Чтение онлайн

– Просто отпусти от себя эту злость, – уговаривает меня Роберт. – Твои родители любят тебя, а что произошло между ними, тебя не касается.

Я хмыкаю.

– Говоришь, как старый дед.

– Ну я уже не мальчик, да. – Он усмехается.

– Я верила ей, понимаешь? Жалела ее. Господи, я столько всего наговорила отцу…

Слезы на глаза наворачиваются, настолько мне обидно. Я шмыгаю носом.

– Детка, ну что ты… повернись ко мне.

Поворачиваюсь и кладу голову ему на грудь.

– Ты такая ранимая… – Он целует мой лоб, нос. – Такая юная.

– Ничего подобного! – сквозь слезы возмущаюсь я.

Неужели после такого профессионального секса он по-прежнему считает меня соплячкой? Эта мысль удручает.

– И упрямая. – Он щелкает меня по носу, утихомиривая мой пыл. – Все будет хорошо, вот увидишь.

– Нет, не будет. У меня больше нет дома…

А ведь действительно. С отцом отношения испорчены, у него новая семья, а мать оказалась лживой обманщицей, разрушившей наше счастье. Я и впрямь бездомная.

– У тебя есть дом. Даже два. Ты можешь остаться со мной, если захочешь.

Я округляю глаза.

– Ты предлагаешь мне переехать к тебе? – Я не ослышалась?

– Да. – Он участливо кивает. – По-моему, так будет лучше. По крайней мере, мне не придется постоянно следить за тобой.

Следить?

Мне требуется время, чтобы осознать услышанное.

– Ты… следишь за мной? – Раскрыв рот, я таращусь на этого мокрого беспринципного нахала, который, кажется, перешел все границы!

– Ну да, периодически. – Он хмурится, словно не понимает моего негодования. Ну и ну!

– Ты точно больной…

Роберт запрокидывает голову и начинает хохотать.

– Только что это поняла?

У меня нет слов. Хочу разозлиться на него по-настоящему, но не могу.

Я слишком люблю его.

Он вновь привлекает меня к себе.

– Я абсолютно больной, – мрачно соглашается он. – И ты, между прочим, тоже, раз сидишь здесь, в моей ванне… мокрая, обнаженная, размякшая после секса… и твои губы такие пухлые и красные, что я хочу их съесть.

Он целует меня с аппетитом, будто и впрямь собирается полакомиться мной. Впрочем, тут наши желания совпадают.

Я в Мемфисе. Отец только что вернулся с работы, и они с матерью ссорятся. Из-за чего на этот раз – неизвестно.

В скайпе «висит» Кевин. Он уговаривает меня поехать к его бабке на выходные якобы для подготовки к выпускным экзаменам. Но я-то знаю, что у него на уме. Парень хочет секса, а я почему-то не решаюсь, хотя идти в колледж девственницей тоже не вариант.

Ругань за стенкой становится все громче, они посылают друг друга к черту, отец хлопает дверью и уходит.

В точности, как вчера, как позавчера…

– Кэтрин…

В мое сознание врезается тихий, нежный шепот. Я оглядываюсь, но никого нет.

– Кэт…

М-м-м…

– Китти-Кэт, хватит дрыхнуть!

Я медленно разлепляю веки.

Роберт стоит возле кровати в одних трениках и держит в руках большую коробку, которую я сразу же узнаю.

– Привет. – Я лениво потягиваюсь.

– Привет. Принесли твой, точнее, мой подарок! – Он по-мальчишески ухмыляется, в глазах задор и любопытство.

– Открывай, – говорю я, предвкушая его реакцию.

– Понятия не имею, что ты туда положила, но она тяжелая. – Он садится на кровать, осторожно развязывает бант, разворачивает обертку. Я внимательно слежу за его мимикой, это очень волнительно.

Наконец, он снимает крышку, заглядывает в коробку и впервые за время нашего знакомства выглядит по-настоящему удивленным.

– Обалдеть… – Роберт бережно, как истинный коллекционер, достает гитару, тщательно рассматривает ее со всех сторон.

– Черт меня дери, «Гибсон Мемфис ES-295» [43] . – Он только что не присвистывает.

Ему нравится, нравится!

Я облегченно выдыхаю.

– Эта штука стоит десять тысяч долларов. – Он отрывается от гитары и смотрит на меня в упор.

– Вообще-то 8400.

– Охренеть. – Он качает головой. – С ума сошла, такие суммы на меня тратить?

Что?

– Это же «Скотти Мур»!

– Я знаю, но какого хрена?

Вот дерьмо! Он злится?

– А ты какого хрена платишь мне такую зарплату?

Роберт откладывает гитару на постель и встает.

– Это другое дело. Я могу себе позволить.

Ах, вот как?

– Я тоже теперь могу себе позволить, ясно? – справедливо подмечаю я, поймав на себе его косой недовольный взгляд.

– Хорошо, с этим я разберусь.

С этим?

До меня вдруг доходит, что он имел в виду.

– Только попробуй вернуть мне деньги! – Забывшись в споре, я взмахиваю руками и случайно роняю одеяло.

Роберт опускает глаза на мою грудь, по его лицу расползается озорная усмешка. Я краснею и прикрываюсь.

– Ну, не стесняйся. Они такие милые…

Черт.

Показываю ему средний палец и насупливаюсь.

– Ты что, обиделась? – изумляется он.

О, это еще мягко сказано!

– Я думала, тебе понравится мой подарок… но ты умудрился все испортить. – Смотрю на свои ногти.

– Мне очень нравится. Я даже не знал, что они продаются, давно не ходил по магазинам. И я впечатлен, что ты ухитрилась найти такой редкостный экземпляр.

– Из всех твоих гитар я запомнила только «Гибсон», – рассказываю я, – а когда продавец сказал, что в названии фигурирует «Мемфис», то…

Роберт смущенно опускает ресницы. Ему действительно неловко, что я потратилась на него, это противоречит всем его правилам. Я должна разрядить обстановку.

– Я купила ее не для того, чтобы тебя «умыть». Хотела порадовать, только и всего. Плюшевый мишка вряд ли пригодился бы тебе в обиходе.

Усмехнувшись, он садится на кровать с моей стороны.

Мы долго смотрим друг другу в глаза, я пытаюсь понять, о чем он думает, и терпеливо жду, когда он заговорит.

– Короче говоря, – он возвращается к своему привычному командирскому тону, – гитара обалденная, но я все-таки открою на твое имя карточку и положу эти деньги на счет.