Чтение онлайн

Юная лисица покраснела и прижалась к мужу. А я взял руку Мэриэллы, обошел их и направился вдоль улицы к рыночной площади.

— Дар, а что ты с ними сделал? — спросила Огненная Лисица.

— Память затушевал. Чтобы забыли про Абу. Лось будет помнить, что вез какую-то женщину, а какую, не вспомнит. Лина и Скилл, забудут, что искали ее тут. Подумают, что сами захотели поехать к бабушке.

— А это правильно? Стирать память запрещено.

— Я не стирал, просто подкорректировал. Представь, что будет, если они приедут домой и станут уверять Абу, что она ездила в Даалад.

— А другие люди, что видели меня?

— Если спросят, подчищу память, нет, значит им не до Абы.

— А, может быть, не все так страшно, как говорит папа?

— Они не дотрагивались до тебя. Их просто тянуло к тебе.

— А я, правда, излучаю свет?

— Правда.

— А почему они его не видят? — Мэриэлла мотнула головой назад, где за нами шли растерянные Лось, Лина и Скилл.

— Его видят только рожденные маги.

— А мне он идёт?

— Очень. Мне нравится.

— Я серьезно.

— Я тоже.

Первое, куда потащила меня Мэриэлла, была сходка продавцов льна, на которой выбирали лучший. Она так яростно хвалила то, что привез Лось, что он получил право продавать его по самой высокой цене. Лось сиял как начищенная монета. И долго благодарил ее.

— Не меня хвали, себя, — пожала плечами Огненная Лисица, — ты же его вырастил, а я только выбрала то, что мне понравилось…

Селянин засопел от удовольствия. А эта хитрованка, сделав равнодушное лицо, и сдерживая улыбку, отправилась в другие торговые ряды. Я за ней. На меня она не обращала никакого внимания, будто и не было никого рядом. Сама же лавировала между людьми, как рыбка между подводными водорослями. Я только и успевал следить за ней, ориентируясь на мягкий голубой свет, который был хорошо виден в наступающих сумерках. Неожиданно она пропала. Я испугался. Стоял и крутил головой, начиная жалеть, что затеял эту авантюру. И тут кто-то дернул меня за рукав:

— Дар, у тебя есть пять монет?

— Есть.

— Дай, пожалуйста, я потом верну, у папы возьму…

— Вообще-то я твой муж, — напомнил ей и протянул деньги.

Схватив их, она нырнула в толпу. Я не успел последовать за ней. Но вскоре она появилась около меня, держа в тряпице два яйца испеченных в золе.

— Смотри, что я купила. Хочешь?

— Ты голодна?

— Нет. Просто, вкусного захотелось. Мы с Волком и Соловьем, когда появлялись деньги, всегда их покупали. Вот только соли надо где-то раздобыть.

— Я знаю где, пойдем.

Я взял ее за руку и повел к Приюту у железного дерева. Там были танцы. Хотел пройти мимо. Но она вдруг вырвала ладонь, и ворвалась в толпу танцующих людей. Это был танец селян-срединных, где женщины отбивая такт каблуками туфель, крутились в окружении мужчин, которые показывали свою ловкость, приседая и подпрыгивая. Мэриэлла закружилась, с грацией и азартом настоящей танцовщицы. Поглядывая призывно на меня. И вскоре все, кто был около приюта, присоединились к ней. Только я, как остолоп стоял, еле сдерживая себя, мои колени дрожали, так и хотелось пуститься в пляс. Но боялся, что не смогу наблюдать за обстановкой. Несколько раз над площадью пролетали сельфы, но тонкие огненные нити Даалада, вспыхивая над головами ничего не замечающих людей, отпугивали их. Но я знал, что увидев ее, они найдут лазейку и скоро придут на площадь. Когда музыка затихла, один из парней обратился к Мэриэлле:

— Ну, молодца, девка! Давай станцуем танец драконов? Ты победишь, я тебе бусы куплю, я моя победа, замуж тебя возьму.

— Не хочу, — повела плечом танцовщица.

— Да, ладно выпендриваться-то! Ты мне по вкусу пришлась…

— А что! — зашумели кругом, — давай, станцуй с ним, девочка! Славно у тебя получается.

— Она больше не будет танцевать, — злясь на этого парня, резко сказал я.

Узнав меня, толпа шарахнулась, оставив нас с Мэриэллой одних посреди толпившихся кругом людей, с любопытством разглядывающих нас.

— Просил же не выдавай себя, — обратился к ней, — над нами ветры летают.

— Ну и пусть летают, — обиделась она, — я хотела с тобой потанцевать! А ты как каменный истукан, никакая сила тебя не берет.

Хотел возразить, что еще как берет, только вот страх за нее сильнее. Но ничего не ответил. А только подтолкнул в спину, и, опустив голову, она пошла сквозь строй расступающихся горожан, которые провожали нас взглядом и шушукались за спиной. В приюте было многолюдно, увидев меня, хозяйка пошла навстречу:

— Повелитель, у меня постоялица пропала из закрытой комнаты, — смущенно сказала она, — Абой зовут, все про тебя спрашивала. Странная такая.

— Не волнуйся, была она у меня, — успокоил ее.

— Да как же она выбралась? Мимо меня не проходила, я здесь все время, увидела бы. Да, и дверь закрыта была, нам ее ломать пришлось.

— Старые люди как тени ходят. Вот и не заметила. А щеколда сама могла защелкнуться, — дотронулся до нее.

— Твоя правда, — кивнула хозяйка, — а чего зашёл? Ищешь кого?

— Соли надо, до замка дальше, чем до тебя. Дашь щепотку?

— О чём разговор! — улыбнулась хозяйка. Мэриэлла пряталась у меня за спиной. Получив от нее, соль, мы вышли на улицу.

— Вот не думала, что обо мне так волноваться будут, — проворчала Мэриэлла. — Ну, нет и нет! И чего панику поднимать?

— В Дааладе всегда так, входишь дом, и хозяин уже несет ответственность за тебя, — объяснил я.

— В следующий раз ни за что в приют не зайду.

— Правильно. В следующий раз прямо в замок иди!

Огненная Лисица ничего не ответила, только полоснула по мне темно-синими глазами и отвернулась.

— И где мы будем есть? — спросил я. — Может быть, в замок вернемся?

— Не хочу в замок. Здесь так хорошо. Давай на дерево заберемся.

— Куда? — я посмотрел на железное дерево, — а что в этом что-то есть. Давай, только не привлекай к себе внимание.

— Я тихо. Меня никто не увидит, — уверила она, обернулась Огненной Лисицей, и исчезла. Во мне опять шевельнулся страх. Она накинула невидимость. Захочет сбежать, не поймаю. Подошёл к дереву и поднял голову. Она уже сидела на ветке, свесив ноги, и рукой звала меня. Оглянулся. Никто на меня не смотрел, и быстро забрался по стволу и сел рядом с ней. Отсюда был великолепный вид. Было видно далеко. Народ веселился. Около приюта продолжались танцы. За прилавками селяне праздновали, распивая и закусывая. Где-то качались на качелях, на площадке для игр мерились силой. Мы поужинали.