Чтение онлайн

– Не все такие. Твой отец и сам не так давно был капитаном дестриэров.

Мышцы моей челюсти дернулись.

– Кроме того, – продолжала Айони, – возможно, Хаут будет совсем не таким королем Роуэном, как его предшественники.

Кошмар зарычал при слове «Роуэн», когтями оцарапав мне разум. Я шикнула на него.

– Как ты себе это представляешь? – спросила я.

– Он такой притягательный… способный. Истинный лидер. Возможно, при нем дестриэры станут символом защиты, а не угнетения. Быть может, он будет королем, который не причиняет вреда тем, кто заразился, а позволяет им исцелиться. Станет королем благодати, а не страха. Лучшим королем из рода Роуэнов.

Я стиснула зубы. Когда заговорила, мой голос звучал отнюдь не нежно:

– Подобной версии Хаута Роуэна не существует, Айони. Ты придумала его в своем воображении.

Рука кузины выскользнула из моей хватки.

– Если бы все были такими недоверчивыми, как ты, Бесс, Бландер бы никогда не изменился.

Мой смех прозвучал без эмоций.

– Уж лучше быть недоверчивым, чем питающим пустые иллюзии.

На щеках Айони появился румянец, а в карих глазах заискрил редко появляющийся гнев.

– Надежда не делает меня той, кто питает пустые иллюзии, Элспет, – сказала она.

Я открыла рот, чтобы ответить что-нибудь еще, но Айони ушла вперед, оставив меня одну, пока ее слова жалили меня, точно осы. Остаток пути я шла в одиночестве, уже желая, чтобы пребывание в замке короля поскорее закончилось.

Мы пересекли разводной мост как раз в тот момент, когда небо потемнело. Олдрич и Лин бросали камни в ров и кричали от восторга, пока тетя не схватила их за уши и не повела в замок вместе с остальными.

Я избегала Айони, передвигаясь на усталых ногах, чтобы встретить отца и сводных сестер в скоплении других семей Бландера. Большинство лиц мне не доводилось видеть уже много лет, но я узнавала их по знакам отличия в виде деревьев, нашитых на туники и платья. Спиндл, Хоторн, Джунипер, Бич, Горш, Эш и так далее. Такова история нашего королевства – древняя дань уважения Духу Леса – брать фамилии в честь деревьев [2] .

Ная и Димия, на голубых шелковых платьях которых вышит бересклет, стояли возле очага и махали мне рукой. Рядом с ними я заметила Нериум. Когда она увидела меня, ее глаза округлились, а белки покраснели по краям.

Тетя оказалась права. Приятно наблюдать за реакцией мачехи.

Когда подошел отец, я напряглась. Он шествовал, словно крепкий дуб, на голову выше всех мужчин вокруг нас. На нем туника красного цвета, оттенка бересклета. Он взглянул на меня голубыми глазами, его эмоции были настолько сдержанными, что их могло и вовсе не существовать.

– Сомневался, что ты придешь.

Я потянулась к своему амулету – вороньей лапке в кармане – и рассеянно погладила его, поддавшись тревожной привычке, которую едва осознавала.

– Я уже три года не была в Стоуне, – сказала я, поднимая взгляд к сводчатому потолку замка. – Здесь холоднее, чем я помню.

Отец замер. Его взгляд опустился на мое лицо, а через мгновение скользнул в сторону.

– Ты хорошо выглядишь.

Я ничего не ответила, наблюдая за его глазами, ожидая, что он вновь посмотрит на меня – зная, что этого не произойдет. Отец провел ладонью по подбородку, мозолями царапая жесткие волоски нестриженой бороды.

– В этот раз будет не так весело, как в прошлые Равноденствия, – заявил он. – Урожай выдался не очень хорошим.

Я кивнула.

– Туман кажется гуще с каждым днем.

Отец взглянул поверх меня на смешавшуюся толпу.

– Королю не терпится заполучить две последние карты. И он готов хорошо за них заплатить.

Я вздрогнула, вспомнив разговор с Айони.

Кошмар пробрался в мой разум

«Отчаянные времена», – сказал он.

«Ни одна карта не стоит официального знакомства с Хаутом Роуэном».

«Сказала девушка, которая разговаривает с монстром в своей голове. Не совсем подходишь на роль принцессы, не так ли, моя дорогая?»

Я проигнорировала его.

– Скажу лакею, чтобы он отнес твой дорожный сундук в комнаты семьи Спиндл. У тебя будет своя, рядом с нами. – Он сделал паузу. – Если только не захочешь остаться с Хоторнами.

Возможно, я бы так и сделала, если бы мы с Айони не повздорили всего час назад. К тому же место ночлега едва ли имело значение. Празднование Равноденствия не связано со сном.

– Благодарю, – кивнула я.

Отец поймал чей-то взгляд в толпе и поспешно положил руку мне на плечо.

– Я рад видеть тебя, Элспет.

Мгновение спустя он ушел, пробираясь сквозь толпу к большой лестнице. Я смотрела ему вслед, бросив последний взгляд на дверь, прежде чем стражники закрыли ее – последние остатки серого дневного света исчезли за зловещими ночными облаками.

По дороге в большой зал я взглянула на свое отражение в затемненном окне. Я выглядела бледной, мои низкие скулы чересчур остры, темные глаза слишком бездонны – бесконечно. Глядя на девушку в отражении, я скривилась и вздохнула, решив вести непринужденные беседы и пораньше лечь спать.

До большого зала оставалось не более трех шагов, когда я поняла, что лучше было бы спрятаться в своей комнате на неопределенное время. Аликс Лобернум, облаченный в яркие желтые цвета своей семьи, задержался возле входа в большой зал. Его каштановые волосы безукоризненно зачесаны набок, за исключением нескольких непослушных прядей на макушке, сформировавших неукротимый чуб. Когда его пепельно-карие глаза встретились с моими, Аликс улыбнулся так широко, что я могла разглядеть каждый зуб.

– Проклятье, – пробормотала я.

Кошмар застонал.

– Элспет, – сказал Лобернум, спеша ко мне. – Мне показалось, что я видел тебя раньше, но боялся, что ты мне привиделась из-за слишком сильного желания.

К счастью, замок семьи Лобернум находился по другую сторону Бландера от пристанища Хоторнов. Шансы встретить Аликса, даже в городе, ничтожны. Возможно, именно поэтому я уединилась с ним в тихом уголке королевских садов, когда мне было семнадцать, – в надежде, что больше нам никогда не придется столкнуться лицом к лицу.