Чтение онлайн

– Так, по крайней мере, он на виду у нас будет, – вполголоса объяснил Джон. – А то мало ли, мы сейчас пойдём, а он потом вернется сюда.

– Ну и пусть возвращается, – тихонько фыркнула Джил. – Убьют – туда и дорога.

Джон усмехнулся:

– А вот это как раз на тебя непохоже. Ты ведь добра всем хочешь, забыла?

– Не забыла, – вытягивая шею и глядя на доктора, сказала Джил. – Что-то он там долго возится со своим плащиком…

Джон присмотрелся. Доктор всё так же стоял к ним спиной, и его растопыренные локти чертили в воздухе сложные фигуры. Обычно так бывает, когда человек силится продеть пуговицу в тугую пройму. Или, например, вставляет что-то в тугой зажим.

– Эй! – окликнул Джон, делая шаг вперед. Джил прыгнула с места, и одновременно с этим раздался знакомый Джону механический щелчок. Доктор исчез – мгновенно, как не было. Русалка встретила в прыжке только воздух – махнула руками, споткнулась, перекатилась через голову. Джон завертелся, силясь разглядеть хоть что-то во влажной темноте, но доктора нигде не было.

– Дверь! – хрипло рявкнула Джил.

Вслед за этим раздался далёкий скрип, и Джон увидел, как затворяется маленькая дверь, устроенная в заколоченных складских воротах. Невидимый доктор был уже внутри. Плеснуло ветром – это промчалась Джил: мимо, к воротам. «Стой! – крикнул Джон, срываясь с места. – Куда?!» Но она уже добежала до двери и проскользнула вслед за Иматегой. Джон на бегу вытащил револьвер, взвёл курок и, очутившись перед дверью, потянул за ручку.

Внутри царила темнота – на складе было гораздо темней, чем на набережной, и воняло здесь тоже не в пример сильнее. Проклиная про себя некстати проснувшиеся охотничьи инстинкты русалки, Джон тихонько позвал:

– Джил! Эй, Джил!

– Здесь я, – раздался горячий шепот над самым ухом.

– А он где?

– Хрен знает.

Джон сжимал в ладони шершавую рукоять револьвера, слепо целя перед собой. Глаза постепенно привыкали к темноте, и можно было разглядеть высоченный потолок с корявыми балками, забитые изнутри окошки, мусор на полу. Огромное помещение было пустым. Ну, или почти пустым.

– Вот скотство, – сквозь зубы пробормотал Репейник. – Это не лаборатория. Кайдоргоф, сволочь, нас в ловушку заманил.

– Тихо, – выдохнула Джил, – слышно чего-то…

И правда – кто-то шваркнул по грязному полу, зацепился за гнилую доску, выбранился с досады вполголоса. Все было понятно: доктор походил-походил по заброшенному складу, понял, что никакого контакта с древним народом не предвидится, и с горя забыл осторожность. Джил подобралась, но Репейник крепко взял её за плечо:

– Погоди. Ты что хочешь сделать?

– Поймаю, – задохшимся от ярости голосом ответила Джил. – На звук пойду. Найду и голову откручу.

– Не спеши. Давай подумаем сперва.

– Что думать-то?

Джон развернул её к себе – в темноте лицо девушки казалось серым, бесплотным. Еще одна тень в царстве теней.

– Вот что, – сказал он, – лопуха нашего, конечно, надо поймать. Но – тихо, аккуратно. Кайдоргоф где-то здесь, забыла?

Джил нетерпеливо дернулась, Джон едва смог её удержать.

– Заворожу. Перед ним встану, скажу чего-нибудь. Ку-ку, мол, доктор, приветик. Он меня увидит, тут-то и закаменеет. Свалится. Мы его – за руки, за ноги. И долой отсюда.

Джон подумал. Джил могла парализовать человека почти мгновенно; но был шанс, что Иматега, увидев прямо перед собой русалку, все-таки успеет вскрикнуть и привлечет внимание Кайдоргофа с его подельниками.

– Ну же, – шепнула Джил, – я мигом.

– Ладно, – решил Джон, и в этот момент доктор отчаянно заорал. Джил мгновенно освободилась от Джоновой руки, но осталась рядом: медлила, не рвалась в бой, поскольку и биться-то пока было не с кем. Иматега вопил. Джон целился в темноту. Потом в черной глубине склада зажегся свет. Кто-то шел к ним с фонарём – не таясь, уверенно: несколько тёмных фигур. Они подошли ближе и встали кругом неподалеку от сыщиков – примерно в десятке ре. Одна из фигур подняла выше фонарь, горевший ярким карбидным огнём. Джон стиснул зубы: это был Хенви Олмонд. Фальшивый доктор медицины рассматривал что-то над головой и улыбался. Проследив за его взглядом, Джон увидел, что с потолка спускается туго натянутая веревка с петлей на конце. Веревка раскачивалась, петля охватывала пустоту. «Ловушка, – сообразил Джон. – Доктор попался в силки. Похоже, висит, подвешенный за ногу». Рядом с Олмондом стояли Кайдоргоф и Блорн Уртайл, а замыкал круг, судя по всему, Майерс – Джон не мог сказать наверняка, но лицо было знакомым. Кайдоргоф и Олмонд опирались на толстые, странного вида трости.Невидимый доктор перестал орать и торопливо заговорил:

– Покой вам, добры… э-э… славные потомки славного народа! Сожалею, что приходится совершать торжественное, так сказать, знакомство, в такой, э-э, неудобной ситуации... хе-хе, гм, да… Но как же я счастлив, наконец, встретить наследников великой культуры! Сейчас, сейчас… Минуточку.. Гм-кха! Виллело пране Тран-ка Тарвем риунна…

Договорить ему не дали. Кайдоргоф взмахнул тростью в воздухе, и доктор снова закричал.

– Попал! – засмеялся Олмонд. Уртайл и Майерс присоединились к веселью, а Кайдоргоф скрипуче произнес:

– Не смей упоминать имя Моллюска своей поганой пастью. Понял?

– По… нял… – простонал доктор.

– Сделай, чтобы мы тебя видели, – потребовал Кайдоргоф.

– Не могу, – всхлипнул Иматега, – правда, не могу. Заело. Вот если бы вы, господа… меня вниз…

Кайдоргоф снова ударил тростью по воздуху. Доктор завизжал. Па-лотрашти засмеялись еще громче. Что-то с пуговичным стуком посыпалось на пол – видимо, запасные кристаллы из патронташей волшебного плаща.

– Пора с этим кончать, – прошептала Джил. – Забьют они его.

Джон кивнул, сжимая рукоять револьвера, ставшую вдруг потной и скользкой. Перед глазами стояла картина: боевой жезл, бьющая из него змея разряда, огонь и мрак…

– Имя? – произнес Кайдоргоф.

– Мо… Мозилиус Иматега.

– Кто такой? Зачем следил за нами? – лениво продолжал па-лотрашти.

– Поверьте! – отчаянно заголосил доктор. – Никогда не имел в мыслях дурного! Я – простой ученый… Слуга науки! Мною двигал интерес исследовательский, ни в коей мере не корыстный! Прошу…

– Ясно, – разочарованно произнес Олмонд. – Еще один уар-дар.

– Стань видимым! – басом потребовал Уртайл.

– Не могу-у!! – зарыдал доктор. Олмонд скривился и поставил фонарь на пол. Джон шагнул вперед, собираясь крикнуть что-нибудь повелительное, но тут трость в руках Олмонда распалась пополам. Сверкнул длинный клинок. Иматега захрипел, на пол шмякнулась отрубленная по локоть рука. Тут же в воздухе показалось грузное висящее тело: магия плаща отказала, явив брызжущего кровью доктора. Джон выстрелил в Олмонда, но как раз в эту секунду того заслонил Уртайл – и упал, отброшенный пулей. Кайдоргоф прокричал что-то на своем языке, выхватил спрятанный в трости меч и заозирался, держа клинок над головой. Олмонд и Майерс отскочили в стороны. Олмонд бросил меч безоружному Майерсу, сам из-под полы достал магический жезл.

Джон снова прицелился, но стрелять не стал: вперед метнулась Джил. Обежала кругом, встала в нескольких шагах, крикнула. Те, трое, обернулись. Увидели. Олмонд упал сразу – был ближе всех. Майерс успел подступить и замахнуться мечом, но тоже обмяк и свалился кулем на грязный, залитый кровью пол. Кайдоргоф, похоже, сообразил, что к чему, потому что выставил ладонь, защищая глаза, и стал отходить в темноту. Его клинок выписывал в воздухе быстрые восьмёрки. Джон выстрелил два раза, во второй раз Кайдоргоф дернулся и упал, но тут же начал вставать. Джил зарычала, рванулась к нему. Джон увидел – прямо впереди, на полу – тонкую черную линию. Крикнул: «Стой!». Но было поздно: русалка, странно подбросив ноги, грохнулась оземь, а в следующую секунду веревка потащила её вверх, к потолку. Джил повисла вниз головой, точь-в-точь, как Иматега. Яростно шипя, собралась в комок и принялась грызть веревку – бесполезными, затупленными клыками.