Чтение онлайн

У трапа уже стояла вся его компания. Тецуя с Нико на руках поприветствовали дружным улюлюканьем.

– -- А с этим что?
– -- Спросил Стиви Красс и кивнул в сторону одинокого тела Алехандро Санчеса.

– -- Ют, неси на себе, --- распорядился Тецуй.
– -- Мы же не хотим, что бы очнувшись, он побежал с жалобой к одному лейтенанту.

– -- А надо?
– -- Усомнился Хокки.
– -- Может придушить его и делу конец.

Рюйодзаки заглянул в распахнутые глаза Нико и злобно рявкнул.
– -- Я сказал: Неси на себе! ...Стив, --- обратился он к Крассу.

– -- Хай, --- кивнул тот.

– -- Поднимись наверх и найди кролика. Ждать не будем - догоняй.

– -- Хай!

– -- Твой кролик будет с тобой, --- пообещал Тецуй девушке и перекинул её через плечо. Молчаливой толпой банда покинула территорию цеха. Стив с кроликом в руках догнал их минут через десять. Оба что то жевали. Касперо остался стоять пустой, тёмный и с откинутым трапом.

Добравшись до скутеров, Рюй посадил Нико на второе сиденье своего скутера и велел

Лёшке.
– -- Держи её.

– -- Ты сказал: не трогать и не дышать, --- осторожно напомнил Казловский.

– -- Держи, давай!

Лёха осторожно принял деву в объятья - одной рукой за талию, другой за плечи. Тецуй достал шлем и напялил его на склонённую голову пленницы. Ноги, каждую по отдельности за колени примотал к раме для второго седока. Затем немного подумал и приказал Хокки Юту.
– -- Ют, раздевайся!

– -- Опять я!
– -- Возмутился Ют.
– -- Пусть Красс разденется!

Тецуй молчал и пристально смотрел. Под этим страшным взглядом Хокки отстегнул крючки и стал сдирать с себя куртку для езды на скутере. Содравши, с силой метнул её в Рюйодзаки. Целился в рожу, но тот перехватил.

Нико облачили в куртку. Она была в три раза больше чем дева и укрыла её вместе с седлом и ногами по середину икр.

Телохранитель сел на переднее сиденье, приказал.
– -- Давай руки.

Козловский сообразил, наклонил девушку на спину Тецую, а руки Нико просунул вперёд по обе стороны его торса. Рюй их перехватил и пристегнул наручниками у себя на животе. Таким же образом пристраивали Алехандро на другой скутер. Кролика засунули за пазуху.

На малых оборотах тронули скутера. Торопиться было нельзя - дабы бесчувственные и неподвижные подопечные не выпали из сёдел.

Разлучённые.

Папаша Хенрика - Гас Одноглазый, являлся большим шалуном. А шалил он с девами от десяти до тринадцати лет. При том общественность подобные шалости порицала, и Гас естественно это понимал. Но и отказаться от проказ не мог. Шестьдесят лет назад специально для развлечений короля был построен небольшой и хорошо укреплённый дворец, все окна которого выходили во внутренний двор. Во внешней стене не было даже дверей. Внутрь вёл подземный ход из полуразрушенного домика сторожа в пятидесяти метрах от дворца. Как правило, во дворце жила всего одна дева... но не долго - только до тех пор пока король испытывал к ней интерес. Стоило деве приобрести некие признаки взросления - Одноглазый терял желание шалить. Сразу после этого дева исчезала из дворца, а через небольшой промежуток времени в нём поселялась другая. И так на протяжение многих лет. Девы особенно по началу, как правило, плакали. Иногда очень громко. Внешние стены передавали плач, как гул на высоких нотах. Здание приобрело дурную славу и имя "Дворец стонущего призрака".

После смерти Одноглазого он стоял закрытым на замок. Слуги судачили о колодцах, наполненных, детскими костями, и комнатах, по которым бродили толпы призраков маленьких девочек. Понятно, что ни у кого не было большого желания ходить туда по собственной воле.

Тринадцатого сентября за полчаса до полуночи дверь в подземный ход была открыта в первый раз за много лет и группа из нескольких человек, как в старые "добрые" времена внесли вглубь дворца одно неподвижное маленькое тело.

Нико тащили за Ютовскую куртку, ухватив её за ткань с четырёх сторон, как на носилках. Тецуй держался за воротник, стараясь, чтобы голова пикиньо не болталась из стороны в сторону.

Алехандро, у самого въезда на территорию дворцового комплекса, "отослали" в камеры дворцовой полицейской комендатуры. Те самые, где Маха Лянски пытал ни в чём не повинного кухонного разнорабочего Роро Майю. Сопроводительная записка для дежурного полицая утверждала, что эта неизвестная личность была поймана на территории дворца. Возможно, он и есть тот самый маньяк!

– -- Куртку не порвите, --- шипел Хокки.
– -- Она мне ещё понадобится.

– -- Да замолчи уже, --- тоже шипел Рюйодзаки.

Неподвижную девицу пронесли по заплесневелому коридору, и втащили в комнату, обросшую паутиной и тоннами пыли. Аккуратно положили на железную ржавую кровать без матраса.

Тецуй огляделся.

– -- Обстановочка так себе..., --- промямлил Козловский.

– -- Рюйодзаки кивнул и негромко распорядился.
– -- Быстро раздобыли, вёдра, веники и тряпки и навели здесь чистоту...

Со всех сторон раздались стоны протеста.

– -- Как в приютской казарме!!
– -- Рявкнул Тецуй.

Упоминание о приютской казарме возымело действие. Живо припомнилось наказание капитана Пола, который очень любил искать грязь во всех труднодоступных местах. Пацаны, которым в приюте целых десять лет создавались рефлексы, по одному выскочили из комнаты. Тецуй постоял, разглядывая босые девчачьи ноги, затем обошёл кровать и поднял одну руку Нико к кроватной стойке. Достал из кармана наручники.
– -- Небольшая мера предосторожности ...,--- пробормотал он.

Из второго кармана Рюй достал эластичную пронивую ленту и связал ноги Нико за лодыжки.

Вернулся Лёшка с ведром и тряпкой.

– -- Я за Хренником, --- сказал Рюйодзаки.

Козловский кивнул.

– -- А ты смотри, чтобы пацаны руки и прочие части тела не распускали. Понял? Особенно за Хокки приглядывай. Если что напомни ему, как ловко я умею кастрировать...

Лёшка опять кивнул.

В центральном дворце бал ещё продолжался, хотя людей поубавилось. Придворные и гости более зрелого возраста откланялись около двух часов назад. В зале осталась тусоваться неуёмная молодёжь и некоторое количество людей до сорока лет.

Королевская семья всё ещё присутствовала в полном составе. Элишия внимательно отслеживала процесс спаивания лейтенанта Хо, а его Высочество... недремлющим оком следил за Лукрецией, которая пользовалась блестящим успехом! И чем больше Луки танцевала, тем сильнее Хенрик сводил белёсые брови к переносице.

– -- Перестань хмуриться, --- наконец, обеспокоилась её Величество.

– -- Она развязна...

– -- Оторви зад от кресла и сам пригласи девушку на танец!

Хенрик запыхтел, и пробурчал.
– -- А вы мама, перестаньте пускать слюни от мысли о сегодняшней ночи...