Чтение онлайн

– А что такого? Мы встречаемся всего два месяца, - быстро заметил его младший брат.

– По-моему, уже три, - задумавшись, подсчитал Яльсикар.

– Ну и какая разница? – вскипел Аквинсар, чувствуя себя придурком. Зря он затеял этот разговор с братом.

– Вообще-то никакой. Я думал, вы уже давно вместе.

– Мы вместе, просто платонически.

– Ну, я бы не назвал это «вместе», - возразил Яльсикар, глядя на брата так, слово перед ним был инопланетянин.

– Ясно. Спасибо тебе большое, - процедил Аквинсар, складывая руки на груди. Его настроение стремительно портилось.

– Погоди ты. Ты не объяснил, в чем дело. Существуют же проверенные цивилизацией способы разрешения проблемы. Я могу подогнать настоящего вискаря.

– Да ну тебя… не в этом же дело.

– А в чем?

– Ну… я не звал ее к себе домой и не приходил к ней. Мне кажется, она не против, но я не хочу ее обидеть… Все эти статьи в газетах, и сплетни… Я не хочу, чтобы она думала, будто я несерьезно к ней отношусь.

Аквинсар рассуждал, не обращая внимание, как выражение лица Яльсикара меняется, пока его брат наконец не хмыкнул, а потом захохотал. Тогда он замолчал и уставился на него, не веря, что тот смеется над ним. Он же обещал.

– Прости, прости, - все еще всхлипывая от смеха, поднял руку Яльсикар. – Но ты просто невозможен, братишка. Нельзя же так с девушкой, она же уже вся наверное испереживалась.

– Яльсикар, немедленно прекрати. Я серьезно, - зверея, зарычал Аквинсар. Ему было совершенно не смешно. Яльсикар, глянув на его лицо, смеяться перестал, но извиняться не подумал.

– Я тоже серьезно, братишка. Если ты хочешь, чтобы она вышла за тебя, ты должен немедленно ее… уложить в постель, - поймав предупреждающий взгляд брата, Яльсикар явно заменил выражение в последний момент, выговорив свой совет абсолютно бесстрастно, словно был доктором и только что озвучил диагноз. – И не вздумай ей все это рассказывать, то, что мне сейчас сказал – про серьезное и несерьезное отношение, и про статьи и главное – про то, как вы платонически вместе.

Тут Аквинсар попытался что-то возразить, но его старший брат только покачал головой:

– Насколько я знаю огонька, плевать она хотела на статьи. А вот если почувствует, что ты в чем-то там не уверен, может и взбрыкнуть. Женщине, между нами, надо только одно – знать, что ты хочешь и можешь ее взять. Ровно на этих условиях она и отдается.

Джара, миры Ксеара, Седьмой мир.

На закате в седьмом мире почти всегда клубился туман – Джара любила подгадывать свое появление именно к этому моменту, наблюдая за заходящим солнцем, ловя его лучи всем своим воздушно-капельным дымчатым телом. Когда ворвался ветер, потеснил своими порывами, ее немного прибило к земле, и она недовольно взъерошилась, стала клубиться, собирая себя в уютную кучку.

– Не трогай меня, Айи, - недовольно пробурчал туман, - я не в настроении нежничать.

– Я хотел поговорить с тобой. О том, что насоветовала Дестина. Ты ведь не будешь обращать на это внимание? – осведомился ветер, слегка ослабляя свои порывы.

– Я разберусь. Мне не нужны ничьи советы, - Джара отрешенно играла сама собой, меняла форму, позволяла солнцу пронзать себя насквозь, растекалась по долине, окружала собой огромную скалу – Аквинсара не было, она не могла его побеспокоить.

– Дестина позволила себе лишнего, поэтому я решился поговорить с тобой. Прости, если обидел, - примиряюще сказал ветер, взлетая выше, уже не касаясь ее.

– Контролируешь ее? Как ребенка? – прошелестела Джара, взметнувшись повыше, как только он освободил место. Поползла вдоль скалы, почти до самого верха. Прижалась к ней, отдыхая.

– Не надо, малыш, - спокойно ответил он.
– Во-первых, не лезь в наши отношения, а во-вторых, не делай неверных выводов. Я не контролирую Дестину, но я чувствую ответственность, если она поступает неправильно, потому что мы вместе. Я прошу тебя только об одном: не спеши ничего решать.

Джара не шевельнулась и не ответила: совет выглядел разумным, но бессмысленным. Еще несколько месяцев назад их влюбленность с Яльсикаром была так велика, и так очевидна всем окружающим, что жители миров могли бы делать ставки на то, когда они, наконец, поженятся. Но потом все быстро стало меняться.

Сначала их ссоры казались Джаре безобидными. В какой-то момент Яльсикар впервые вспылил из-за того, что она явилась к нему на работу без предупреждения. В другой раз она накричала на него, когда он вызвал ее с учебы лишь для того, чтобы затащить в постель.

Она пришла в ярость от этого как раз потому, что Яльсикар перестал допускать ее в свой кабинет и жертвовать срочными делами для того, чтобы побыть с ней. И Джара высказала ему все, что думает о его эгоизме, а также о том, что он ни в грош ее не ставит, нарушая ее планы, когда ему взбредет в голову. Яльсикар в ответ насмешливо осведомился, серьезно ли она сравнивает ЕГО дела и свои лекции в институте, и они не разговаривали неделю, прежде чем помириться. Но после этого подобные споры стали повторяться часто, и никто из них не желал пойти навстречу другому.

В конце концов Джара поняла, что Яльсикар просто «продавливает» ее, стремясь установить свой миропорядок. И все стало на свои места. Влюбленность кончилась, началась жизнь. А в жизни Яльсикара для женщины было немного места. Меньше, чем она хотела занимать в жизни любимого мужчины. Меньше, чем она сама готова и хотела ему предоставить. Когда же она пыталась добиться внимания, он просто отстранялся и исчезал.

Сначала ей так его не хватало, что она могла только сидеть дома и скучать. Но в какой-то момент, осознав себя ужасно одинокой, Джара пошла после учебы в бар. И познакомилась с каким-то новеньким. Он не читал местной прессы, и понятия не имел, кто она. Выпив с симпатичной девушкой пару коктейлей, он пригласил ее домой. Джара отказалась, с улыбкой покачав головой. Но в эту секунду что-то в ее взгляде на их отношения с Яльсикаром поменялось. Может, им просто не суждено быть дальше вместе?

А когда он объявил ей о своем решении уйти из миров, сухо и безапелляционно, она утвердилась в принятом решении. Оставалось только поговорить с Яльсикаром, но для этого надо было умудриться застать его дома.

Джара перенеслась в первый мир – домой – и села за стол в гостиной, поставив локти на стол и опустив лицо в ладони. Ее обуревали два противоположных желания – помириться с Яльсикаром или расстаться с ним навсегда. Иногда она чувствовала такую любовь к нему, что хотела броситься в его объятия со слезами, умоляя простить ее за все, если она виновата, и любить ее снова, как раньше.

К счастью, эти приступы охватывали ее обычно в его отсутствие, иногда после пары бокалов вина в компании друзей. Зато когда он был дома, ей обычно хотелось лишь уйти навсегда, бросив на прощание что-то резкое. При одном взгляде на его холодное насмешливое лицо Джару одолевало страстное желание бросить в него чем-нибудь тяжелым. И останавливала лишь уверенность в том, что в ответ он наденет на нее наручники – теперь с него сталось бы арестовать ее, настолько Яльсикар казался равнодушным.

Джара отняла ладони от лица, почувствовав движение воздуха и слегка вздрогнула, увидев перед собой того, о ком так долго и напряженно думала. Яльсикар, казалось, был неприятно удивлен тем, что застал ее дома. Дернув уголком рта, не улыбнувшись, он бросил «привет», и уже собирался пройти мимо, когда она его остановила. Ощутив его раздражение своим присутствием, Джара ощутила такую ясность и решимость, какой прежде еще не чувствовала.