Огонь желаний
Шрифт:
Спокойной ночи!
– Подожди, я тоже иду.
– Филипп стал подниматься наверх вслед за Эми.
– Кстати, вечер прошел успешно.
Эми на секунду задержала руку на перилах. Ей хотелось что-нибудь ответить, но она откровенно зевнула.
– Ты устала. Пойдем!
Не дожидаясь, когда жена двинется с места, Филипп поднял ее и понес по ступенькам.
Она не сопротивлялась, лишь закрыла глаза, ожидая, что последует дальше.
Но Филипп положил ее на кровать и отошел к камину, чтобы разжечь его. Как странно - когда он нес ее на руках, ей не было так одиноко, как сейчас, в постели. Чтобы прогнать неприятное и смутное ощущение, она рывком села и произнесла в своей ироничной манере:
– Жаль, что мы не сделали этого на виду у всей публики. Ведь для тебя важно, какое впечатление я произвожу на твоих гостей, верно, Филипп?
Он выпрямился и подошел к ее кровати.
– Но почему?..
– Что почему?
– Почему ты спрашиваешь меня об этом, Эми?
– - А почему я не могу спросить? Мне же интересно.
Он скептически посмотрел на нее.
– Видимо, люди всегда хотят знать, что думают о них другие.
– Ну, например, - медленно начала она, - обо мне они думают, что я мила, но не надоем ли в конце концов Филиппу до смерти?
– Муж нахмурился. Ты хочешь, чтобы я производила хорошее впечатление на твоих друзей, но я хочу вести себя так, как привыкла с детства.
– Так, как ты вела себя сегодня вечером?
– Теперь он улыбался.
– Мне показалось, в какой-то момент тебя что-то озаботило.
Эми покраснела. Значит, он это заметил и постарался поаккуратнее сказать ей.
– Ты женился бы на мне, даже если бы не было очевидных причин? Но они-то этого не знают...
– Эми, - перебил он ее.
– Мне наплевать, что люди думают о моей личной жизни. Меня это никогда не волновало. Важнее знать, как ты себя чувствуешь, когда у нас в доме столько гостей. Я полагаю, как хозяйка дома ты просто обязана понимать, что, если они наши гости, мы обязаны создать для них приятную атмосферу. Ты не согласна?
– Конечно, согласна!
– Ну тогда, должно быть, это у тебя тикая стратегия, - улыбнулся Филипп, убирая с ее лба прядь волос.
Эми уставилась на мужа удивленными глазами.
– Не понимаю тебя.
– Неужели? Твои язвительные слова - женская игра, Эми. Мой совет смени тактику.
– Смешно! Это даже не приходило мне в голову.
– Ну ладно, не будем спорить, - примирительно сказал Филипп.
– Просто я очень устала. Вот и все!
– Ой ли?
Эми поняла: он не поверил ей.
– " А что еще за этим кроется?
– спросила она печальным голосом.
– Пока ты сама не скажешь, я не пойму.
– Его глаза изучающе уставились на нее.
Она отвела взгляд. На секунду захотелось рассказать, что ей не помогает ни миссис Перкинс, ни ее сестра, зато вместо них есть Боб! И что, если уик-энд закончится благополучно, это будет просто чудо! Но тут же она поняла, что не стоит говорить об этом. По крайней мере сейчас, ночью...
– Мне, нечего тебе сказать, - произнесла она устало.
– Может быть, ты слишком стараешься, Эми?
– Я действительно не знаю, что сделать, чтобы ты поверил мне, Филипп.
Он повернулся так, что лицо его оказалось в тени и она не могла видеть выражения его глаз.
– Этого тебе не следует делать. Какие парадоксы судьбы! Раньше она мечтала оказаться в его объятиях, любить его и не быть такой одинокой! А теперь?
– Но тогда я не смогу уважать себя. Дилемма, правда?
– прошептала она, и слезы ручьем хлынули у нее из глаз.
– Пожалуйста, уходи, Филипп. Я не могу справиться с тобой и со всем этим одновременно.
Некоторое время он безмолвно стоял, глядя на ее трясущиеся плечи.
– Хорошо. Я ухожу. Но если у тебя будут проблемы...
– Не будут!
– Спокойной ночи, Эми. Не делай глупостей.
Глава 3
Кто еще, кроме Джун, мог принести новость в воскресное утро? Она вошла на веранду, где все гости, удобно расположившись в уже настроившись на отъезд, оживленно обсуждали грандиозный субботний обед.
– Филипп, там у ворот ребенок. Он говорит, что Эми хочет убить его. Ее голос легко перекрыл общий шум.
Эми почувствовала на себе удивленные взгляды и покраснела до корней волос.
– О, это Боб, - прошептала она.
– Что он здесь делает?
– Вопрос Филиппа прозвучал в полной тишине. Боб - сын нашей кухарки Мери, прекрасной кухарки, - добавил он, видя недоумение на лицах гостей.
Эми уставилась на Филиппа круглыми глазами, но он нежно прошептал ей:
– - Скажи сама, не то гости подумают, что ты у меня какой-то монстр.
– Он...
– Эми от волнения облизала губы.
– Вчера Боб решил взять меня в плен на кухне с помощью игрушечного пистолета, который , ему подарил дядя-полицейский! Но, к счастью, появилась мать мальчика. А сегодня я поймала его за тем, что он сбивал замок с ящика, где хранятся ружья. Мы сумели помешать этому занятию. Я вовсе не безжалостна, хотя наказания безобразник заслуживает. Он стрелял в помидоры из своего пистолета - в огороде полный разгром, развел костер в загоне для цыплят, все белье, висевшее на веревке, утопил в пруду. Небольшие репрессивные меры совсем не помешают... Ты же знал, все это ты знал, - продолжала она, обращаясь к Филиппу.
– Не все. А где ключи от ящика? Но Эми уже закусила удила, ее несло, она ничего не слышала.
– Как ты посмел? Ты же все это знал и скрывал от меня, что знаешь. Я ненавижу тебя, Филипп Старк; такого эгоистичного и высокомерного человека я еще не встречала. И это не все твои пороки.
Тишина словно сгустилась, но ее тут же нарушил веселый смех Филиппа.
– Извините, друзья, но у Эми было столько забот, не правда ли, любовь моя? Думаю, тебе следует извиниться, но не передо мной, а перед гостями.
Опомнившись, Эми оглянулась по сторонам и услышала шепоток у себя за спиной.
– А, вот и ты, Мери, - сказала она, вынимая из кармана джинсов связку ключей.
– Естественно, что оружие слишком большое искушение для детей, и его следует убрать подальше. Прошу извинить, у меня были хлопотливые дни, добавила она, обращаясь к гостям.
Эми лежала на кровати, закрыв глаза. Она не слышала, как вошел Филипп, и только почувствовала, что кто-то садится рядом с ней. Открыв глаза, она увидела, что Филипп поставил тарелку с едой на тумбочку. Эми резко поднялась и села, скрестив ноги.
– Я все еще зла на тебя, и если ты пришел с нравоучительной лекцией, то просто теряешь время.
– Я и не думал, - пробурчал он.
– Неужели ты все еще сердишься на меня?
– А разве это не видно по моему лицу? Несколько секунд она молчала.
– Иногда я совсем не понимаю тебя, Филипп.
– Это заметно, - согласился он.
– Да, я позволила себе одну вещь, которую не следовало делать: доставила беспокойство гостям нашего дома.
– Бог с ними, они уже разъехались.