Огонь внутри
Шрифт:
За такими размышлениями не заметила, как проголодалась. Это Ингвар после ссоры преспокойно продолжил завтракать, а я едва успела треть тарелки съесть.
Так что, когда Ингвар спросил, что бы я хотела на обед, то капризничать не стала.
— Жаркое, если можно, — повернувшись, сказала я. Пока Ингвар договаривался со служанками, я спустила затекшие ноги с подоконника и поморщилась. Все-таки неудобно несколько часов подряд сидеть в одной позе.
Ингвар вернулся и, увидев хмурое выражение лица, уточнил:
— Все в порядке?
— В полном, — буркнула я, потирая колено.
Вежливо отодвинув для меня стул, Ингвар осторожно спросил:
— Не расскажешь мне, кого ты хотела пригласить?
Подавив злость, покачала головой.
— Уже никого, — из вредности хмыкнула я.
Он не стал настаивать, хотя явно был недоволен.
Я раздраженно вздохнула. Да уж… если не сделать шаг навстречу первой, то мы так и не сдвинемся с мертвой точки.
Оставалось надеяться, что я не буду постоянно это делать.
— Ты, кажется, рассказывал о своей семье, — напомнила я. — Кроме отца, как я поняла, есть еще сестра.
Хмурое лицо Ингвара посветлело. Он грустно улыбнулся:
— Да, у меня есть сестра. Алира.
Её имя было произнесено с такой нежностью, что мурашки по коже пробежали. Ингвар действительно любил сестру.
— Почему не она пришла ко мне, а Мастрида? — поинтересовалась я.
— Алира… особенная, — с трудом выдавил Ингвар. — Она последняя, кто родился из драконов и вырос до зрелого возраста. Проклятье нашего вида что-то сделало с ней. Алира почти не говорит, всегда находится в каком-то своем мире, сторонится людей. Только ко мне и отцу тянется безоговорочно.
— Сочувствую, — проговорила я.
Ингвар ответил взгляд, не желая видеть жалость на моем лице, и заметил:
— Не пытайся подружиться с ней, Алира еще никого и никогда к себе близко не подпускала. А когда её пытались заставить это сделать, то устраивала истерики.
Сердце сжалось от грусти. Бедная девочка! Ей, наверное, так одиноко.
Ингвар долгое время рассказывал о своей семье. О тете, сестре Авенира, о её сыне. Потом как-то незаметно перешел к описанию приближенных. Оказалось, у Ингвара четверо близких друзей. Каждый из них не только верен будущему правителю, но и готов послужить. У одного, например, были выдающиеся способности к стратегии, другой превосходный воин, третий искусный дипломат (Леандр даже часто летает в другие страны от лица Авенира, если это необходимо). Был еще Рейт, который негласно выполнял роль советника и зачастую служил совестью Ингвара.
— Тебе очень повезло с друзьями, — удивилась я. Рассказ Ингвара был настолько интересный, что я окончательно потеплела.
— На самом деле, это не везение, — качнул головой он. — Отец с самого раннего детства наблюдал за нами. И ко мне в свиту приставил самых талантливых.
— И что, у вас вот так просто получилось подружиться?
Ингвар рассмеялся:
— Конечно, нет. По мере взросления многие отсеялись по разным причинам. Остались только эти четверо. И все равно мы с ними часто дрались, ругались, подставляли друг друга. Но так дружат мальчишки.
Я не сдержала улыбки. Да уж, это точно. Когда мы только переехали в Брейгель, в соседнем доме жили два брата. Они постоянно дрались так, что клочья летели во все стороны. Но когда чужие ребята задирали одного из них, второй тут же кидался защищать брата.
— Наша дружба проверена временем, — продолжил Ингвар. — Этим четверым я доверю свою жизнь.
— Очень рада за тебя, — улыбнулась я.
Время было за три часа после полудня. Ингвар велел принести бутылку вина, и половины уже не было. Терпкий напиток помог расслабиться и окончательно забыть об утреннем инциденте.
— На самом деле, у тебя тоже будет свита, — вдруг сказал Ингвар.
— Серьезно? — поморщилась я. Вспомнила, как герцогиня Карион, мать нынешней королевы, окружила себя девушками-придворными. Они ловили каждое её слово и выполняли любую прихоть. Удобно, возможно, но меня бы постоянное внимание и окружение раздражало. — Ты уверен, что это необходимо?
Ингвар тепло посмотрел на меня. Он развалился на софе, я устроилась на кровати, так что между нами было расстояние. Что-то во взгляде Ингвара подсказало, что, будь мы ближе, он бы обязательно прикоснулся.
— Это нужно, Агата, — мягко, но с нажимом проговорил он. — Девушки-драконицы помогут тебе войти в общество, познакомят с правилами, расскажут свежие сплетни.
Последние слова прозвучали шутливо, и я улыбнулась, хотя радости не испытывала.
— Разве Корделии не достаточно? — выдохнула я, надеясь на последний шанс.
Ингвар подался вперед, упираясь локтями в колени, и мягко улыбнулся:
— Подумай иначе: в твою свиту войдут только самые знатные девушки. Для них роль фрейлины — настоящий шанс. Служа тебе, они могут не только помочь семье подняться по иерархической лестнице, но и найти достойного мужа.
Не убедил. Но вслух я этого не сказала. Ладно, куда деваться. В конце концов, я ведь обещала стать Ингвару достойной женой. К сожалению, сюда входят и не самые приятные обязанности.
— Хорошо, сдаюсь, — пробурчала я. — Есть еще что-то, к чему мне нужно будет готовиться?
— Даже не знаю, Агата, — усмехнулся Ингвар. — Ты иногда так спокойно реагируешь, когда иные устроили бы истерику, и наоборот, что я уже боюсь сказать любое слово.
Я промолчала, не реагируя на намек. Если он сейчас еще раз спросит, кого я хотела пригласить в гости, то я покажу ему язык.
Ингвар оказался умнее и промолчал.
Ужин прошел совсем не так, как я ожидала. Мастрида через Ингвара передала платье, сшитое за ночь модистками. Сам Ингвар оделся и предложил то же самое мне.
Наверное, Ингвар хотел сделать ужин более официальным. Можно было бы даже представить, что мы на свидании.
Но мои предположения оказались неверны. Все оказалось намного лучше.
Когда Ингвар сначала повел меня в гостиную, прилегающую в спальне, а потом открыл резные двери, ведущие в коридор, я не сразу поняла, чего он хочет. Просто стояла и смотрела на открытую дверь, недоуменно хлопая глазами.
— Идем, Агата, — скрыв смешок, проговорил Ингвар. Он протянул мне руку, предлагая вложить свою ладонь в его.
— А… Э-э-э… Я могу выйти из комнаты? — поразилась я. Руку протянула с опаской: все время казалось, что Ингвар сейчас захлопнет дверь и скажет, что все это было шуткой.
Но он усмехнулся и, взял мою руку, потянул за собой.
Длинный широкий коридор оказался пуст. Вообще. Ни одной живой души, кроме нас. С одной стороны были двери, видимо, в другие покои, с другой — большие окна с видом на горы.