Чтение онлайн

Но она словно не слушала его. Села, продолжая всхлипывать и осматривать свое полупрозрачное тело, лишь украдкой бросая взгляд на Вильфреда.

– - Вспомни тот вечер. Мы зашли в трактир немного согреться, выпили по пинте, ты вышла на улицу. Что было дальше? Кого ты там встретила?

– - К-когда?
– - подняла она на него пустые, казавшиеся совсем потерянными глаза.

– - Это нормально, -- вдруг включился в их беседу человек в темном, -- не переживай. Дай ей время, она все вспомнит.

Вильфред коротко кивнул. Син же, как показалось, даже не услышала этого короткого совета.

– - Да, -- неуверенно заговорила уже вставшая на ноги девушка, морщась, -- я, кажется, что-то припоминаю...

– - Кто это был?
– - прервал ее архимагистр прямым вопросом.

– - Я... я...

– - Син, пойми, у нас очень мало времени. Мне нужно знать.

– - Это... был мужчина, -- глубоко вдохнув и зажмурившись, нетвердо сказала Син.
– - Нет, несколько мужчин.

– - Ты можешь сказать точно, сколько?

– - Трое, -- уже более смело кивнула она.
– - Во всяком случае, видела я лишь троих. Ну, как видела... Было темно. Очень. Рассмотреть их в деталях мне не удалось.

– - Но хоть что-то ты приметила?
– - подгонял ее Вильфред, хотя ему, конечно, хотелось, чтобы их разговор не оканчивался, и она от него больше никогда не уходила.

– - Хорошо помню одного.
– - Девушка вдруг взволнованно заходила взад-вперед по своему узилищу.
– - Он поймал меня. Вышел на улицу вскоре после меня. Схватил... за волосы. Оттащил за трактир. Смотрел прямо в глаза своими карими, с красными прожилками и желтыми белками пропойцы буркалами. Такой весь патлатый. Бородатый. Вонючий...
– - Она стиснула кулаки, остановилась, замялась. Вильфред же молча ожидал, не решаясь торопить супругу. Хотя в его взгляде и поселилось чрезвычайное смятение. Он понял, о ком говорит Син.
– - Потом мне скрутили руки. Сзади. Он отступил и... последовал удар.
– - Девушка машинально схватилась за бок.
– - В живот. Кажется, каким-то оружием. Точно не голыми руками. Потом еще. Туда же. И еще. Я не видела лица того, кто наносил удар, хотя он стоял в локте от меня. Патлатый попытался его оттащить, говорил что-то вроде "с нее достаточно", "оставь эту... Луговничью подстилку". Но тот не слушал его, лишь гаркнул, приказывая не подходить. Назвал его... Гленом, кажется.

– - Гленом?
– - только теперь Форестер решился перебить девушку, но сделал это тихим, почти шепчущим голосом, наблюдая, как губы Син вновь начинают истерически дрожать.
– - Ты уверена? Ничего не путаешь?

Она отрицательно помотала головой.

– - Точно Глен. Я хорошо это запомнила, пускай в тот момент уже практически ничего не чувствовала. Лишь ставшие практически безболезненными удары под ребро и перегарный смрад.

– - Ты помнишь, как выглядел этот Глен?

– - Говорю же, патлатый, бородатый, с безумными карими глазами.

– - Ты должна понимать, что это не самые уникальные приметы. Под такое описание подойдет половина рабочего квартала Корвиаля...

– - Помню руки, -- оборвала Син Вильфреда, совсем его не слушая.
– - На них были рубцы и взбухшие ожоги. Свежие. И еще рубаха. Старая, ветхая, с прогарами и черными пятнами.

– - Значит, Глен, -- пробубнил себе под нос колдун, поняв, что девушке больше нечего добавить.

– - Вилли!
– - вдруг пронзительно выкрикнула она, вскидывая на супруга взгляд.
– - Что ты задумал?

Архимагистр уже хотел сказать что-то туманное и не самое честное в ответ, как осекся. Связь с Син стала слабеть, ее полупроницаемая фиолетовая фигура зарябила и задергалась.

– - Вильфред!
– - Ее голос стал видоизменяться: от низкого гортанного до режущего ухо визга.
– - Что ты хочешь с ним сделать?

Но он по-прежнему молчал, бессмысленно буравя взором магический круг-клетку его возлюбленной. Кулаки затряслись от натуги.

– - Вилли, не глупи!..

Внезапно фантом лопнул мириадами сверкающих крупиц, не оставив после себя даже следов на почве. Но молящий голос возлюбленной еще долгое время эхом бился в ушах Вильфреда Форестера.

Он застыл, в то время как окрестности затянуло обратно в пучину мрака. Сверху хлынул ливень. Над вдруг облачившимся в длинный плащ с капюшоном Вильфредом возник кривой козырек, в щели которого легко проникала собиравшаяся сверху вода, струйками спускавшаяся на плечи архимагистра. Но его сии неудобства беспокоили мало.

Колдун стоял, спиной опершись на дощатую стену какого-то здания с черными, безжизненными окнами, и не спускал глаз с трудившегося через дорогу человека. Под длинным покатым навесом расположилась небольшая кузница с наковальней, горном, бочкой с водой да станком для зажима, в которой тяжело стучал молотом по раскаленному пруту мужчина средних лет: патлатый, бородатый и с множественными порезами и ожогами на руках. Он был невысок, облачен в рубаху с короткими рукавами и грязным от гари фартуком. Слипшиеся каштановые космы широко раскачивались от каждого удара крепко сжимавшей молот руки по железу.

Мужчина взял щипцы, погрузил огненно-красную часть заготовки в бочку с водой, отчего возникло гулкое шипение, устало вытер заливавший глаза пот со лба. Он поднял свои карие, полуприкрытые веками глаза на Вильфреда. Вернее, в сторону того, так как сам архимагистр стоял в глухой тени, и едва ли утомленный работящий взор мог сквозь нее продраться. А если ему это и удалось, то мужчина, видно, не признал мимолетно встреченного им с неделю назад в таверне человека.

Взгляд этих глаз подействовал на архимагистра подобно подгоняющему лошадь кнуту. Перестав терзать себя все масштабнее разгоравшимся внутри пламенем ярости, Вильфред, едва человек опустил взгляд и отвернулся, выступил из мрака. В переулке не было ни души, а уличная кузница примыкала к низенькой, старенькой лачуге, в которой, судя по закрытым ставням и тишине, также никого не было. Либо находившиеся внутри видели уже десятый сон.

Патлатый свалил железный прут в ящик к остальным подобным изделиям, проскрипел распрямляемой спиной. К этому моменту Вильфред, быстро прохлюпав по набухавшим лужам, успел подступить к нему вплотную. Кузнец обернулся, но, не успев издать ни звука, получил сильный удар кулаком в висок. Его ноги вмиг подкосились, и человек рухнул, грянувшись головой о наковальню.

Точно такой же удар и привел его в чувство. Только теперь мужчина сидел на стуле, связанный по рукам и ногам. Вильфред же избавился от уличного одеяния и предстал перед своим пленником в дубленом жилете поверх темной рубашки.

Второй тумак рука архимагистра пережила уже не так безболезненно, отчего Форестер, чуть отступив от кузнеца и повернувшись к нему спиной, решил опустить кулак в стоявший на длинном столе тазик с водой. Позади послышались всхлипы и тихие стоны. Прийти в себя после пары мощных ударов по черепу даже такому здоровяку, как Глен, было непросто.

– - Ч... что?
– - с трудом расплетя язык, пробормотал он, тяжело вздыхая.
– - Где я?

Вильфред ничего не ответил. Лишь встряхнул влажную руку, мельком протер полотенцем, на котором тут же появилось несколько кровавых пятен, и стал перебирать расположившиеся на столешнице предметы. Сейчас пара людей находилась в погребе архимагистра, оборудованном им под некое подобие мастерской. Здесь вам и напильники, и молотки, и просто голые лезвия, и чего только нет. Все эти вещи, любовно разложенные в ряд, Вильфред сейчас и проверял, поправлял, просто проводил ладонью, стирая пыль и испытывая на остроту.

– - Ты... ты кто такой, бес тебя забери?
– - со слабо угадывавшимся в измученном голосе гневом спросил Глен расположившегося перед ним человека, видно, только сейчас приметив его своим плывущим взглядом.

– - Я-то?
– - обернулся Вильфред и подошел к пленнику, сойдясь с ним лицом к лицу.
– - Неужто ты меня не помнишь?

Тот не ответил, сглотнув и громко шмыгнув носом. Он смотрел на колдуна прохладно, еще не до конце придя в себя. Вильфред же не стал допытываться, трясти за плечи, стучать по и без того сейчас слабо соображающей голове кузнеца. Архимагистр лишь хмыкнул, отошел назад, возвращаясь к своим делам с рабочими инструментами, и спокойно стал пояснять: