Чтение онлайн

Кейда стоял неподвижно, чтобы втянуть отдающий солью воздух поглубже в легкие. Шум вокруг ослабел, когда он закрыл глаза и сосредоточился, стараясь изгнать из сознания все несущественное. Едва он открыл глаза, внимание его тут же привлек запятнанный морем корень дерева. Склонившись, он подобрал находку и одновременно заметил изъеденный червями кусок ствола ореховой пальмы, лежавший внизу.

— Мой господин! — Телуйет предложил ему кусок веревки, неровной и растрепанной.

— Сойдет. — Кейда кивнул. — Все это будет гореть.

— Дэйш Кейда!

Захваченный врасплох звучным голосом Сарила, Кейда едва не утратил опору на недобром камне.

— Что ты тут нашел?

Вождь Чейзенов спешил по пляжу, нагруженный охапкой осколков рангоута и обломков весел, да еще и несколькими кусками досок от разбитой обшивки, не обращая внимания на обожженную и покрытую волдырями руку.

— Все это — напоминание о том, какое зло несут с собой чужаки, — мрачно заявил он, сбрасывая свой груз наземь с гулким, точно эхо, стуком.

— Телуйет, подай мне листья пальмы. — Твердо решив не усложнять дело и не подливать масла в огонь, Кейда, взяв кинжал, тщательно очистил тугой бурый ствол и разъединил густые волокна желтой середины.

Чейзен Сарил встал на колени над куском дерева, где вырезал неглубокую ямку, почти зарубку. Он тщательно вставил туда заостренную палку и туго затянул вокруг петлю из тетивы от лука. Двигая руками взад-вперед, сперва медленно, он постепенно наращивал скорость, и вот вокруг точки вращения собралась черная пыль.

— Пора.

Сарил продолжал непрерывно вращать палку. Кейда поднес к его зарубке свой трут из сухих волокон — и вот волокна дыхнули слабым белым дымком. Когда Сарил убрал палку с ремнем и дрожащей рукой вытер пот со лба, Кейда собрал топливо и принялся осторожно дуть на занявшиеся волокна пальмы, как раз настолько, чтобы помочь разгорающемуся пламени, но не повредить ему влагой своего дыхания. В бледном дыму сверкнула золотая искорка. Кейда сложил ладони чашечкой, чтобы защитить крохотный огонек от коварных порывов ветра, которые могли уничтожить его, едва родившийся.

Никому не нужны такого рода приметы.

Сарил построил гнездо из палок, и Кейда надежно устроил в нем огонек. Чейзен Сарил принялся подкармливать его сухим крошевом от рассыпавшейся сгнившей ветви, затем сел рядом, наблюдая, как жадные золотые язычки лижут более крепкое дерево, которое он принес от своих разбившихся судов.

Кейда видел, как взгляд вождя Чейзенов становится отрешенным, ибо силы, потребовавшиеся для выполнения первой задачи, покидали его.

— Мы здесь не для того, чтобы гадать по пламени, — резко напомнил ему Кейда, меж тем как он подгребал все прочее топливо поближе к горячей сердцевине костерка. — Нам понадобится пепел.

Сарил поглядел на него с внезапной ухмылкой, которой Кейда отнюдь не ожидал.

— Ты когда-либо совершал ошибку, предложив усыпить костер прорицания водой лишь для того, чтобы ускорить дело?

— Да. — Кейда рассмеялся. — Но только один раз.

— Мой отец так крепко меня шлепнул, что разом сбил с ног. — Сарила неожиданно развеселило это воспоминание.

Дэйш Рейк старался не бить никого из своих детей, он всегда был более склонен учить их, смеясь. Даже когда я оставался один, чтобы усваивать самые важные уроки — как управлять владением ему на благо.

— Это должно сгореть достаточно быстро. — Кейда встал и оглядел берег, с удовольствием отметив, что Дэйши с кораблей позаботились о правильных рядах костров для стряпни, гребцы получили отдых, который в высшей степени заслужили, а меченосцы участвуют в приготовлении пищи и проверяют, насколько их броня и оружие готовы для любого боя, в котором может возникнуть необходимость. Другие рассеялись по островку, четко вырисовываясь на фоне неба на скалистых высотах и обратив глаза на юг.

Ни у кого из людей Чейзенов нет настоящей целеустремленности, даже у тех, что не ранены. Это просто потрясение или некая назойливая скверна, порожденная волшебством?

Кейда поглядел на Телуйета и увидел, что в глазах того отражаются его собственные мысли.

Незатронутые происходящим, бредущие, петляя, они пойдут впереди людей Дэйша, чтобы встретить любую напасть, которая таится на юге.

Он взглянул на костер, но тот все еще весело пылал, равнодушный к страстному желанию человека получить совет у золы, что останется.

Глаза Кейды сфокусировались на мощной фигуре Атуна. Воин стоял с Джаттой и одним из корабельщиков Чейзенов с тяжелой триремы, что-то выводя на песке палкой.

Телуйет приблизился и встал рядом:

— Вот человек, которому хватает ума увидеть, что опасность, брошенная на чашу весов, перевешивает любые заботы о хранении тайн морских путей его владения.

— Как только мы закончим свои дела здесь, нам понадобится встретиться с Атуном, Джаттой и любым, кого Чейзен Сарил сочтет достойным среди своих корабельщиков. Мы двинемся к югу на четырех кораблях. Нам нужно решить, где лучше остановиться, чтобы обеспечить самое раннее из возможных предупреждение о любом движении этих злодеев на север.

— И огорчить беглецов Чейзенов, которые думают, что смогут избегать внимания достаточно долго, чтобы зарыться поглубже на новом месте, — хмуро заметил Телуйет.

— Мы не можем позволить себе пренебрегать любым подспорьем, — напомнил Кейда своему верному рабу. — Если нам придется изгонять этих колдунов, нам понадобится основательная сила для решающего удара.

Мы позаботимся, чтобы у нас было достаточно людей для выполнения задачи, если волшебство раздерет остальных в клочья сырой плоти или спалит до обугленных костей.

— Будет не так-то легко прокормить целое воинство владения, созванное в самом конце сухой поры, — пробормотал Телуйет. — Где ты объявишь сбор? Дожди могут хлынуть в любой миг после того, как вновь явится Большая Луна; мы должны поостеречься, как бы не потерять половину кораблей, если шквал бросит их на северный берег.

Союз с Чейзенами — правильный выбор, если я хочу защитить свой народ… Или я просто позволяю, чтобы меня несло течение, из которого следовало бы выбраться, а не то как бы не разбиться о скрытый под водой риф? На Чейзенов напали лишь потому, что они южнее всех на Архипелаге, или есть некая более темная причина несчастья, свалившегося на Сарила?