Чтение онлайн

Среди известных мне нелюдей, после попадания «честных железяк» в сердце — пеплом разлетались только вампиры. Всякие оборотни оставляли после себя мертвое человеческое тело. А в зверином облике я пока никого не видел и не убивал. Там вроде зверушка и должна «остаться».

Моя стая была не «в счет». Нет, я и помыслить не мог поднять руку на Гарика, его братьев и сестричку с мамой. Я это к тому, что у Пепельной волчицы была своя «классификация». Она — «ками» маленького личного мира, и это отдельная мутная песня. Что-то вроде божественного духа младшего ранга. При этом, волчата уже «не ками», а духи попроще.

Мертвый пленник, «прикрепленный» к стене, никаких звериных черт не имел. Мне был незнаком не только его «личный» запах. Это новая для меня «разновидность» ёкаев!

Жертву нацепили спиной на «антикварный» крюк так, чтобы «честное железо» задевало край сердца. А второй вампир, перед прыжком из подвала, дернул пленника в сторону и вогнал «крепёж» поглубже в критический орган.

Я осторожно снял тело с крюка, уложил на пол и…

— Кха!! — внезапно ожил мертвец, и его истерзанное тело забилось в конвульсиях. — Икиг… кх-х-х…

— ДА-ДА! ИКИГАМИ, Б…!!

— Икигами… — прохрипел ёкай, — жрец… Егучи… найди… старый…

— Что старый?! Что?!

— … храм… икигами… зачем… ошибка… — выдавил из последних сил ёкай и его глаза опять остекленели.

— Убью гада!! Вылечу и убью! Говори! Какого х… тут происходит?! — затряс я в ярости труп.

Быстро взяв себя в руки, я попытался сосредоточиться и представить, что обволакиваю тело ёкая своим туманом. Но днем, наяву, у меня ничего не получилось. Не факт, что и ночью туман помог бы, даже в полнолуние. Мертвых нельзя вернуть, иначе Белый волчара не запихал бы мою душу в тело своего посвященного…

Где Егучи? Где старый храм? В чем ошибка?! Кто ты сам такой…

И вот за это — я не убил босса Азума-гуми? Чёрт! И эти вампиры… Про которых мне может рассказать якудза-«уборщик»!

Несколько минут до приезда всех городских служб — у меня еще было. Пожары пока не подобрались к зданию, но воздух быстро «теплел» и насыщался гарью. Я втащил в офис вырубленного на входе якудзу-уборщика и быстро привел его в чувство.

Дефицит времени плохо сказывается на гуманизме. Только когда меня это волновало, если перед тобой — враг?

— А-а-а-а-а-а!! — проснулся азумовец.

— Кто ваш пленник, на крюке?

— А-а-а! Не знаю, не знаю! Он нашего убил, вроде!

— Кто его поймал и как?

— Те двое. которые допрашивали! Нам ничего не рассказывали!..

— Кто они?

— Это наемники… от партнеров.

— От тех, которые сегодня приплыли к твоему боссу?

— Другие! Мне не докладывали…

— А ты вспомни, что слышал! Всё вспоминай! — попросил я заточкой.

— А-а-аа!! Не надо!.. Сегодня в гостях была триада из Гонконга! Они дурь поставляют! А двое наемников, которые с пленным… — про них только оябун и вакагашира знают. Вроде б их специально прислали, когда нашего Мацухаси в клинике ножом пырнули. Прилетели они тоже из Гонконга. Только мой кедай-сержант сказал, что акцент у них — как у настоящих бритишей! И они не из триады…

Про нечеловеческую природу пленника-ёкая и наемников-вампиров — рядовые якудза не догадывались. Хм, а Мацухаси — это боец Азума-гуми, зарезанный моим танто!

Тогда верны догадки, что мертвый ёкай в подвале — это «помощник» директора Егучи. Этот мертвец и подбросил мой ножик — вражескому клану якудзы. А перед своей смертью, ёкай хотел, чтобы я нашел самого Егучи-сана и про какую-то ошибку хрипел…

На «ошибку» моего директора с икигами-посвященным намекал и пёс-оборотень инугами. Типа, если б Егучи знал мою тайну, то не стал бы меня подставлять? Тогда получалось, что целью директора точно была война между кланами якудзы.

И потомку синтоистских жрецов Егучи помогали в этом ёкаи! Сначала — рыжая кицуне, потом — этот мертвец из подвала. Правда, рыжик — разругалась с директором. И Егучи попытался договориться с бешеным псом-инугами — моим врагом… Собачьи оборотни директора послали нафиг, но он нашел третьего ёкая.

За противников директора «играли» вампиры, но я не спешил записывать Егучи в ряды своих союзников на этом основании. Мой начальник и с «людоедами»-инугами общался… Зачем ему это все?!

Твою дивизию!! Я слишком заморочился с этим синтоизмом и разной нелюдью, а ответ лежал на поверхности. Чертов Егучи-сан не только потомок жрецов — он прежде всего инвест-банкир! Да он заработать на этой войне захотел!

Мы с Пиццей сами должны поднять деньги на взрыве этой топливной базы. Но у моего директора гораздо больше опыта, ресурсов, связей и информации! Егучи мог загодя спланировать финансовую «игру» на триллионы иен! Выйдет в прибыль — и ему будет пофиг на Хиго Холдингс, якудзу и на все остальное. Только это не отменяло мою задачу найти егучего директора!

После секундной паузы, я вернулся к допросу азумовца:

— Зачем твой оябун устроил переговоры над пыточной?

— Босс любит так впечатление произвести на переговорах. Говорят, говорят с гостями… а потом — раз, и стоны из подвала…

«Веселый» старичок. Пожалуй, придется еще раз подумать насчет снайперской винтовки. Достать оябуна Азума-гуми теперь будет гораздо сложнее.

— Ты знаешь, как наемники нашли жертву?

— Нет-нет! Я все сказал… ык…

Ну, раз нет — свободен! В «духовном» плане.

Запихав в рюкзак вражеские мобильники и бумаги, которые выносил из офиса якудза-«уборщик», я выбрался наружу. На крыше домика уже появились первые языки пламени.

Перед отходом с полыхающей базы, пришлось снять свою третью мину. Она предназначалась для насосной станции, но там неподалеку — пытались бороться с пламенем местные технари.

Вряд ли они сами инициативу проявили — с акционерами из якудзы шутки плохи. Но взрывать простых работяг я не собирался. Азума-гуми и так придется все остальное с нуля восстанавливать…

Остаток выходных я провел в тренировках с бабой Масой и на связи с Пиццей. Открытия фондового рынка нам с Ванькой ждать не требовалось. Внебиржевые торговые площадки уже среагировали на пожар.

Все прошло примерно, как мы и ожидали. Да, стартовый капитал был небольшой. Я инвестировал в «игру» 25 тысяч зеленых. Ваня вкладываться не рискнул, но ему причитался приличный кусок за техподдержку. Общий заработок составил где-то полмиллиона долларов. Только наши финансовые «прятки» стоили недешево — половину валовой прибыли.

В итоге, Пицце упал полтинник, а я заработал 200 тысяч бакинских. «Иксы» или мультипликаторы прибыли — очень неплохие.

Осака пока не превратилась в сплошное поле боя между кланами. Все пытались сначала оценить ситуацию, что это за хрень произошла.

Нишио отзвонился мне только в понедельник, зато сразу выдернул к себе на встречу:

— Как выходные прошли, Кента-кун? — заботливо поинтересовался куратор.

— Даже немного от рабочего ноута смог оторваться…

— А в субботу где «отрывался»?