Чтение онлайн

Тем временем, гость Адаль заинтересовался происходящим. Ему стало любопытно, почему же эта… гостеприимная особа так застопорилась у двери, и что ей надо сделать такого неотложного. Он встал с дивана, тихонько подкрался к двери, которая не была полностью закрыта, и стал наблюдать за происходящим в комнате.

Тем временем, подойдя к столу, хозяйка дома закатила рукава своей блузки и стала рыться в груде хлама. «Надо привести все в порядок», – в сотый раз, за последнюю четверть века, Адаль пообещала себе навести порядок на столе. Через пару минут поисков она нашла все, что ей было необходимо. Смахнув на пол то, что по ее мнению было не очень хрупким и пока могло полежать и там, Адаль тем самым освободила на столе рабочее пространство. Она зажгла только что найденную в хламе толстую красную свечу и воткнула ее в витиеватый подсвечник, который странным образом был найден так же на полу, среди ненужного хлама. Там же она нашла и свой атаме 18 .

Глядя на огонь, Адаль пыталась извлечь из памяти все свои знания. Она помнила, что ей следовало делать дальше, но что-то ее останавливало. Ей надо было совершить обряд, чтобы полностью восстановить свое подкошенное физическое состояние, но ее внутренний голос отговаривал ее от этого. Почему-то она была уверена, что на этот раз не все так просто, и сейчас она судорожно перебирала в памяти все другие варианты. К своему огромному разочарованию, ничего подходящего она так и не вспомнила. Ей придется принести кровавую жертву за исцеление. В правую руку она взяла атаме, а на левой руке, начала вырезать нужные символы. Губами, еле слышно, она произносила нужные слова. Из порезов на руке начала щедро сочиться кровь. Тонкой струйкой стекая на стол, она то и дело пыталась собой потушить пламя свечи. Адаль будто не замечала этого.

Так же она не заметила изумрудных глаз, которые все это время, почти не мигая, наблюдали за происходящим и которые заметно округлились, когда дело дошло до резки по плоти.

Еще линия – Адаль закончила. Она подождала, пока кровь из порезов перестанет течь, и последние капли затушат горящую свечу. Она в полумраке покинула кабинет. Адаль была полностью ослаблена. Обряд забрал у нее остаток сил. У нее осталось только одно желание – дойти до спальни и погрузиться в сон.

Проходя мимо гостиной, она заметила, что дрова в камине догорают, и она решила подбросить в него пару поленьев. Адаль присела на корточки рядом с камином и посмотрела на своего гостя – он уже крепко спал. Почему-то ей очень захотелось дотронуться до него, но она на полпути отдернула руку. Побоялась, что ее прикосновение его разбудит. Ей было жаль, но утром придется от него избавиться. Она закинула в камин дрова и пошла к себе в спальню.

Как только шаги Адаль поглотила темнота, пламя с жадностью принялось облизывать отданные ему на съеденье дрова, огонь в камине начал с треском разгораться, отражаясь в широко распахнутых изумрудных глазах.

Непогода бушевала всю ночь. Будто какие-то незримые силы боролись в небе за право властвовать на земле. Появившееся странным образом, словно незваный гость, тепло не хотело отступать перед натиском хозяина-холода, но к утру все-таки сдалось и льющий как из ведра дождь, плавно перешел в снег. Холод победил.

Проснувшись, приведя себя в надлежащий вид и боевую готовность, Адаль спустилась в гостиную. Ее там ждали. Золотистый ретривер, которого она вечером приютила, уже проснулся и при виде ее начал усиленно махать хвостом, тем самым желая ей доброго утра. Это было для нее непривычно. Непривычно, что утром кто-то ждет ее пробуждения, непривычно, что у нее есть домашний питомец. У нее их никогда не было. Смысла заводить их она не видела – слишком коротка и мимолетна их жизнь. Но ей по душе был незваный гость: понимает каждое слово, внимательно слушает и не задает лишних вопросов. Из него получился бы отличный собеседник. С ним можно было бы коротать вечера. Жаль, что его нельзя оставить.

Пес сидел, не шелохнувшись, и пристально смотрел, пытаясь понять, какие мысли сейчас проносятся в голове у его новоиспеченной хозяйки. Слегка колеблясь, Адаль позвала его. Что-то в ее тоне насторожило пса. Покладистый до этого момента четвероногий друг решил на этот раз не выполнять команд. Пес словно прирос к полу и на следующие команды так же не отреагировал: делал вид, что не слышит или не понимает того, о чем его просят. Адаль начала злиться. Подошла к псу и схватила его за холку, чтобы силой заставить сделать то, о чем так безуспешно просила. Такое обращение псу пришлось не по вкусу: он весь ощетинился и зарычал. Начал буксовать лапами, клацать зубами возле руки, схватившей его. Он упирался, как мог, ему очень не хотелось покидать только что обретенное жилье, но Адаль с ним справилась. Несмотря на его довольно крупные габариты, хозяйка дома сдвинула его с места и волоком потащила к входной двери. Оказавшись за порогом, она отпустила пса.

– Пошел отсюда!!! Пошел прочь! – голос Адаль сорвался на крик.

Она пыталась прогнать животное, но оно категорически не хотело ее слушать и с наглым видом пыталось зайти обратно в дом.

– Я кому говорю: вон! Пошел отсюда, тупая скотина! Прочь, я сказала! – толку от этих криков не было, пес оставался стоять на пороге.

– Ну ладно, сам напросился, я хотела по-хорошему, но если ты не понимаешь… – заканчивать свой монолог Адаль не стала, схватила пса за шиворот и силой потащила его прочь от дома.

Пес не сдавался. Он несколько раз вырывался и играючи, вприпрыжку бежал обратно к порогу дома. Пока Адаль шла к нему, он с ухмылкой наблюдал за ней. По рыжей морде было видно, что его явно веселит эта ситуация. Если бы он мог, он бы хохотал до упаду.

Адаль не любила шуток и всерьез разозлилась. Она была вся перепачкана грязью. Терпение ее лопнуло. В очередной раз подходя к дому, она достала из-за пояса пистолет и сняла его с предохранителя. При виде этого, выражение на морде пса изменилось. Игривое настроение исчезло. Адаль подошла вплотную к животному и направила на него пистолет. Пес в оскале обнажил клыки, похоже, он понял, что именно в руке у несостоявшейся хозяйки. Он начал пятиться прочь от порога, не сводя глаз с оружия. Палец Адаль лежал на курке, и она начала целиться псу прямо между глаз. Тот в ответ злобно зарычал, на несколько секунд замер, будто принимая решение: что делать дальше? Адаль продолжала держать его на мушке. Пес развернулся и со всех ног побежал прочь от дома. Пуля, пущенная ему вдогонку, своим свистом разорвала утреннюю тишину.

Он отряхивался от снега, когда услышал за спиной тихий ехидный смешок.

– Ну, ты даешь! Вот умора! – тихий смешок перерос в громкие раскаты смеха, которые чередовались издевательскими фразами. – Это ж надо, до такого додуматься!!! Собачка! За ушком почесать? Ой, прости, рук нет! Клювиком могу, хочешь??? Ну, ты вообще… А если бы она все-таки не в воздух выстрелила, а в тебя? Ты всегда импровизируешь? Учти, я не могу быть твоей нянькой…

– А ну, брысь отсюда! Если я тебе не вырвал перья из хвоста на стоянке, когда ты осмелилась разгуливать по моему байку, то это не значит, что я за твою дерзость этого не сделаю сейчас!!! – по интонации было видно, что говоривший не шутит.

Ворон, сидевший на ветке дерева, взлетел.

– Дожили! Неблагодарный! – обида сквозила в голосе птицы.

– Вон, я сказал! За другими наблюдай, дятел! – этими словами собеседник перешел все допустимые грани приличия.

Слово «дятел», для ворона, которым птица являлась, было аналогично самому грязному ругательству. Чтобы не вступать в словесную перепалку, которая добром не кончится, ворон решил ничего не отвечать. Птица была оскорблена и обижена до слез. Она сделала пару кругов в воздухе и улетела, оставив своего обидчика один на один с его воспоминаниями о том, как же все-таки и до чего он дожил…

Он со вздохом открыл глаза и не смог понять, где находится. Что с ним творится в последнее время? Каждое его пробуждение начинается с вопросов. Он сел на ложе и огляделся. Комната была ему незнакома, но по интерьеру он понял, что находится в Асгарде 19 , в каком-то лазарете: уж слишком кристально чистым был воздух в помещении. Будто сквозь плотную завесу у него стали проступать воспоминания о случившемся. Все как в тумане… картинки, обрывки фраз… Он встряхнул головой, пытаясь собрать куски мозаики воедино и воссоздать картину произошедших событий. Он вспомнил погоню, вспомнил аварию, и тут его осенило: эта дрянь вогнала в него кинжал! Она же чуть не прирезала его!..