Чтение онлайн

– Ты так много требуешь от меня, Элспет. И все ради себя.

Я решительно замотала головой.

– Неужели не понимаешь? Ты совершенна, Айони. Такая, какая ты есть. Твоя щель в зубах… твой голос, слишком громкий по утрам… морщинки возле глаз, когда улыбаешься. Дева украдет все это у тебя. – Я стиснула зубы, борясь с подступающим к горлу комом. – Роуэны преподносят это как дар. Но они поступают так, чтобы контролировать тебя, Айони. Чтобы отвлечь. Чтобы ты была им обязана. Пожалуйста, не позволяй им.

Из глаз кузины катились слезы. Но она не вытирала их. Она позволила им скатываться по щекам и скользнуть в морщинки. Когда Айони заговорила, ее голос надломился.

– Ты любишь меня, Элспет? – спросила она.

Что-то в моей груди щелкнуло.

– Больше всего на свете.

Она сделала хриплый вдох, затем еще один. А потом медленно, словно подкрепляемый невидимой силой, взгляд Айони стал выразительнее, жестче. И все же ее голос дрожал.

– Тогда позволь мне сделать собственный выбор.

Она выдернула свою руку из моей, ее шаги были такими легкими, что я их почти не услышала, а затем кузина ушла, не оглянувшись, оставив меня, потерянную, наедине с увядающими розами.

Совершенно опустошенная, я почти не замечала шипов, вцепившихся мне в ладони, когда сошла с садовой дорожки. Я направлялась вглубь сада – шла, пока не сорвалась на бег. Меня не волновало, что я свернула с тропы в туман. Бежала до тех пор, пока сердце не стало грозить разорваться. Затем, у основания старого тополя с обвисшими ветвями на краю леса, я разрыдалась.

Сев подле дерева, я провела пальцем по влажной земле, где листва начинала гнить. В другой руке крутила свой амулет. Я вытерла глаза тыльной стороной ладони, слезы обожгли кожу там, где ее порезали шипы.

«Она заслуживает больше, чем это проклятое королевство. Если будет слишком часто пользоваться Девой, все это исчезнет. Она станет холодной – бессердечной. Она больше не будет Айони».

Я подняла веточку из листвы и несколько раз щелкнула ею, ломая, пока кусочки не стали достаточно мелкими, чтобы поместиться у меня на ладони.

Кошмар клацнул когтями.

«Дева – не просто карта тщеславия. Магия не для тщеславия».

«Для него, если используется с единственной целью – произвести впечатление на принца», – сказала я, не скрывая яда в голосе.

Он рассмеялся.

«Совсем неверно понятая карта, Дева».

Я встала, не произнося более ни слова, меня захлестнули стыд и боль.

«В конце концов, – продолжил Кошмар, – не имеет значения, как и почему используются карты. Даром ничего не получишь, безопасность нигде не ждет. За магию всегда приходится платить».

«Перестань мне это повторять, – сказала я, бросая на землю сломанные кусочки веток. – Хоть раз просто замолчи и оставь меня…»

– Мисс Спиндл?

Я повернулась, глубина раздавшегося позади голоса поразила меня сродни удару в живот.

Рэйвин Ю смотрел на меня серыми глазами, склонив голову набок. Он напоминал того, с кем созвучно его имя, – ворона [3] : столь же проницательный, умный и поразительный.

Но мой взгляд не задержался на лице капитана. Все внимание целиком захватил цвет – свет, – исходящий из его нагрудного кармана. Он темнее, чем у Девы, но такой же сильный. Ужас сковал грудь, и я поперхнулась воздухом. Я уже видела этот оттенок бархата раньше.

Бордовый – насыщенный и кроваво-багряный.

Вторая Карта Кошмара.

Рэйвин перенес свой вес на другую ногу. Когда он пошевелился, я заметила множество ножей у него на поясе.

– Что вы сделали со своими руками, мисс Спиндл? – спросил он.

Когда мне удалось заговорить, слова просочились сквозь стиснутые зубы:

– Я любовалась розами.

Невидимая ниточка натянула уголки губ Рэйвина. Он подошел ближе.

– Можно? – произнес он, указывая на мои ладони.

Я замерла, оцепенев. Он взял мою левую руку, перевернул ее и осмотрел. Его кожа грубая, но прикосновение дарило нежность, когда его рука легко накрыла мою. Он не прикасался к порезам от шипов роз, а просто присмотрелся к ним.

То же самое проделал и со второй рукой. Закончив, капитан вновь вернул взгляд к моему лицу.

– Простите меня, мисс Спиндл. Но я должен спросить вас кое о чем.

Я высвободила руку из его хватки, горло сжалось.

– Да?

– Что вы делали на лесной дороге, одна и в сумерках, пятнадцать дней назад?

Шок от того, что я увидела в его кармане Карту Кошмара, исчез, сменившись холодным тошнотворным ужасом. Звуки насекомых и трепыхание крыльев совы повторились в ярких деталях. Я вгляделась в лицо Рэйвина Ю, возможно, впервые за все время, и не смогла его узнать.

Но разбойники носили маски.

Я опустила взгляд к поясу капитана дестриэров. Вот он, ясен как день. Рукоять из слоновой кости – кинжал, который разбойник прижимал к моей груди.

«Это он, – ахнула я. – Я напала на проклятого капитана дестриэров».

Когти Кошмара оцарапали тьму, волосы у него на спине встали дыбом.

«Выпусти меня», – прошипел он.

Стоя напротив, Рэйвин Ю оставался спокоен, его поза не излучала агрессии, руки сложены на груди. Он не похож на того опасного мужчину, которого я встретила на лесной дороге, – но это он.

И я напала на него. Напала на дестриэра – совершила преступление, караемое смертью.

«Он рыскал по лесной дороге в поисках карт, – напомнил Кошмар. – Преступление, которое тоже карается смертью».

«Преступление, свидетелем которого была я одна».

Я сделала несколько шагов назад.

– Вы, должно быть, спутали меня с кем-то другим, капитан. Я не настолько глупа, чтобы ходить по лесной дороге после наступления темноты.

Рэйвин приподнял темные брови.

– Ваше лицо я не скоро забуду, мисс Спиндл. – Когда он задал вопрос во второй раз, в его голосе прозвучала резкость. – Что вы делали на лесной дороге?