Однажды я стала женой проклятого герцога
Шрифт:
Я не на шутку заволновалась. Лицо горничной стало бледным.
– Анита, все в порядке? – Нахмурилась я.
Горничная потрясла головой и наконец пришла в себя.
– Извините, госпожа. Просто… о вас ходили весьма неправдивые слухи…
– И что же обо мне говорили? – спросила я, прищурившись. Анита уже было открыла рот, но я ее опередила. – Хотя лучше мне не знать.
Когда за окном уже более как трех часов царила ночь, покои наконец были убраны. Анита предложила мне заварить некрепкий чай, и я с благодарностью приняла это предложение, дополнительно попросив еще немного молока и тарелку печенья. Вслед за тем все собрались возле камина.
– Энни, будь добра, – обратилась я к зевающей девушке, – впредь приноси мне свежий “Городской Котел”. Каждую пятницу.
Девушка мгновенно зевать перестала. А затем, переглянувшись с Анитой, осторожно поинтересовалась:
– Госпожа Ария, вы упомянули газету для простых горожан?
Размешав серебряной ложечкой растворившийся сахар, я сделала небольшой глоток молочного чая и ответила:
– Именно. А также мне потребуется газета, специализирующаяся на слухах, сенсациях, сплетнях и скандалах. Такая существует?
– Существует. “Cплетник”, – кивнула Энни.
– Однако госпожа Ария, – Анита нахмурилась, – негоже леди читать подобную литературу! Это неприлично! Для аристократ выпускается другое издание – “Еженедельный Вестник”.
Я прищурилась.
– И все же, я настаиваю. Поймите, Анита… Мне нужна информация. Самая свежая. А самую свежую информацию можно добыть как раз через слухи и подслушанные разговоры простых горожан. В Еженедельный Вестник боюсь попадает только то, что удобно министерству.
– И то верно! – Воскликнула Энни, уплетая за обе щеки шоколадное печенье. – Недавно почитала я эту газетенку… такие враки пишут!
Анита тяжело вздохнула, по всей видимости смирившись с моим решением. Отпила несколько глотков чая и подвела итог:
– Будут вам газеты, госпожа Ария. Самые свежие. Однако лучше держать их при себе и прятать в надежном месте.
На том и решили.
Глава 3
Иногда ярость кусает больнее Змеи…
Поспав от силы часа четыре, я проснулась от мягкого толчка Энни и разлепила глаза. Едва горничная по моей просьбе наполнила ванну горячей водой с душистой пеной, я ушла в купальню и провела там почти час, успев при этом несколько раз заснуть.
Вчера ночью наша скромная компания из троих человек была сонной и неимоверно уставшей, поэтому более не став медлить и закончив с чаем, я попросила горничных разбудить меня в восемь утра и отпустила их отдыхать в соседнюю комнату.
И как же я была права!
Пока я пыталась взбодриться свежезаваренным черным чаем, Энни расчесывала мои мокрые волосы и рассказывала о странностях, творящихся ночью.
Оказывается, под раннее утро неизвестный пытался пробраться в покои, однако его затея не увенчалась успехом. Анита, чей сон был чутким, услышала звуки скрежета, исходящие аккурат от дверного замка. Она захотела узнать, кого это привело в столь ранний час, но незваный гость убежал, сверкая пятками, пока горничная открывала дверь.
– И вы представляете, Анита запомнила только синюю форму да черные туфли. Так такую одежду почти все у нас в поместье то носят!
– Расследование зашло в тупик, – произнесла я, прикрыв рот ладонью. – Предлагаю разобраться с этим позже.
Зевала, должна признаться, я нещадно.
Когда, мы наконец закончили с наведением марафета, мне предстояло выбрать платье, коих в шкафу насчитывалось бесчисленное множество. Однако найти хоть сколько нибудь приличное и подходящее к случаю оказалось непосильной задачей. Из одной половины Ария уже давно выросла, а другая была подарком ее великолепный сестры. Анита перебирала варианты, пока я размышляла над планом к предстоящему собранию.
– Слишком короткое.
– Слишком открытое.
– Слишком… зеленое.
В какой-то момент Аните хватило духу возразить мне:
– Но госпожа Ария, на сей раз я с вами не соглашусь. Пожалуйста, взгляните внимательнее. Воротник обрамлен маленькими бриллиантами. Очаровательный темно-зеленый цвет, подходящая длина, в меру скромное, в меру нарядное. К тому же вам его подарила ваша сестра, и я слышала, что она лично посещала самый модный бутик в городе.
Я лишь обреченно вздохнула. И так как короткое размышление подсказало мне лучше покончить с этим делом пораньше и побыстрее, к тому же лучшего варианта просто-напросто нет, я, в конце-концов, согласилась.
Мне хотелось и смеяться, и плакать. Чутье меня не подвело. В зеркало на меня смотрела… жаба. Жаба с нездоровой, красноватой кожей и с квадратной фигурой, которую ещё больше портил фасон платья: низкая талия и пышные рукава воланы, чей болотный цвет намекал на мою среду обитания. Болото!
– Позвольте мне утешать вас мыслью, что как только дамы узнают вас поближе, никто не обратит внимание на ваш внешний вид, – с некоторым волнением произнесла Анита, безмолвно соглашаясь с тем, что платье не подходило мне ни на толику. – Давайте я постараюсь поискать что-нибудь еще?
Я отрицательно помотала головой:
– Нет. У нас осталось не так много времени. А платье – это ерунда, – улыбнулась я Аните, слезая с деревянного подиума. – Только дай мне пожалуйста вон тот белый палантин и в тон к нему туфли. И думаю, мы закончили.
В Западной Оранжерее, а ныне в опасном серпентарии, собрались женские представители высшего бомонда. Ядовитые особи пользовались ядом в первую очередь для охоты, чтобы убить жертву или хотя бы поиздеваться над ней. Другие же, менее ядовитые или те, кто ядом не обладал вовсе, имели удовольствие обсудить местные сплетни и новости, коих в высшем обществе было не мало.
При моем прибытие во взгляде изысканных леди появилось предвкушение перед появлением новой добычи. Они были змеями – я была жабой. Жертва, чью плоть и кровь они съедят заживо, даже не подавившись.
По слухам, Ария была невероятно глупа, невежественна, плохо образована и страшна, как пугало, призывающее собственно отпугивать все живое в радиусе ста метров. Поэтому встретили меня неприветливо, хоть элегантные дамы и улыбались мне нежной, доброжелательной улыбкой.