Чтение онлайн

— Ваши комнаты в восточной башне, дона Кианнейт. Они не уступают покоям самого императора.

— Да, благодарю дона Беатис.

— Что вы! Это я безмерно счастлива принимать и ухаживать за такой красавицей — родственницей столь сиятельного лица. Это огромная честь для меня.

Она проспала два часа и если бы не тихий, но настойчивый стук в дверь ее роскошной, в розовато-лиловых тонах, спальни, возможно ужин обошелся бы без нее. Переодевшись и причесавшись не без помощи разговорчивой, но ловкой служанки, Кит поправив глубокой декольте платья и перекинув волну блестящих, холодно-пепельных волос через обнаженное плечо, направилась в белый зал. Кивнув с благодарностью доне Беатрис, без помощи которой она искала бы его до утра, Кит вошла в распахнутые лакеями огромные двери.

Даже с учетом того, что императорский двор с приходом власти Саддара и войны с лангратами стал намного скромнее, Кит слегка потерялась от количества людей и роскошных нарядов прекрасных спутниц первых лиц государства. И все внимание на нее, в первый раз, официально появившуюся родственницу самого императора, затворницу северных земель.

Чувствуя, как от вереницы мелькающих лиц, с которыми ее знакомил Даэтворт у начинает кружиться голова, Кит иногда нет-нет да ловила взглядом лицо Соула, будто искала поддержки и это, как не удивительно помогало. Как только она видела янтарный взгляд обращенный на нее, то встрепенувшись снова улыбалась на очередное приветствие, утешая себя тем, что он рядом и скоро официальная часть закончится.

— Вам нужно остаться здесь дона Кианнейт. Вы бы стали украшением двора.

— Кто бы мог подумать, что его величество скрывает такую драгоценность!

— Как вам наш блистательный Сайконг?

Когда все пошли к столу, Кит облегченно выдохнула. Поток вопросов прекратится, когда гости наконец усядутся и появится возможность немного передохнуть и осмотреться.

И правда, за столом разговоры пошли на разные темы, внимание чуть сошло на нет и Кит, пригубив вина, вновь посмотрела на Соула. Тот сидел напротив и, красноречиво поглядывая на соседку справа, начинал раздражать Кит своей высокомерной, нахальной полуулыбкой. Брюнетка кокетливо стреляла глазами в его сторону и Кит еле сдержалась, чтобы не предупредить ее — генерал Корган предпочитал белокурых красавиц.

Она отвернулась во главу стола, где восседал Даэтворт Саддар. Нужно поговорить с ним в более спокойной обстановке, а это, похоже, получится только завтра.

Через час, Кит умудрилась наконец вырваться из главного зала. Прошла через галерею, где в зеркалах отражалась ее летящая фигура в облаке тонкого легчайшего шелка и, ступив на первый попавшийся мостик, она остановилась посередине. Сегодня прекрасный вечер. На Сайконг опустился фиолетовая, бархатная мгла и теперь он утопал в огнях. Кит опустила лицо вниз, замирая от той высоты, на которой она находилась. Внизу также несколько мостов, по которым изредка сновала прислуга или кто-нибудь из обитателей дворца.

— Устала?

Кит не ответила на вопрос. Вообще головы не повернула, наслаждаясь с закрытыми глазами ласковым дуновением ароматного ветра. Он подхватывал запах цветов там, чуть в стороне, на плоской крыше слева, где темнели заросли висячих садов. Но она все-таки уже скучала по дому, именно в скудной на краски пустоши их долины, где даже летом гулял прохладный северный ветер, Кит чувствовала себя спокойно и умиротворенно. А теперь там, в ночном сумраке стелились по укромным местам тени корхи…Синити, с яростью и обожанием стонущая под телом огненного красавца. Внутри нахлынуло раздражение.

— Ты оказывается не только за мной приглядываешь. Шахты тоже под твоим чутким руководством.

Она без труда угадала, что попала в цель своим едким замечанием. Соул напрягся и от него буквально хлынуло вселенским холодом, как бы не противоречиво это звучало.

— А кто должен был этим заниматься? Может твой синеглазый молокосос Гэнс?

Кит обернувшись презрительно скривилась, еще больше злясь от того, сногсшибательно выглядел в огнях Сайконга тот, кто неожиданно вторгся в ее жизнь несколько лет назад. Он все перевернул с ног на голову, а уж в последнее время Соул спутал и все внутри нее, поселив там смятение и странную, неутихающую тревожную дрожь.

— Не говори так о нем! Гэнс тебя не касается! Это закрытая для тебя тема.

Черты лица исказились от ярости, Соул вцепившись ей в локоть, дернул Кит на себя и свистяще прошипел.

— Не указывай мне, о ком и как говорить. Я тебе еще раз повторяю, что особого удовольствия не испытываю нянчась с тобой!

— Ах, вот как ты это называешь! Прихватил управление особняком, оказывается еще и шахтами и отчего же ты недоволен?

Он медленно смерил ее взглядом, давая сполна налюбоваться всем своим безграничным высокомерием и самоуверенностью.

— Боюсь, не стоит говорить тебе, чем еще я недоволен.

— Ну, конечно.

Кит упрямо уставилась на него. В оранжевых радужках горели искры — то ли отражение огней за ее спиной, то ли его собственный, тот, что загораясь, заставлял восхищенно вглядываться в это чудо. Ну почему так!

— Мы вернемся в Саддарвил и ты примешь предложение Гэнса, мне все надоело.

— Что ты получишь, после того, как исполнишь свои обязательства перед дядей?

— Это не была обязанность с моей стороны, только услуга, причем, как оказалось, весьма утомительная.

Кит упрямо сжала губы, исподлобья наблюдая, как янтарный взгляд переместился за ее плечо, на Сайконг и теперь в глазах загорелось яркое оранжевое пламя.

— Что взамен, Соул?

Пожав плечами тот равнодушно ответил.

— Северная шахта. На границе с моими землями, большую часть которых я вернул во время войны.

Кит усмехнулась.

— Значит все-таки за плату. Надеюсь, она покроет все твои издержки?

Долгий пристальный взгляд Соула, заставил ее замереть и раздумывать, не перегибает ли она палку, спустив всех собак на него из-за премерзкого настроения? Почему сегодня ее разрывает от желания провоцировать и злить Соула?

— Думаю да. Но самое приятное будет осознавать, с чувством выполненного долга, что племянница Саддара под защитой и я поспособствовал тому, чтобы она жила долго и счастливо со своим горячо любимым голубоглазым мужем.

Соул оскалился в злой улыбке. Он прекрасно понял, как издевательски звучат его слова, а особенно последняя фраза, насквозь пронизанная едким скепсисом. И Кит, опустив взгляд ниже, вспомнила, с какой горячей страстью обжигали ее эти губы. О, боги, какой же дурой она, наверное, выглядела. Да он просто смеялся над ней!

— Поверь, я постараюсь, чтобы так и было, Соул.

Повисла тишина. Идеальные черты лица застыли в хищной, чужой маске и Кит даже отпрянула, остерегаясь внезапного взрыва. Когда Соул становился вот таким, создавалось отчетливое ощущение, на уровне инстинктов, что там внутри в этот момент взрывался вулкан, и по его венам начинала течь горячая красная лава. На правое щеке дрогнула мышца, черты высокомерного лица снова застыли.

Она отвернулась, и, вцепившись до белых пальцев в перила мостика, уже без былого восхищения невидящими глазами уставилась на распростертый во всей красе город. Соул больше и слова не вымолвил, ушел, оставив ее одну.