Чтение онлайн

Девицы тем временем уже вбежали в светлицу и закрыли за собой дверь.

— Что ты себе позволяешь? Ума лишилась? — гневно отчитывала сестру Зоряница — Я лишь хотела помочь тебе узнать судьбу, а не губить свою честь!

— Перестань. Я ничего такого не сделала! — торопливо меряя покои шагами, оправдывалась Огнеслава.

Сейчас у нее в голове будто бы туман рассеялся. Отвечая сестре, на деле, она пыталась осознать, как подобное могло случиться с ней. Почему она поступила так, словно это и не она вовсе?

— Ты его поцеловала! — не унималась Зоряница.

— Я поцеловала своего жениха. Что здесь такого? Не ты ли мне рассказывала, как в деревнях девки на свидания бегают?

— Но ты не девка, Огнеслава, ты будущая княгиня.

Да! Тысячу раз, да! Сестра права! Но что это было? Наваждение? Воля богов? Любовь?

Что бы ни было, назад не воротишь. Огнеслава знала, что Зоряница скорее умрет, чем проболтается, поэтому решила завершить разговор.

— Он мой будущий муж. Значит, ничего плохого я не сделала, — выдохнула она — Не кори меня, самой стыдно.

Зоряница только головой покачала.

В декорированном темным деревом, малом зале белокаменного дворца Зеяжска было неспокойно. Тревожно дрожало пламя многочисленных свечей. Несмотря на поздний час, здесь шел ожесточенный спор. За плотно закрытыми дверями, князь Зеяжска Буеслав спорил с сыном. Княгиня Верея сидела в кресле, словно статуя, и молча слушала перепалку своих любимых мужчин.

— Они должны заплатить за нанесенное мне оскорбление! — упорствовал Аскольд. — Тебя там не было, отец, поэтому ты и строишь из себя добродетель!

— Нравится тебе то или нет, но князь Яросвет теперь нам родня. Нельзя взять женщину из чужого рода и вести себя так, словно эти люди тебе никто, — неуклонно отстаивал свою позицию князь Буеслав. — Что скажет народ, если ты будешь мстить собственному свекру? Род силен, когда он един, как кулак, и поддерживает связь с родственными семьями.

— Это не наш род! Да и если припомнить то, что сделала княгиня Огневица, к слову это её потомков ты сейчас защищаешь, то они нам скорее враги, чем друзья, — вскричал княжич.

— Не упоминай при мне имя этой вероломной колдуньи, — осадил сына Буеслав.

— Вот-вот! И твоими стараниями, скоро еще одна гадина из этого семейства станет моей женой. С чего ты вообще решил, что она добровольно отдаст нам содержимое ларца?

— Не отдаст, сами заберем, — уверенно заявил отец.

— Какой ты скорый, батюшка! Заберет он! — фыркнул Аскольд. — Только женщина, кровная родственница, прости отец, Огневицы, может открыть ларец. Любой другой обречен на мучительную смерть.

— Аскольд, если твоя жена, не отдаст тебе содержимое ларца, значит, ты должен очень постараться, чтобы у тебя быстрее родилась дочь. Ты должен быть хорошим отцом, чтобы твоя дочь, сделала все, что ты скажешь, даже против воли матери. Удивительно, что такая простая мысль не приходила в твою буйную голову, — вдруг вступила в разговор княгиня.

Верея не любила споров, но оставаться в стороне уже не могла. Она величаво встала и медленно прошла меж мужем и сыном.

— Мы слишком долго ждали, дорогой мой, пока в этом роду появится девочка. Сто лет немаленький срок, — все ещё красивое, с едва заметными морщинками, лицо княгини было спокойно, как гладь горного озера. — И послушайся, наконец, отца, снеси молча оскорбление князя Яросвета. Им движет животный страх, будь выше этого.

Легкое шуршание нарушило тишину, все трое обернулись. Одна из ниш в стене сдвигалась, открывая взору черную зияющую пустоту тайного коридора. В проеме стоял юноша как зеркальное отражение похожий на княжича Аскольда. Разница была лишь в одежде, если княжич предпочитал белое и алое, то его близнец обычно был облачен в синее и черное.

— Доброго вечера, — произнесла точная копия княжича Аскольда.

— Горан, сынок, ты опоздал. Смею заметить, опять, — недовольно проговорила Верея.

— Полно, матушка, — подмигнул гостю Аскольд, — он ничего не пропустил. Проходи, братец, понаблюдаешь, как собственные родители отравляют мне жизнь.

Горан приблизился и занял место в одном из кресел. Он молча созерцал окружающих, внимательным взглядом, серых, как и у брата, глаз.

— Не томи, я вижу, тебе есть что сказать, — свела изящные брови Верея.

— Есть, — отозвался он. — Но сначала я хочу услышать, что вы решили по поводу княжны Огнеславы.

— А что тут решать? — приподнял бровь отец. — Аскольд женится на ней, если не она, значит их дочь, вернет в нашу семью украденное.

— План отличный, с той лишь мелочью, что я не хочу брать в жены вероломную лживую тварь, — отозвался на заявление отца Аскольд.

— Никто не спрашивает, чего ты хочешь, — шикнул на него отец.

— Я бы на твоем месте так не противился, — улыбнулся брат. — Огнеслава очень красивая девица.

— Ты ее видел? — заинтересовался Аскольд.

— Я всё вижу, ты же знаешь. Огнеслава - это угроза, которая выглядит, как невинный цветок, — загадочно произнес Горан.

— К чему ты ведешь? — неожиданно забеспокоилась княгиня.

— К нам едет очень опасное дитя, — вновь заговорил он. — Даже не знаю, какое слово подобрать для нее. Она юна и очень красива. Сначала, кажется, что это милый наивный ребенок, но потом оказывается, что ребенок прячет за спиной вот это.

Он осторожно достал из-за пазухи нечто завернутое в платок и, взявшись за кончик, встряхнул ткань. На пол со звоном упал клинок, тонкий, сделанный для женской руки, кинжал. Аскольд наклонился и, подняв оружие, повертел его в руке.

— И что? Я бы тоже достал оружие, появись ты внезапно, — пожал плечами княжич. — А я не сомневаюсь, что ты не лишил себя возможности произвести впечатление.

Горан встал и подошел к брату. Немного помедлив, он обхватил ладонью лезвие и тут же отдернул руку, демонстрируя семье ожог. Кожа на его руке дымилась, мерцая синими искрами.

— Что это? — испуганно проговорила княгиня.

— Не думал, что в мире есть клинок способный тебя ранить, — задумчиво произнес Аскольд.

— Не только ранить, но и убить, — поправил его брат и снова сел в кресло.

— Нужно выяснить, откуда такое оружие и сколько его, — сурово проговорил князь. — Что за семейство, одни проблемы от них!