Чтение онлайн

Но должен признать, — этот не менее великолепен.

— В главной спальне, — продолжает мужчина, — сохранились все фрески и лепнина на стенах, а также антикварная мебель.

— Ооокей. — Камилла осматривает балдахин в поисках подвоха. Интересно, что бы она подумала о моей гостиной с видом на Гранд-канал?

— Это соединительный коридор, — продолжает администратор. Он останавливается на полпути и открывает дверь. — Это ванная, как я уже говорил, синьор, помните…

— Да, конечно, — отрезал я.

Мужчина кивает мне и доходит до двери в конце короткого коридора.

— Вторая комната.

Комната меньше, чем предыдущая, с двумя отдельными кроватями вместо двуспальной, но отделана с таким же вниманием, и Камилла не может сдержать своего изумления, начиная кружиться на месте.

— Надеюсь, номер вам по вкусу. Вот ключи.

— Спасибо, — я протягиваю ему раскрытую ладонь, и администратор опускает ключи.

— Если вам что-то понадобится, не стесняйтесь обращаться на ресепшен.

— Непременно, — заверяю я.

Мужчина уходит в сторону коридора. Щелчок закрывающейся двери — последний звук, который я слышу.

Вцепившись пальцами в ручку чемодана, Камилла продолжает вертеться. Она на взводе.

— Я понятия не имею, что случилось с бронированием. Меня впервые поселили в такой структуре… такой…

— Знакомой? — Столкнувшись с её вопросительным взглядом, я поясняю: — Отель напоминает мне дом.

— Конееечно, мне тоже! Если под «домом» ты подразумеваешь прокачанную версию моей квартиры-студии в шоу Extreme Makeover: Home Edition.

Я хмурюсь.

— Иногда ты говоришь как шестнадцатилетняя.

— А когда ты затыкаешься, у меня почти создаётся иллюзия, что я имею дело с человеком, которого не зарезала бы во сне, — полусерьёзно отвечает она, очарованная фресками на потолке. Одетая как взрослая, но с энтузиазмом юной девушки, Камилла представляет собой довольно комичное зрелище.

Я не могу удержаться, чтобы не приподнять уголок рта.

— Хотел бы я иметь роскошь сказать то же самое.

Я поворачиваюсь к ней спиной и иду в первую комнату. Ставлю чемодан на стол и собираюсь открыть, когда её голос снова начинает бесить меня.

— Значит, ты забираешь большую?

Я отвожу взгляд от багажа, Камилла стоит в дверном проёме, что отделяет мою комнату от коридора. Она сняла туфли, оставшись в смешных носках с божьими коровками, которые заставляют мои брови сойтись в одну дугу.

— Я бы сказал, да.

— Но единственный выход — отсюда.

— Спасибо, что разъяснила. Я бы никогда не додумался без твоего бесценного вклада.

Она сдувает прядь волос с лица.

— А если я захочу утром выйти раньше тебя?

— Это не будет проблемой. Я встаю очень рано.

— Мне не нравится, но ладно. Могу я сначала воспользоваться ванной?

— Полностью в твоём распоряжении.

Камилла захлопывает дверь, и я вздыхаю с облегчением. Она ушла с дороги.

Три часа с ней, запертым в этой крысоловке на четырёх колёсах, были пыткой. Слишком близко.

И повсюду этот проклятый запах.

Я должен рассматривать заселение в отель улучшением условий. Вместо этого, меня душит мысль о том, что мы оба будем под одной крышей, на двух кроватях в нескольких метрах друг от друга.

Интересно, спит ли она в пижаме со странным рисунком какого-нибудь мультяшного глазастого фрукта? Оставляет ли волосы распущенными или собирает. Обнимает ли во сне свою подушку.

И потом спрашиваю себя — какого чёрта меня это интересует.

А также почему во время долгой поездки на машине, вместо того чтобы оставаться в сети и ответить на несколько электронных писем, я отключил мобильный телефон, предпочитая мариноваться в тишине и немыслимом бурлящем под кожей напряжении, которое я пытался подавить, сосредоточившись на следующем способе, которым заставлю её заплатить.

Потому что я хочу заставить её заплатить.

Я хочу получить место в совете директоров, которое Гецци Брамбилла и его партнёр бездумно решили отдать Камилле, и я хочу ей доказать, как она ошибается. Чёрт возьми, я хочу показать ей, что она совершает ошибку каждый раз, когда смотрит на меня своими сладкими, полными надежд глазами.

Я избавляюсь от рубашки и бросаю ту на кровать. Расстёгиваю и брюки. Будь я полностью честен, я бы добавил, что хочу заставить её заплатить, потому что Камилла не оправдывает мои ожидания одно за другим. Потому что под этим чудаковатым обликом Алисы в стране политкорректности она оказывается более упрямой и своеобразной, чем…

— Эдоардо, здесь нет горячей в… О боже!

Застигнутый врасплох, я поворачиваюсь на месте.

Камилла стоит у двери, вцепившись пальцами в ручку. Она открывает рот, заикаясь нечленораздельными слогами, и оглядывает моё тело широко раскрытыми глазами.

— Ой. Ой! Я…

Я тоже оглядываю себя.

Я снял рубашку и брюки. Стою в одних боксерах. Широко раскрытые глаза Камиллы падают на торс, очерченный тренировками в спортзале, и опускаются к паху, и лишь потом она прикрывает их ладонью.

— Эм, прости, я… я не думала…

Замечаю, что она покраснела до макушки, прежде чем ей удалось спрятаться за стеной коридора.

— Я пыталась открыть ручку подачи воды, но она не выходит горячей. Ванна выглядит древней, я упоминала, что горячая вода не идёт? Думаю, да… Я имею в виду, это нормально, что так жарко… Хочу сказать, что горячая вода не идёт! Это нормально?

В этой ситуации нет ничего нормального.

В том, чего я желаю сейчас, нет ничего приемлемого.

— На самом деле, администратор упомянул о проблеме с водой в ванной.

— Ты шутишь? Они дали нам номер без горячей воды?! Вот почему такая вилла стоила дёшево!

Её наивность вызывает чувство чистой нежности.

Возможно, я забыл предупредить Камиллу, — мужчина на ресепшен сказал мне, что во время ремонта они поменяли местами ручки подачи воды.

— Слава богу, родители отправляли меня в скаутские лагеря на несколько лет. У меня очень высокий дух адаптации, — слышу её бормотание. — Мне жаль тебя, Венецианская аристократия. Надеюсь, кто-нибудь научил тебя мыться по частям…