Чтение онлайн

— Я ничего не вижу, Коул.

— Это невозможно. Я слышал, как его череп треснул, — сказал он, и сразу же показалось, что захотел проглотить свои слова обратно, когда Фиаметта обернулась к нему.

В глазах Фиаметты сверкали всполохи пламени.

— Ты бы посмел напасть на моего лучшего защитника, Эндер? Он единственный, кто стоит между мною и огненными змеями. То, что ты считаешь возможным напасть на него, говорит, как мало для тебя значит наша безопасность.

— Зажигалочка...

Я вздрогнула, когда он, очевидно, назвал ее ласкательными именем. Она побледнела, а на скулах вспыхнули ярко-красные пятна. Коул проглотил все, что собирался сказать. Что, вероятно, было его лучшим решением за день.

Она подняла руку и выставила ладонь в его сторону.

— Таким образом, ты лишаешься всех званий и привилегий. Я не увидела ран у Кактуса, но в наших глазах он ценный Саламандр, и то, что ты осмелился напасть на него, заставляет меня усомниться в твоей преданности.

Мо уверенность в себе взмыла до небес, и даже пришлось подавить расползающуюся по губам улыбку.

— У него на руке есть шрам, не так ли? Спрятанный под перчаткой.

Коул вздрогнул всем телом, словно я растоптала его семейные драгоценности. Фиаметта перевела взгляд с него на меня.

— Эндер, ты знаешь эту Терралинг?

— Нет, моя королева.

Интересно, как быстро все изменилось. Что угодно, лишь бы сохранить благосклонность королевы.

— О, конечно, ты знаешь, — сказала я, чувствуя, что вся ответственность за развитие ситуации булыжником ложится мне на плечи, вместо пятикилограммовой кошки.

— Я никогда не видел ее, моя королева, — он вспотел, и я полагала, это произошло вовсе не от жара. Я перевела взгляд с него на Фиаметту, и увидела, что ее голубые глаза смотрят в мою сторону.

Я заставила себя улыбнуться, судорожно размышляя. Думай, как Белладонна, это было единственной мыслью.

— Ты доверяешь своему Эндеру? Веришь, что он не солжет тебе? А что, если я скажу тебе, что он только что солгал? Прямо в лицо.

Она прищурилась так, что стали видны только щелочки вместо глаз.

— Терралинг, ты ходишь по краю. Помни, что пока ты здесь, должна придерживаться моих правил. Или окажешься рядом с твоим другом в двух шагах от Шахты.

Проклятье, я действительно ходила по краю. Я примирительно подняла руки ладонями вверх и пожала плечами.

— Если ты хочешь впустить к себе в постель гадюку и думаешь, что ее укус не будет ядовитым — пожалуйста. Я больше ничего не скажу, как пожелаешь, — повернувшись, я поманила Кактуса, у которого отвисла челюсть, словно я ему в нее заехала кулаком. — Кактус, ты говорил, что покажешь мне Шахту так близко, как я смогу подойти.

— Стоять, — произнесла Фиаметта ледяным голосом, в котором грохотала сила, лава под нами взметнулась вверх с таким звуком, словно забил струёй фонтан адского огня. Голос Фиаметты не выражал эмоций. Я завладела ее вниманием. Я повернулась, полагая, что приказ был для меня. Но это было не так.

Эндер — ее любовник и предатель — попытался сбежать. Кактус встал рядом со мной, поднял руку, и тоннель, по которому сбежал бы Эндер, обрушился, очень эффективно остановив его.

Он развернулся и поднял свою дубинку, направив ее в сторону Фиаметты. Он был так напуган, что его страх, казалось, наполнил воздух.

— Ты, сука, ты разрушила эту семью!

Я была ближе всех к нему и отреагировала, не особо осознавая, что делаю.

Сняв Пету с плеча, я толкнула ее за себя и побежала вперёд, встав между Эндером и Фиаметтой, естественно, у меня не было оружия.

Эндер засмеялся.

— Ты хочешь защитить ее? Она не заслуживает твоей защиты.

Я встала в боевую стойку.

— Это мне решать.

— Ларк, держи, это может тебе пригодиться, — выкрикнул Бранд, и послышался звук скребущихся металла и дерева о гладкий камень. Копье прокатилось и остановилось у моих ног – изогнутое лезвие и деревянная рукоятка, которую когда-то держала в руках моя мать. Я подхватила его и развернула в сторону Эндера, когда он ринулся ко мне с дубинкой. Лезвие встретилось с темным камнем, когда мы скрестили наше оружие. Мышцы напряглись, и плечо заныло от усилий, но я оттолкнула его назад, хоть и с трудом.

— Коул, прекрати это, — сказала Фиаметта, и на секунду мне захотелось обернуться, чтобы увидеть темные волосы и зелёные глаза моего бывшего любовника. Но, конечно, Коул передо мной был Саламандрой. И я не сомневалась, что он убьет меня, стоит мне ослабить бдительность.

— Последний Коул в схватке со мной лишился руки, — сказала я, сделав выпад копьём в его живот, уходя вниз и зацепив его колено. Кончиком копья я прорезала его брюки и колено сбоку. Он упал, но махнул дубинкой перед собой, удерживая меня на расстоянии. Его черные глаза сверкали ненавистью, и я прочла в них осознание близкой смерти.

Я сделала шаг назад, широко прокрутив копьё перед собой.

Фиаметта шагнула вперёд, и мы оказались с ней бок о бок, но она не сводила глаз со своего любовника.

— Ты бы убил меня?

Он не опускал глаз, и я приготовилась к тому, что он может напасть.

— Хоть тысячу раз.

— Почему?

Коул покачал головой.

— Больше я ничего не скажу.

Фиаметта склонила голову, и на миг я увидела горечь в ее взгляде.

— Коул, брось своё оружие.

Он покачал головой, медленно вставая и припадая на одну ногу.

— Нет. Убей меня, и покончим с этим.

Фиаметта мельком взглянула на меня.

— Можешь схватить его, не убивая?

Это был шанс, который может больше не предоставится, чтобы заслужить ее милость.

— Если таково твоё желание.

— Действуй.

Я встала перед ней снова и медленно повернула копье так, чтобы взяться за древко рядом с остриём и направить тупой конец на Коула.

— Я заставлю тебя убить себя.

Я не сомневалась, что он так и сделает.

— Фиаметта, ты позволишь задать ему вопрос?

Она тихо фыркнула.

— Ты думаешь, что сможешь заставить его говорить без пыток?

— Я знаю больше, чем он говорит, — сказала я, у меня ноги зудели от недостатка движения. Я потянулась к той части силы, что не была связана с Терралингами. Дух поднялся внутри меня, и я сконцентрировалась на Коуле. На том, чтобы развязать ему язык и заставить выдать свои секреты. Коул поднял на меня взгляд, начав говорить.

— Мы никогда не встречались, ты даже не взглянула на меня, когда мы притащили тебя и твоего друга из Края, — он выпучил глаза, осознав, что делает как раз то, что не собирался.