Чтение онлайн

На одном из офицерских совещаний, еженедельно проводимых в частях и именуемых: «Читкой приказов», офицерам части был зачитан приказ командующего Пограничными войсками СССР, генерала армии Матросова, в нем раздавались «подарки» офицерам, ответственным за уход Кутеева в Китай. Под горячую руку командующего попал и он - лейтенант Есипенко.

Когда Владимир услышал свою фамилию, а его богатое воображение тут же представило, как разбросанные по всей границе страны его однокурсники, друзья и преподаватели в училище слушают сегодня, как он, Володя Есипенко, первым из курса вляпался так, что в приказ командующего Погранвойсками Союза попал, – у него неприятно заныло в желудке. А когда начальник штаба, читая приказ, объявил, что лейтенанту Есипенко «за слабую индивидуально-воспитательную работу с личным составом» командующим Погранвойсками СССР объявлен выговор, он совсем сник.

Владимир понимал, что, помимо партийного взыскания, уже наложенного на него, дисциплинарного взыскания ему не избежать, но что бы вот так, за самовольную отлучку солдата с поста получить строгое взыскание от начальника Пограничных войск страны?!.. Это уж чересчур!

Слушая приказ командующего и ловя на себе сочувственные взгляды офицеров части, лейтенант стал ощущать в себе едва сдерживаемое чувство злости, обиды и досады. Теперь он еще отчетливее стал понимать, что связь с той жизнью, без которой он себя раньше не представлял и к которой он так долго стремился, разрушена окончательно, что его мечты и надежды рухнули, а раз так, - решил он, - то ему самое время писать рапорт об увольнении из войск.

Дождавшись окончания «Читки приказов», Владимир вышел из помещения, достал из своей полевой сумки чистый лист бумаги и, написав рапорт об увольнении из войск, отнес его в 4-е отделение*****.

Через полчаса он уже сидел в кабинете командира части, подполковника Егорова.

– Не пори горячку!- сказал он лейтенанту, когда тот доложил о причинах своего решения уволиться из войск. – В жизни каждого офицера бывают дни и часы, когда жить не хочется, так что же, по каждому такому случаю рапорта писать? Если бы все офицеры после своих неудач рапорта писали, то тогда некому было бы границу охранять...

– Да, но не каждому офицеру после их неудач командующий Погранвойсками страны взыскания объявляет,- попытался Владимир внести ясность в причину написания своего рапорта.

Минуту командир части сидел молча, словно размышляя о чем-то, затем вновь заговорил:

– Офицерская служба пограничника очень ответственна и всегда держалась на крепости нервов и воли офицера. Вот, если ты, лейтенант, сможешь преодолеть проблемы, свалившиеся тебе на голову, – значит, ты как офицер стоишь чего-то, а если нет…- подполковник задумчиво уставился куда-то в пространство и через мгновенье, тяжело вздохнув, продолжил: - А если нет, то ты из войск вылетишь так, что ни один колхоз тебя потом на работу не примет. Разве что пастухом… А ты как думал? – подполковник окинул взглядом лейтенанта, который после его слов совсем сник. – Офицеры у нас в стране не имеют права уходить из войск по собственному желанию. Офицеры увольняются или по выслуге лет или по «служебному несоответствию». Выговор от начальника Погранвойск Союза – дело не шуточное, сопроводительную бумагу тебе напишут такую, что тебе будет стыдно ее показать кому-либо. Да и партия тебя из своих рядов под зад пнет, как скомпрометировавшего славные войска пограничные. А беспартийному в нашей жизни,… сам понимаешь…

– Понимаю…- кисло отозвался Владимир. Он вспомнил разговор с начальником политотдела училища полковником Гурым, состоявшимся чуть более года назад. Тогда, за три месяца до окончания училища, тот вызвал к себе в кабинет Владимира и, глядя в его глаза строгим изучающим взглядом, спросил:

– Товарищ курсант, вы офицером быть хотите?

– Так точно, - недоуменно отозвался Владимир: дисциплину он вроде бы не нарушал, да и учится не плохо…

– Тогда почему вы, товарищ курсант, в партию не вступаете?

«А, вон в чем дело»… - пронеслось в голове Владимира. До этого момента его в партию вроде бы как никто не тянул, и хотя он и понимал, что из училища беспартийных офицеров не выпускают, он, не горя желанием пополнить собой «передовые» ряды КПСС, старался до последнего оттянуть свое вступление в нее. Он был единственным в группе, кто до этой минуты оставался быть комсомольцем, и теперь, как он понял, пришло время объясняться по этому поводу с большим начальством.

– Я, товарищ полковник, еще не готов к тому, чтобы носить высокое звание коммуниста, - виновато пробубнил он тогда.

– Не готов?..
– полковник внимательно вгляделся в лицо Владимира. – Как это не готов? Вы, что же, товарищ курсант, хотите сказать, что за четыре года учебы в Высшем пограничном военно-политическом Краснознаменном училище КГБ СССР вы не смогли подготовить себя к вступлению в партию?!

– Я готовил себя, но… - Владимир запнулся, не зная, что еще сказать.

– Готовил… - недовольно протянул полковник, откинувшись на спинку кресла. Некоторое время он строгим взглядом в упор смотрел на Владимира, затем спросил:

– Вы хоть понимаете, товарищ курсант, что, не вступив в партию, вы лишаете себя всяческой возможности продвижения по службе…

– Да, понимаю, - тихо пробормотал Владимир и, сглотнув какой-то образовавшийся в горле комок, он добавил: - Товарищ полковник, я сегодня же напишу заявление в партийную организацию о вступлении в КПСС.

– Ну, хорошо, что ты меня понял, курсант, – поднимаясь с кресла, буркнул полковник, удовлетворенный итогом беседы.
– Будем считать, что мы с тобой договорились. Иди и готовься…

Тогда, уже через неделю, он был принят кандидатом в члены КПСС, и прошло уже более года как он, пройдя кандидатский стаж, должен был бы вступать в члены КПСС, и тут такой прокол в службе. А не вступить в партию - это конец всему.

Владимир понимал, что оказавшись за бортом «руководящей и направляющей силы Советского общества», ему и на гражданке пришлось бы не просто, тем более имея такое специфическое образование, как офицер Погранвойск КГБ СССР.

…Помолчав, подполковник вздохнул, и, взглянув на поникшего лейтенанта, поморщившись, добавил:

– Есть, правда, еще один способ уволиться из войск – по здоровью…

Лейтенант в ожидании поднял на командира части глаза и тот после непродолжительной паузы, продолжил:

– Если ты будешь настаивать на увольнении из войск, то тебя в окружной госпиталь направят, в психиатрическое отделение, проверить: здоров ли?.. Ну, так как? Какой способ уволиться, лейтенант, тебя больше устраивает? – подполковник в упор посмотрел ему в глаза.

Владимир, потупив взгляд, молчал. В висках стучало. Его посеревшее лицо еще больше осунулось, мысли в голове лихорадочно метались. «Что же делать?- думал он.- Уволиться шизиком?.. Нет, шизиком не хочется как-то. Продолжать служить? Но как? Быть вечным лейтенантом? Это сколько же мне нужно будет времени, и что нужно будет мне такого выдающегося сделать, что бы командующий войсками Союза с меня решил бы свое взыскание снять? А без этого мне не видать ни продвижения по службе, ни очередных званий. Хоть бы меня еще в хозвзвод не определили, тогда уж точно – конец всему!»