зазвенел телефон.

– Валентин Иванович, здравствуйте. Вы меня узнаете? Это я Марина, подружка Инны. Мы еще приходили к вам...

– Помню, помню.

– Мне бы встретится с вами...

– Что-нибудь произошло?

– Да, нет. Просто мне нужно вас увидеть.

– Сейчас?

– Почему бы и нет. Я живу рядом.

– Хорошо, встретимся в кафе "Матрешка". Вы знаете где это?

– Знаю.

– Вам пол часа хватит собраться?

– Вполне.

– Тогда до встречи.

Марина задержалась на пятнадцать минут.

– Извините, мама задержала. Говорит девушки, на свидание всегда опаздывают и долго меня пилила за отсутствие вкуса...

– Понятно. По моему у вас вкус есть. Мне очень понравилось, как вы выглядите. Что будите пить?

– Что-нибудь легкое.

Я заказываю бутылку сухого вина и коробку конфет.

– Инна с вами встречалась перед отъездом?
– спрашивает она.

– Да. Я ее даже проводил до самолета.

– Она больше не вернется в Союз. Мне вчера от нее пришло письмо. Я вам дам почитать.

– Мне неудобно. Лучше расскажите, что там...

– Инна уехала из Франции, куда... неизвестно. Письмо написала перед отъездом. Там скрытый смысл, но ясно одно. Ее нашли и чего то просили вернуть. Поэтому она и поспешила исчезнуть. Просила передать вам привет и... что сюда больше не вернется.

– Это я понял еще тогда...

– Простите. Вы ее очень любили?

– Не знаю. Когда была рядом, тянуло, к ее молодости тянуло. А когда исчезла, такое впечатление, будь то я ничего не терял.

– Я поняла. У меня тоже так бывает. Когда парень рядом, вроде очень тянет, а нет его и забываю даже.

– Мы с тобой коллеги по несчастью, - смеюсь я.
– Давай выпьем, за это замечательное слово - любовь. Чтобы оно было в тебе всегда и с парнем и без него.

– Я согласна.

Мы чокнулись и выпили.

– Здесь еще... Я вам должна была передать один пакет. Инна просила. Перед отъездом, она была у меня и сказала, что может быть вас не застанет и просила передать его. Я все тянула, никак не могла связаться, то занята сама, то вас дома нет...

Вот оно. А я ломал голову, кто же наш общий друг.

– А где пакет?

– Здесь в сумочке.

– Потом передадите, а сейчас давайте гулять. Допьем это вино, пойдем в кино, похулиганим в парадной...

– Как это?

– Поцелуемся на прощание...