Чтение онлайн

— Правильно, — похвалила подруга. — Жизнь продолжается. И Новый год есть Новый год… А где же… — она обвела внимательным взглядом Викину комнату, — елка?

— Какая елка?

— Известно какая — новогодняя. Сама же говоришь: готовишься. А какой Новый год без елки?

— Я имела в виду — к экзаменам… И откуда взяться елке? Что я, отца, что ли, пошлю полдня плясать на морозе или сама за ней… в таком виде… пойду?

— Извини, давно не видела тебя, забываю, что ты уже в таком положении, что… — Муза замялась, подыскивая подходящее слово. — Раньше кажется, его называли марьяжным.

— Так ли уж важно, как называли!

— Ну и как ты себя чувствуешь? — переключилась Муза с елки на Вику. — Как аппетит? Говорят, в этом положении на соленое тянет. Как спишь? Не начинает ли он тебя беспокоить? Какие симптомы?

— Остановись, Музыка! Ты что меня, как в женской консультации, выспрашиваешь? Или сама рожать собираешься и хочешь опыта поднабраться?

— Нет, пока не собираюсь, но… Но ведь всякое может быть.

— Вот когда будет, тогда и приходи, я тебе свой личный опыт во всех подробностях передам… А сейчас давай сменим пластинку.

Они поговорили о надвигающейся экзаменационной сессии. Потом Муза сказала, что Боб пригласил ее на встречу Нового года, но она еще окончательно не решила, может, пойдет на институтский вечер.

— После того вечера… ну, когда Вадик… ах, Вадик, Вадик, и зачем только я тебя угова-ри-ва-ла-а, — неожиданно, прямо на середине слова, Муза по-бабьи, в голос, заплакала.

Вика изо всех сил крепилась. Это «зачем?» она задавала самой себе уже много раз и знала, что ответа на него нет.

А Муза вытащила из сумочки платок и аккуратно, чтобы не стереть с ресниц тушь, промокала блестевшие слезами глаза.

«Вот нас и пойми. Ведь она совершенно искренно всплакнула по Вадиму, а вот уже и, пожалуйста, озабочена тем, как бы слезы не смыли краску с глаз…»

— Так вот, после того злополучного вечера, — успокоившись, продолжала Муза, — посиделки у Боба как-то заглохли. Ты не ходишь, Маша не ходит, я тоже редко бываю, а вместе с нами ушла и… как бы сказать, сама атмосфера дружеского общения. Появляются какие-то случайные люди, с ними неинтересно…

«Насчет атмосферы дружеского общения сказано, пожалуй, громковато. И раньше-то не так уж интересно было…»

— С Машей как-то разговаривала… Ну, ты знаешь, Машенция — девка себе на уме, на откровенность ее тянешь-потянешь — вытянуть не можешь. Но, похоже, их отношения с Демой на какой-то новый этап выходят, на какой-то новый виток…

— Ты, Муза, не с космонавтом ли познакомилась?

— А что?

— Да вот слышу, космическими терминами речь уснащаешь.

— С одним мальчиком из МАИ приходилось общаться, ну и…

— Ну и с кем поведешься, от того и наберешься.

— Ты не сбивай меня. Дослушай, что у Маши с Демой…

«Так-то нам с тобой важно знать, как там да что у Маши с Демой!»

— Ну и вот…

Дослушать рассказ о новом витке так и не дали. В прихожей раздался звонок.

«Должно быть, отец пораньше закончил консультацию, больше некому…»

Нет, не похоже, что отец. В открытую Викой дверь сначала просунулась большая пышная елка, а уж за ней — припорошенный снегом Коля.

Все это было так неожиданно, что Вика долго не могла сообразить: ругать надо Колю или хвалить. Вообще-то следовало бы похвалить: надо же — расстарался парень. Но ведь не ко времени его старание…

— Зачем ты это, Коля?

— Как зачем? — с детским недоумением в глазах воззрился на нее Коля. — К новогодью.

— Но не будет же у нас никакого праздника.

— Горюй не горюй — Новый год все равно наступит. А Новый год — значит, елка. Вот я и подумал: не тебе же и не Викентию Викентьевичу за ней в очереди мерзнуть, — с последними словами Коля аккуратно поставил елку в угол прихожей.

— Ах, какая чудо-елка! — восхитилась выпорхнувшая из комнаты Муза. — И что ты парня журишь — похвалить надо!

Только Музы тут и не хватало! И Вика с плохо скрываемой досадой на то, что та вмешивается в их разговор с Колей, сказала:

— Ты бы, Муза, посидела в комнате, я сейчас приду.

— Это что же ты меня прячешь? — вроде бы в шутку, но всего-то скорее всерьез возмутилась Муза. — Что я, краденая, что ли?.. Ты бы лучше меня познакомила с молодым человеком.

«Вот-вот, за этим ты и выскочила!»

— Как зовут молодого человека, ты прекрасно слышала, твое имечко я тоже называла — считай, что вы уже и знакомы.

Муза будто и не слышала сердитых слов Вики: шагнула к Коле и галантно протянула руку:

— Муза.

Коле ничего не оставалось, как встречно протянуть свою:

— Николай.

Вике понравилось, что он назвал себя не Колей, а Николаем. Если уж при знакомстве с ней так себя именовал, с какой стати с Музой-то по-другому? А еще и то не прошло мимо ее внимания, что Коля, протягивая руку, скользнул беглым взглядом по Музе и — будто в пустое место посмотрел.

— Знакомимся тут, шаркаем ножкой — раздеться человеку не дали… Шапку давай я стряхну, а пальто вешай сюда.

— Нет-нет, — решительно запротестовал Коля. — Мне надо бежать, меня… — по его открытому лицу было видно, что он на ходу сочиняет, — меня ждут.

— Ну, если такое дело… — решила выручить засмущавшегося парня Вика. Да и о чем им втроем разговаривать, если он останется? — Если так, не будем, Муза, человека задерживать… Спасибо, Коля, спасибо… — ей хотелось добавить «милый», но ведь при Музе не скажешь. — Елка действительно красавица.

Коля весь засветился от Викиной благодарности и, глядя куда-то в пол, проговорил:

— А что не праздник — так ведь не обязательно под ней прыгать, можно и тихонько посидеть…

Должно быть, Вика слишком долго обдумывала эти Колины слова. Это она поняла по голосу и по тону Музы, каким та сказала:

— Ну что ты стоишь столбом? Пойдем еще немного поговорим, а то мне тоже надо бежать.

— Может, кофейку выпьешь? — неожиданно для себя самой подобрела Вика к подруге.

— С удовольствием бы, но у меня и в самом деле нет времени. Меня, как и Колю, тоже ждут…

Они вернулись в комнату.