Чтение онлайн

— Какую сделку? — она вскинула голову.

— Ты получаешь эти фотографии, Макс ни о чем так и не узнает. Но ты навсегда исчезнешь из его жизни.

— Хм… а тебе не кажется, что такой обмен не вполне корректен? Слишком неравноценны доли. Та, что получаешь ты, и та, которая остается мне.

— Конечно! — с готовностью подхватил Лежнев. — Это далеко не все, что тебе причитается, просто я еще не успел сказать… Деньги. Нормальная квартира, если захочешь, могу добавить к этому еще и машину… Ты получаешь полную свободу, сможешь жить безбедно, в свое удовольствие и заниматься тем, чем сама пожелаешь. Мне кажется, неплохой обмен. Многие девушки в твоем положении могут только мечтать об этом.

— А условия?

— Я тебе их уже назвал. Ты должна исчезнуть. Тихо, по-английски, то есть насовсем. Макс, конечно, бросится тебя искать, но это уже моя забота… И сейчас самое удобное время, пока он в отъезде. Надо пользоваться моментом.

Опять в их разговоре повисла пауза. Подошел официант, неся на подносе заказанный Настей обед. Но она лишь расплатилась и велела отнести все опять на кухню.

Лежнев терпеливо ждал. Смотрел на нее без улыбки.

— Заманчивое предложение, — сказала Настя, устремив взгляд на конверт. — Я вот только одного не пойму… Зачем это тебе? Все эти траты, хлопоты… Ведь, в сущности, дело касается меня и Макса. В чем здесь твоя выгода?

Лежнев вздохнул:

— Я уже устал всем объяснять. Но если хочешь, то коротко… Мы с ним находимся в одной связке. Если в чем-нибудь пострадают интересы Макса, это впрямую коснется и меня. Стало быть, я соблюдаю прежде всего свой интерес.

— Ясно… — Настя посмотрела за окно, на улицу. Потом опять перевела взгляд на конверт. — Я слышала, ты игрок, а все игроки привыкли рисковать… Так вот, мое предложение. Давай сыграем с тобой в рулетку.

— То есть?.. — не понял он.

— Ты отдаешь мне эти фотографии. Я сама покажу их Максу. Конечно, упомянув при этом, как и от кого они мне достались. Посмотрим, как он среагирует… Это и есть рулетка. Если стрелка ляжет так, что мне придется уйти, что ж, такова судьба. Каждый останется при своих интересах. Но при этом ты сильно сэкономишь на расходах. А они, судя по тому, какие блага ты мне посулил, отнюдь не маленькие, даже для тебя.

Лежнев посмотрел на нее растерянно, как бы еще не веря. А Настя, видя это, постепенно обрела былую уверенность.

— Ну что, Витя, устраивают тебя такие условия игры? — спросила она насмешливо. — Мы ведь оба рискуем на равных условиях. А там что выпадет, орел или решка…

Лежнев с удивлением посмотрел на ее слегка раскрасневшееся лицо, на фанатично горящие глаза, на решительно стиснутые кулачки. «А ведь она это сделает, сучка!» — подумал он даже с невольным восхищением. Потом наклонился через стол, потянул к себе конверт и, словно на пружине, вскочил на ноги.

— Ты об этом еще сильно пожалеешь!.. — успел он выкрикнуть Насте на ходу. — Вы оба пожалеете, но будет уже поздно!..

Настя видела сквозь витрину кафе, как он садится в свою машину. И лишь после того, как Лежнев отъехал, она тоже поднялась, направляясь к выходу.

Виктор Лежнев был единственным сыном в семье дипломата, родился и получил воспитание в основном за границей. Это обстоятельство, казалось, уже заранее предопределило его дальнейшую судьбу. Не без помощи связей отца Виктор поступил в МГИМО, готовя себя к работе на дипломатическом поприще. Но в начале девяностых советская система благополучно рухнула, ей на смену пришли совершенно другие идеалы. Папаша был отправлен с почетом на пенсию и уже не имел прежнего влияния. Виктор быстро сориентировался в новой обстановке и понял, что карьера дипломата уже не так заманчива, как раньше, в советские времена. Открылись новые горизонты для того, чтобы делать карьеру и зарабатывать деньги. Он ушел с четвертого курса института и целиком посвятил себя бизнесу. Пользуясь знакомствами за границей, стал перегонять оттуда подержанные автомобили, на которые в нашей стране появился необычайный спрос. Это приносило ему сказочные барыши, пока в дело серьезно не вмешался криминал. После того как нескольких его партнеров безжалостно расстреляли на границе Белоруссии и Польши, Виктор, будучи по натуре весьма осторожным и даже трусоватым, смекнул, что своя шкура дороже любого навара за иномарку, и моментально завязал с опасным предприятием. Деньги у него остались на счету в зарубежном банке, теперь ему захотелось их вложить с пользой в более спокойное дело. Тут на горизонте возник Макс Калугин, еще только начинавший свой бизнес. Они познакомились, когда Макс готовил проект дизайна на дачном участке отставного дипломата, Витькиного отца. И сразу почувствовали взаимную симпатию.

Виктор легко сходился с людьми, чего так не доставало Максу, свободно владел несколькими языками. Он по-прежнему имел широкий круг знакомств за границей, дал Максу ряд полезных советов и свел его с нужными партнерами за рубежом. Макс это оценил. И согласился, когда Виктор объявил, что готов вложить в дело свой капитал. Так они стали не только друзьями, но и деловыми партнерами.

Макса такое сотрудничество вполне устраивало. Витька по своей натуре не отличался задатками лидера, предпочитая находиться у кого-нибудь за крепкой спиной. С самого начала между ними установилось четкое распределение ролей. Стратегию деятельности фирмы определял Калугин, Лежнев внедрял ее в жизнь, делая это с необычайной легкостью и весьма талантливо. Он отвечал за безопасность, находил богатых клиентов, завязывал нужные деловые контакты. И при этом оставался как бы в тени своего партнера, предоставляя тому право решающего голоса. Незаметно для себя Макс почти полностью подпал под его влияние. С легкой руки Виктора он сделался завсегдатаем элитных тусовок, где обзаводился нужными связями. Лежнев подбирал для фирмы персонал, водителей и охранников из числа бывших омоновцев и чекистов. Неприхотливый в жизни, Макс снисходительно относился к тому, что Виктор по своему вкусу обставил для него квартиру, одевался он только в тех салонах и магазинах, которые выбирал для него Лежнев. Даже такие мелочи, как авторучка, запонки или галстук, — все это было приобретено по совету Виктора. Лежнев заботился также об интимной жизни своего друга и партнера. Макс не то чтобы стеснялся знакомиться с женщинами — у него на это просто не оставалось времени. Виктор же всегда старался обставить дело таким образом, что нужная женщина появлялась на горизонте Калугина в нужное время и в нужном месте. Когда случался разрыв в отношениях, Макс долго не оставался без присмотра милой особы.

Получив незримую власть над Максом, Лежнев чувствовал себя вполне комфортно. Партнер, сам того не сознавая, оказался полностью под его влиянием. Макс, принимая решения, всегда поступал так, как это было выгодно Виктору. Такое положение вещей до поры вполне устраивало Лежнева. Он не стремился выйти на первый план, важно было лишь держать Макса под контролем. Но с появлением Насти ситуация могла в корне измениться. Лежнев ясно чувствовал это и потому решил действовать незамедлительно. Но с первых же шагов его ждала неудача. Вначале Юля отказалась выполнить его деликатное поручение, поддавшись, как полагал Лежнев, сентиментальным чувствам. А потом и Настя совсем неожиданно проявила характер.

В конечном счете дело и вовсе оборачивалось против Виктора. После разговора с Настей в кафе он начал всерьез опасаться, что она обо всем может рассказать Максу. Конечно, можно еще было представить случившееся как досадное недоразумение. Дескать, конверт с фотографиями оказался у него в руках случайно, его просто подбросили в офис. Лежнев хотел лишь предупредить Настю, а девочка не поняла, истолковала его благие намерения по-своему. Возможно, Макс бы ему поверил, а что дальше?.. Ведь основной результат не был достигнут. Настя оставалась с Максом.

Неужели ему придется с этим мириться?.. Лежнев не любил проигрывать. Не нравилась ему ситуация, при которой Макс мог выйти из-под его контроля. Предстояло в ближайшее время, пока приятель не вернулся из поездки, найти выход из положения. Об этом сейчас и думал Лежнев, засидевшись допоздна в своем кабинете.

А так ли нужен ему Макс сейчас, когда их фирма окончательно и давно встала на ноги? Конечно, они друзья, но иногда случаются моменты, когда ради успеха приходится блефовать, многим жертвовать, в том числе и дружескими связями, ради общего дела, достижения нужной цели. Об этом ему уже не раз говорил отец, приводя в качестве примера истории из практики мировой дипломатии. Пришла пора ему, Витьке Лежневу, вылезти, наконец, из коротких штанишек, перебраться из-за кулис на авансцену, чтобы начать играть первую роль. И случай, кажется, вполне удобный. Но кто знает, как Макс воспримет то, что в приступе истерики может рассказать ему Настя. Нет, надо действовать сейчас, потом может быть поздно…

Лежнев протянул руку, снял трубку телефона и набрал номер.

После разговора с Виктором Настя почувствовала себя совсем разбитой и опустошенной. Едва приехав домой, она тут же слегла в постель. Весь вечер ее бил озноб, а утром она проснулась с головной болью. Следующие дни она вовсе не выходила из дому, бесцельно слонялась по комнатам огромной квартиры, изредка присаживалась в кресло, брала в руки пульт и щелкала, переключая телевизионные каналы. Но телевизор не мог отвлечь Настю от подступивших мрачных мыслей. Да, как она не старалась, не надеялась, а прошлое по-прежнему напоминало о себе, удерживало ее своей мертвой хваткой. Теперь только она поняла, что значит в ее жизни Макс.

Макс звонил ей по телефону каждый день. Слова его были одни и те же и в основном сводились к тому, как он любит ее и по ней скучает. Ей казалось, что прошли годы с тех пор, как они расстались, а ежедневного звонка явно было недостаточно, чтобы она успокоилась. В Москве всех знакомых у нее было наперечет, тем более тех, с кем Настя могла бы поделиться своими мыслями.

Единственная подруга, с которой Настя поддерживала отношения, правда в основном по телефону, — это Вероника. Они очень разные как по характеру, так и по восприятию окружающей действительности и собственной судьбы. Вероника с некоторых пор уже не работала на Рафика, вообще не принадлежала никому из сутенеров. Она добилась статуса индивидуалки, сама находила выгодных партнеров и их обслуживала. Как ей это удалось, Настя не знала. Однажды, когда об этом зашла речь, Вероника ответила уклончиво, что ей удалось откупиться, выплатив Рафику довольно солидную сумму. Вот и все. Настя не настаивала на подробностях.