Чтение онлайн

Ответ единственный: не хочет принимать участие в операциях Удава. Либо боится, либо решил «завязать». Два ответа, по сути, однозначны: боязнь неизбежно приводит к предательству.

До чего же мерзко пришлепывать старому другу дерьмовый ярлык: предатель. Николай старался найти оправдание и не находил. Придумывать несуществующие причины равносильно осуждению, а если кого и осуждать, то только командира, то-есть, Пахомова… Старая истина, внедренная совковым воспитанием со стороны начальства и комиссаров, со страниц газет и журналов: командир отвечает за все, никаких оправданий, никаких скидок!

Сейчас он устал, мысли жерновами ворочаются в голове, оставляя там кровоточащие ссадины. Нужно отдохнуть, привести себя в порядок, уж потом поразмыслить над истоками поступков Федора. Вполне возможно, Клавка попросту нафантазировала, подталкиваемая самым мощным женским «двигателем» — ревностью.

Оставив упокоенную обещаниями хозяйку на кухне, Николай прошел в комнату.

Поспелов лежал на диване с мокрым полотенцем на голове. Набухшие глаза закрыты, под ними — синеватые мешки. Видок у мужика тот ещё — вези в морг, не ошибешься.

— Федька, спишь?

В узкие прорези глянули осмысленные зрачки. Зашевелились опухшие губы.

— Видишь, как… уделали…Вышел из электрички и… получил по макушке. Хорошо еще, на тот свет не спровадили…

Врет! Запинается, пережевывает каждое слово, смотрит мимо. Пахомов ощутил легкую тошноту — с ним всегда такое бывает, когда не верит собеседнику. Тошно и стыдно.

Он рывком выхватил из внутреннего кармана фотокарточку Лягаша, поднес её к лицу Поспелова.

— Не заметил, кто стукнул? Может быть, вот этот мужик? Ты ведь это фото уже видел… Или Лягаш стоял в стороне, наблюдал за действиями пехотинцев?

— Нет, не он, — отрицательно покачал головой Федор, не удосужившись поглядеть на карточку. — Тот — высокий, широкоплечий, мордатый… И рядом никого не было…

— Ну, что ж, дело твое… Только не забудь подписки, которую мы дали поступая в Удав… Там был один пунктик о… предательстве… Гляди, Федор, сам себя не перехитри. Очень советую подумать…

— Откуда ты взял… Какое там предательство?… Да я… Да мы с тобой…

Сейчас Пахомов не верил ни одному слову друга и недавнего сослуживца.

Ночь без сна Костя не выдержал. Да и какая необходимость не сводить взгляда с замусоренного под»езда хрущебы с выбитыми филенками двери? Тем более, бесполезно ежесекундно осматривать белый «жигуль». Из под»езда никто не выходит, машина не сбежит.

Притворяться бомжем поднадоело, да и не походит он на бородатого, вшивого безквартирника. Пацанов легко обмануть, а появятся во дворе проницательные женщины, особенно, бабки — мигом разгадают обманщика. Мало того, и милицию вызовут — только милиции сейчас ему и не хватает!

Придется «переквалифицироваться» в автолюбителя, застрявшего рядом с домом по причине поломки машины. Исправить не может, нет запчастей, оставлять бесхозную побаивается — угонят. Вот и пришлось переночевать «на природе».

Подогнал родной «москвичек» к прогалу между домами и залег в него. Сон, конечно, относительный — то и дело Бузин вздрагивал и таращил сонные глаза. Чудилась человеческая фигура, которая на цыпочках кралась к машине… Тощий пацаненок с замутненным взглядом направлял на боевика Удава пистолет…Проститутка поднимала подол без того короткой юбки и язвительно смеялась: побоишься, мент, не попробуешь.

Короче, фантастический хоровод!

Часов в шесть утра появился дворник. Вкусно зевая, принялся размахивать метлой, разгоняя по сторонам мусор — сигаретные пачки, окурки, рванные газеты в панике летели на газоны, прятались под припаркованными легковушками.

Костя тоже вылез из салона, встряхнулся, помахал онемевшими руками и направился к дворнику.

— С добрым вас утром, — вежливо поздоровался он. — Вот смотрю на ваши мучения и удивляюсь. Откуда только берутся паразиты, бросающие мусор мимо урн? Неужто трудно сделать лишний шаг в сторону?… Гляди-ка, даже использованный презерватив надели на сук! — деланно удивился он, прутом сбрасывая гигиеническую мужскую принадлежность.

Дворник поставил метлу стоймя, оперся на неё и охотно подключился к интересному разговору. Стержень высказываний — некий мужик, живущий на пятом этаже. Что только не выбрасывает с балкона! Презервативы — мелочь, пару дней тому назад под окнами болтались на ветру женские трусишки вместе с лифчиком. Не говоря уже о кусках зачерствелого хлеба, пакетов из-под кефира и молока, тряпок и другого хламья.

— Ну, этот, навроде, постоянно прописан, а вот снимают комнаты и квартиры разные кавказцы да среднеазиатцы, те вообще — кошмар наполовину с ужасом. Харкают на ступени, мочатся прямо из окон…

— Ну, зря вы так о… национальностях, — поморщился Костя. — Наверняка, и русские им не уступают… Ведь они тоже снимают…

— Конешное дело, и среди нашего брата немало дерьма. Вот на первом этаже один мужик снял квартиру — по триста баксов в месяц выкладывает, а появляется редко — дай Бог, один раз в году…

Костя ощутил легкое подрагивание в желудке. Удача сама шла в руки, только не переборщить, не сбить разговорчивого дворника с «протоптанной» темы.

Все сходится! И то, что снял квартиру болезненного вида мужичок-с-ноготок, и то, что его всегда сопровождают два парня и девка. Нет, нет, дворник ничего плохого сказать о них не может, один только раз видел, как выходили из машины, перетаскивали чемоданы и узлы… Может быть, с награбленным, а может со своим, наработанным. Скажем, челноки тащат на московские улицы всякое тряпье из тех же Эмиратов…

Узнать номер квартиры — плевое дело, даже спрашивать не пришлось. Разгоряченный обвинениями в адрес «новых русских» да южан-богатеев, дворник выложил все, что знал и о чем догадывался. Даже «портреты» нарисовал, снабдив их многозначительными комментариями.

Девка все время ходит растрепанная и полусонная. Профессия прямо-таки выпячена на её лице и фигуре — проститутка. Один мужик — настоящий мордоворот с одной извилиной в башке — не ошибешься: бандюга. Второй — интеллигент, ходит со всеми раскланивается. Похоже, голубой: на баб не глядит, зато косится на пацанят.

Короче, подозрительная компания.

Только вот давненько не навещали Кунцево…

Бузин мигом позабыл про практически бессонную ночь. Снова засел в машину, вооружился биноклем, проверил легко лы вынимается из-за ремня брюк пистолет, врученный ему Николаем. Решил — вызывать Пахомова не будет, нельзя отрываться от под»езда, а мобильник остался дома. Появится Лягаш — будь что будет — подойдет ближе и выстрелит.

Ближе к обеду появился «Интеллигент». Равнодушно огляделся, позевал и направился к булочной. Проголодался, стерва, захотел заправиться! Иди, иди, голубчик, сейчас ты не нужен, авось, придет время, когда Главный Штаб Удава и тебя прищучит.