Чтение онлайн

— Кто — то тратит воду на траву? — Я вытираю капли воды со лба и стряхиваю руку.

— Не кто — то. Арес. — Атлас вздыхает, ведя нас к входной двери.

— Арес? Где мы? Гермес высадил нас у дома какого — то случайного человека? — Я осматриваю окрестности в поисках причины, по которой он оставил бы нас здесь.

— Вы были на моей лужайке?

Я разворачиваюсь к входной двери. Арес заполняет почти весь дверной проем. Золотой свет льется из — за его спины в темную ночь.

— Вини Гермеса. Кстати, он сказал, что ты у него в долгу. — Атлас делает шаг вперед, чтобы войти внутрь. Я следую за ним, все еще не понимая, где мы находимся.

— Этот маленький говнюк должен быть рад, что я не требую от него всех услуг, которые он мне должен. — Арес смотрит на нас и цокает. — Снимайте обувь. Вы все в грязи.

— Прости. Ты сказал «моя лужайка»? Это твой дом? — Я отпускаю руку Атласа и занимаюсь своими ботинками, снимая их и держа в руках. Что он хочет, чтобы я с ними сделала?

Арес заходит в дом и жестом приглашает нас войти. — Оставьте обувь там. — Он указывает на коврик справа от двери. На нем отпечатки лап и надпись «вытри лапы». Я бросаю ботинки на коврик, и Атлас делает то же самое.

— Ты убил кого — то и украл его дом? — Я смотрю на Ареса широко раскрытыми глазами.

Он смеется и хлопает меня по спине так сильно, что я бы упала вперед, если бы не удержалась в последнюю минуту.

— Ты забавная, чемпионка. Добро пожаловать в мой скромный дворец. — Арес делает несколько шагов назад в гостиную, широко раскинув руки. — На самом деле, оставайтесь там. — Он указывает на нас и исчезает в коридоре.

Я наклоняюсь вперед и заглядываю в гостиную хороших размеров. По обе стороны от нее стоит удобный диван и кожаные кресла с откидной спинкой. Все они обращены к огромному телевизору. Все темное, создающее отчетливо мужскую атмосферу. Полы из темного дерева с большим ковром с закрученными узорами черного и серого цветов. У меня такое чувство, что я первая женщина, которая переступила порог этого дома. Кухню от гостиной отделяет длинный остров, у которого стоят табуреты.

Арес возвращается по коридору и бросает полотенца мне и Атласу. Я вытираюсь как можно лучше, а затем накидываю полотенце на плечи. На улице жарко, но в этом доме есть кондиционер, и он работает так хорошо, что у меня мерзнет кончик носа.

— Ты включил разбрызгиватели, как только они приземлились у тебя во дворе? — На кухне появляется Аид с фруктовым мороженым в руках. Мгновением раньше его там не было. Был ли он в гараже?

— Я ударилась головой сегодня вечером? — Бормочу я.

Аид — это тот, кого я хотела увидеть, но Атлас не упомянул об этом Аресу, так почему он здесь? Ничто в этой ночи не получается так, как я ожидала. Включая этот дом. Я всегда представляла Ареса в огромной военной комнате с картами континентов, развешанными по стенам. У них были бы маленькие кнопки, обозначающие сражения или что — то в этом роде, и показывающие, как каждый из Богов претендовал на свой кусочек мира. На большом столе была бы построена масштабная модель военной кампании с крошечными металлическими лошадками и солдатами, которых перемещали по горам и городам.

Я не ожидала увидеть пригород.

Арес закатывает глаза. — Садитесь в кожаные кресла. Я не хочу, чтобы вы намочили мой диван. — Он устраивается на краешке дивана, закидывая ноги в ботинках на низкий столик. Я замечаю, что он все еще в ботинках.

Аид выходит из кухни, все еще поедая свое фруктовым мороженное, но также держа в руках хрустальный бокал, наполненный янтарной жидкостью. Эти две вещи не могут быть приятными на вкус вместе. Он садится на противоположный конец дивана. Я выбираю кресло, ближайшее ко входу. Атлас не садится. Он стоит рядом с моим креслом, скрестив руки на груди, его лицо ничего не выражает.

— Что ты здесь делаешь? — Выпаливаю я Аиду. Я объясняю свою прямоту тем фактом, что я только что проснулась, и своим знакомством с Аидом. Я всегда чувствовала себя с ним комфортно, почти по семейному. Почему — то я все время забываю, что он Бог Подземного мира. Я должна кланяться и дрожать в своих ботинках. Вместо этого мне почему — то хочется его обнять.

— Рен. Я так разочарован.

У меня сердце сжимается в груди. О черт, я только что облажалась со всей этой ситуацией сегодня вечером. Я привела Атласа прямо в дом Бога. Они собираются убить нас.

— Перри была совершенно выбита из колеи, когда ты выбыла из игр. Она не перестает говорить об этом. Я боюсь, что она собирается выследить Джейд посреди ночи и задушить ее во сне. — Аид, похоже, в восторге от этой мысли.

Из моего рта вырывается лающий удивленный смех. Это не то, что я ожидала, что он скажет. Аид доедает эскимо и встает с дивана, чтобы выбросить палочку в мусорку на кухне. Это так по — домашнему.

Когда он возвращается в гостиную, его глаза искрятся добродушием. Как будто услышав мои предыдущие мысли, он пересекает комнату, наклоняется и обнимает меня одной рукой. Он выпрямляется и сжимает мое плечо, прежде чем погладить меня по голове.

— Почему его обнимают? — Голос Ареса звучит обиженно. Я поворачиваю голову и смотрю на Бога Войны.

— Хочешь, я тебя обниму?

— Я не хочу просить об этом, — раздраженно говорит Арес. Он ссутуливается на своем месте и закидывает лодыжку на колено другой ноги. Он берет пульт с кофейного столика и включает гигантский телевизор. Идет трансляция Олимпийских игр.

Правда?

Что происходит прямо сейчас?

— Каким бы восхитительным ни было это воссоединение, нам, вероятно, следует перейти к цели нашего визита. — Атлас сердито смотрит со своего места рядом со мной. Я протягиваю руку и щиплю его за бедро, заставляя его вздрогнуть. Арес хихикает со своего места на диване, а Аид выглядит подозрительно, как будто пытается скрыть ухмылку. Каким бы грубым ни было резкое заявление Атласа, он не ошибается.

— Атлас прав. — Вот тут начинается самое сложное. Я сажусь на руки, чтобы не размахивать ими, пока на ощупь пробираюсь по этому минному полю. — Я хотела бы поговорить с вами о кое-чем щекотливом.

Это неподходящее слово для данной ситуации, но на самом деле, нет подходящего термина, который бы описал, насколько все это хреново. Внезапно тепло, исходящее от Атласа, становится скорее успокаивающим, чем удушающим. Я вытираю ладони о штаны, а затем скрещиваю руки на груди, чтобы перестать ерзать. Я поднимаю взгляд на телевизор и удивленно моргаю, когда вижу Грир. На данный момент показывают кадры со всех испытаний и определяют рейтинг оставшихся чемпионов. Это нереально.

— Просто выкладывай, — говорит Арес, зевая. Наверное, я наскучила ему, но он не какой — то слабый Бог, обладающий незначительной силой. Я собираюсь рассказать свой секрет Богу Подземного Мира и Войны. Секрет, о котором мой отец бесконечно напоминал мне, чтобы я никогда не рассказывала ни одной живой душе.

Я запоминаю все возможные выходы на случай, если нам понадобится бежать. Там есть раздвижная стеклянная дверь, которая ведет во внутренний дворик. Я могла бы запустить маленькой металлической статуэткой собаки, которая стоит на книжной полке, в стекло. Оно бы разбилось, и мы с Атласом смогли бы убежать.

У Ареса есть собака? Или он просто хочет собаку? В этом доме полно всякого дерьма на собачью тематику.

Атлас ерзает, пересаживаясь на подлокотник моего кресла. Его рука ложится на спинку, почти обвивая мои плечи. Я знаю, что он притворяется, пытаясь дать понять, что он не боится двух Богов, сидящих перед нами. Да и я бы не сказала, что боюсь их. Да, они могут избить меня до полусмерти, вздернуть на веревке и пытать, но если у них нет клинка Гефеста, они не смогут убить меня.

Вот только я готов поспорить, что у них двоих в арсенале есть такое оружие.