Чтение онлайн

— Атун, выбери для меня несколько хороших бойцов для похода вглубь суши, — приказал Кейда своему военачальнику. — И оставь крепкую охрану на кораблях, остальные же пусть обыщут все вдоль берега в обоих направлениях. Любой, кто найдет хотя бы отпечаток подошвы дикаря, должен протрубить в рог.

— Если мы идем вглубь суши, я сам разведаю тропу, — решительно заявил Атун. — А ты с Телуйетом подожди. Пойдешь за мной, когда я скажу, мой повелитель.

— Как пожелаешь, — кротко сказал Кейда.

— Ты позволяешь своим людям изрядные вольности, — заметил Чейзен Сарил, с неудовольствием глядя в спину Атуну.

— Пока они заслуживают этого, примерно выполняя свой долг. — Кейда терпеливо подождал, пока Атун распределит задания между воинами, как сочтет нужным, затем, собрав вокруг себя небольшой отряд, споро двинулся с ним по тропе и пропал за холмом.

Отобранные меченосцы кольцом обступили Кейду и Сарила, глядя на Телуйета в ожидании приказа.

— Ждите знака, ребятки, — непринужденно сказал он. Между тем знакомый свист Атуна приплыл с ветерком, и Кейда поглядел на Телуйета:

— Пора?

— Всем смотреть в оба! Тем, кто будет моргать, срежу веки вот этим ножом. — Телуйет обогнал на несколько шагов вождей, окруженных меченосцами, и двинулся, обнажив оба меча.

— Я не видел братьев с тех пор… — Сарил не договорил и обнажил меч, взятый неведомо где. Солнце блеснуло на клинке.

— Нет смысла корить себя за то, что ты родился первым. — Кейда взвесил свой меч и перехватил его понадежнее. — И если твои братья подозревали, что замышляет Чейзен Шас, они могли бежать, когда он лежал на смертном одре.

— Они все подозревали, что старый змей замыслил для меня иное. — И Сарил ошарашил его горьким рявкающим смехом. — Я — самый старший из уцелевших детей, носящих имя отца, его наследник. Но мой дед позаботился о том, чтобы отец принял его меч вместе с предсмертной волей… Чтобы раб-телохранитель убил старшего брата и сестер старого змея.

— Вы все считали, что ваш отец задумал то же самое? — спросил Кейда с мукой.

Вот и стоило завидовать Сарилу при такой жизни.

— Понятия не имею, — мрачно заметил Сарил. — Как только я убедился наверняка, что старый змей умирает, я отравил его раба и запретил кому-либо еще ему прислуживать.

И не ускорил ли ты этим кончину человека, смерть которого звезды уже возвестили?

Кейда не мог спрашивать, ибо слишком сосредоточился на дороге. За подъемом подлесок начал сгущаться, пальмы остались позади, тропа вилась между зарослями деревьев тандры. Россыпь давно сброшенных стручков лежала, никем не тревожимая, в шелковистых и колышущихся белых волоконцах. Не было видно ничьих следов, кроме отпечатков копытцев крюкозубых свиней, потрошащих стручки в поисках темных маслянистых семян. Вдалеке от прибрежного ветра воздух был горячим и душным, с запахами леса. Кейда вытер пот с лица.

— Непохоже, чтобы здесь недавно кто-то проходил.

— Если только этот кто-то не позаботился о том, чтобы не оставлять следов, надеясь устроить на нас засаду. — По кивку Телуйета воины с обеих сторон принялись рубить подлесок, пугая жуков и цикад, которые, жужжа, устремились прочь с ягодных кустов. Птицы над головой вскрикнули в знак негодования и покинули фиги и побеги железного дерева, могучие корни которых уже предсказывали, какими они вырастут однажды. Несколько неровных пней виднелось в местах, где упали такие великаны. Солнечный свет превращался в рябые тени — к восторгу пляшущих сапфирных бабочек.

Никто здесь не ходит — даже для того, чтобы добыть столь ценное дерево? Разумеется, кому-то положено заботиться, чтобы лишенные всего люди были все же в безопасности, а еще лучше — чахли от естественных причин, что не грозило бы миру владения.

— Хлыстоящерка! — испуганно крикнул кто-то из людей Атуна впереди, и все остановились. Меченосцы, рубившие подлесок по обе стороны, быстро подтянулись и окружили Кейду с Чейзеном Сарилом.

— Помните, — предостерег Телуйет, опуская острие меча, чтобы остановить что-то, метнувшееся на уровне колена, — даже молодая хлыстоящерка может запросто сбить человека с ног.

— А укусы их нагнаиваются сквернее любых других. — Кейда поглядел из стороны в сторону, так как теперь они двигались медленнее.

— Вот! — Меч Сарила устремился вперед, чтобы указать на серую чешуйчатую тварь, отбрасывавшую в сторону перистые листья и движущуюся на запах душистой коры. — Но здесь не было хлыстоящерок, — озадаченно произнес он.

— Они, знаешь ли, плавать умеют. — Кейда крепче ухватил свое оружие. — Вон, у красного тростника!

На этот раз ящерка была видна во всей красе, так как надменно стояла на тропинке. Тело длиной с человеческое прильнуло к земле на четырех коротких и толстых ножках, кожа на отвислом брюхе казалась мятой и грубой, точно мешковина. Пластины чешуи покрывали спину и соединялись, образуя хребты, бежавшие от тупой морды до кончика тяжелого хвоста, почти такого же длинного, как туловище. Ящерица зашипела, выбросив раздвоенный язык, точно пару пятнистых ножей, желто-розовая слизистая оболочка рта задрожала, оттененная пестро-бурой твердой кожей.

— Сзади! — крикнул Телуйет. Кейда обернулся и увидел еще одну чешуйчатую тварь, спешно пересекающую тропу. Когда он опять посмотрел вперед, та, что была у красного тростника, исчезла.

— Идем дальше. — И он кивнул Телуйету. — Вы все, будьте готовы убраться с дороги, если одна из них вздумает на нас наброситься.

— Они большей частью остерегаются мечей, но вокруг упавшего собираются толпой, — мрачно пояснил Телуйет.

— Мы можем просто вернуться на берег, — Сарил пытался увидеть, где та, что подходила к ним с тыла. Кейда решительно развернул его.

— Ты не хочешь знать, не предстоит ли тебе в это время год спустя встреча с соперником, позарившимся на твой меч?

То был бы не первый случай, когда заговорщики из дома вождя позаботились о его смерти, а затем искусно представили всем ребенка, предположительно рожденного от какого-нибудь незадачливого братца, которого буквально отсекли от наследования власти, сделав его заморином.

— Ящерица! — Телуйет рубанул здоровенную тварь, прыгнувшую поперек их пути впереди. Достаточно остро заточенный, чтобы рассечь шелк на лету, его меч глубоко врезался в спину ящерицы.

Впереди неистово протрубил рог разведчиков Атуна. Медными голосами ответили воины, оставленные обшаривать берег. Но к своему ужасу Кейда осознал, что то были не обещания поспешить на помощь, а лишь новые сигналы тревоги. Люди Атуна мчались обратно, ломая подлесок. Они почти поравнялись с людьми Кейды, когда хлыстоящерицы появились со всех сторон и преградили дорогу, шипя и вставая на дыбы на коротких задних лапках.

— Я и не знал, что они такое умеют, — пробормотал Сарил и разинул рот.