Чтение онлайн

Мне показалось, что стены маленькой кафешки, в которой мы с Сашкой сидели, источают ехидство. Вздохнула. Поболтала пластиковой ложечкой в стаканчике с остатками кофе. Сосчитала мысленно до тридцати, подавляя в себе волну обиды и негодования, и коротко выдохнула:

– Пойдём.

Пока шли пешочком через половину города, разговаривая на нарочито-отвлечённые темы, у меня в голове крутилась мысль: неужели поверить - это так сложно? Или здравый смысл в период взросления начисто вышибает из людей даже шанс на существование чуда? Или это принцип жёстких рамок мышления?.. Что ж всё так... негибко, что ли...

– Саш... Скажи честно: ты даже не допускаешь возможности того, что в этом мире есть что-то такое, что не укладывается в границы обычной логики?

– Допускаю, почему же, - как-то слишком уверенно сказал он.

Ясно. Не верит. Отвяжись, Нюрка.

В свете фонарей Одуванчик казался бледным и ненастоящим. Немножко призрак, подумала я. Присела рядом с ним на корточки.

– Ты спишь, дружище?..

...Лёгкое, как потревоженное слабым дыханием пламя свечи - ощущение покоя и умиротворения...

– Ты чувствуешь что-нибудь, Саш?

Он пожал плечами:

– Нет. А что должен почувствовать?

Я немного растерялась. Как объяснить то, что у самой на грани неясных ощущений?

– Присядь.

Сашка послушно опустился рядом. Растерянно посмотрел на смеживший лепестки цветок в полуметре от нас, замер на несколько секунд, будто к чему-то прислушиваясь, потом перевёл взгляд серьёзных глаз на меня.

– Ты ничего не чувствуешь?
– спросила я с тайной надеждой.

– Нет, - ответил он. Встал, вытащил сигареты, чиркнул зажигалкой, закурил.

– А он спит...
– задумчиво произнесла я.

Саша усмехнулся. По-доброму так.

– Фантазёрка. Моя любимая фантазёрка...

Где-то неподалёку пел сверчок. У меня защипало в носу. Захотелось спросить: "Ты не чувствуешь или даже не хочешь почувствовать?", а потом я подумала...

А так ли это важно? Именно сейчас, именно для нас?..

– Саааш...

Я подошла к нему практически вплотную, уткнулась лбом в обтянутое футболкой крепкое плечо. Лёгкий запах дезодоранта - я его от тысячи других отличу -, ставшее таким родным тепло его тела...

– Давай больше никогда не ссориться?
– еле слышно прошептала я.

Он положил мне ладонь на макушку и обнял. Я всё-таки разревелась.

...Одуванчик спал. Интересно, что бы он видел, если бы ему снились сны?..

Три дня спустя я снова выбралась к нему.

– Привет. Ой, да ты стал совсем пушистый, - обрадовалась я Одуванчику, - Просто красавец!

Присела на поребрик, достала неизменную бутылочку с водой, побрызгала на листья, полила под корешок. Окунулась в волну радости, удовлетворения и "чувства воды". И... показалось мне или нет - в переданных мне ощущениях появилась новая нотка - будто цветок меня узнал. Я счастливо зажмурилась.

– А мы с Сашей снова вместе... Знаешь, он такой хороший... Мне с ним надёжнее всего на свете. Как если бы тебя оградили чем-то таким, что пропускает свет - но не изматывающую, иссушающую жару, влагу - но не холод и сырость, от которой гниют листья, свежий ветер - но не тот, который тебя больно треплет. И ещё делает всё обычное таким... ярким, удивительным... Эх, если бы я могла тебе объяснить...

Вот так вот неожиданно я с Одуванчиком и разговорилась. Сидела с ним рядом и рассказывала ему про Сашку. Про то, как мы познакомились, про то, как долго друг к другу присматривались, что вместе пережили, про наши глупые ссоры и нежные примирения, про то, как я скучаю по нему, про то, как рада, что мы снова с ним - один маленький мир... А мимо шли люди, смотрели на сумасшедшую Нюрку... или вообще не обращали внимания, погружённые в свои мысли.

– Мы с тобой в чём-то похожи, - сказала я Одуванчику, - Нас или предпочитают не замечать, или считают бредом.

Ветерок вздохнул в унисон со мной, и с одуванчиковой макушки взмыл в небо маленький парашютик.

...Так легко...

Тут меня осенило. Я цапнула валяющийся неподалёку пустой спичечный коробок и обратилась к Одуванчику:

– Послушай... Я боюсь, ты так и исчезнешь - просто улетишь с ветром... Можно мне взять немного твоих парашютиков?

Он будто сам подставил пушистую макушку под мою ладонь - доверчивый, как котёнок. Я аккуратно отделила несколько крохотных семечек, убрала их в коробок. Прислушалась к ощущениям цветка - не больно ли? Нет.

Я бы сказала, он был очень доволен.

А потом зарядили дожди. Я все вечера проводила у Саши, или приводила его к себе - только после разлуки понимаешь, какое это невероятное счастье - быть вместе. У Сашки наконец-то случился долгожданный отпуск, и мы блаженствовали: смотрели кино, готовили дома пиццу, нежились на Сашкиной старенькой тахте под пушистым пледом или сидели на широком подоконнике и смотрели с пятого этажа на размытую картинку улицы под дождём. Вечером Сашка провожал меня домой, мы весело прыгали через лужи, стараясь не высовываться из-под одного зонтика на двоих. Моя мама, встречая нас каждый вечер, улыбалась так тепло, что мы с Сашей оба смущались.

Про Одуванчик я как-то и подзабыла.

Дружище, странное это состояние: детского, безмятежного счастья. Жестокое, эгоистичное. Постфактум понимаешь: так нельзя. Так ни в коем случае нельзя... особенно когда где-то рядом - чудо. Чудо - оно же как ребёнок...

Вобщем, навестить Одуванчик мы выбрались вдвоём. Прекрасно понимая, что Саша так мне и не поверил, я вытянула его на прогулку к трамвайному депо под предлогом "там рядом обалденный компьютерный магазин, столько всего - тебе понравится", но судя по глазам милого, он прекрасно понял, зачем я его туда тащу. Вздохнул, но ничего не сказал.

Неладное я почувствовала ещё с трамвайной остановки. Перехватило дыхание, резко замутило, вспыхнула в висках боль.

– Саша...

Вцепилась в него, как утопающий в соломинку. Он испугался:

– Ты что? Тебе нездоровится?

Сглотнула слюну - в горле будто песок просыпан - сделала глубокий вдох.

– Пойдём скорее. Пожалуйста, Сашенька...

Чем ближе мы подходили, тем острее я чувствовала, что что-то случилось. Будто навис над головой огромный чёрный шар, закрывающий половину неба. Будто он касается моего затылка и вот-вот опустится, и тогда...

На обочине стояла машина. Два колеса на асфальте, два - на мокрой траве. Мне авто показалось просто огромным. Monstrum Magnum...

Рванула через дорогу, бросив Сашку, в отчаянии - перед потоком транспорта, не разбирая пути, по лужам. Чёрный шар давил на затылок, но билась где-то за гранью мысль: он живой, живой, живой... Спотыкаясь, неслась по тротуару. Налетела на какую-то женщину с маленьким ребёнком в пёстрой курточке. Не извинилась.

Десять метров. Пять. Три. Я тут, потерпи, я сейчас...