Чтение онлайн

– Какую?

– Я не люблю девственниц. С вами много мороки. Я не люблю себя сдерживать, прогибаться и казаться нежным, так как я не такой… Да и у тебя будет потом с чем сравнить, - и оскал оборотня расплывается на его лице.

У меня просто отвисает челюсть. Гад. Ненавижу.

– Тихо, тихо… А то ты готова кинуться на меня с кулаками. Не стоит. Поверь – это забота с моей стороны. Странная… но вот какая есть. Уверяю тебя, что так будет лучше только тебе. Вот, например, тот парень, который тягается к тебе на работу и всячески пытается затащить тебя в койку. Воспользуйся моментом. И моим советом.

– А если нет! – если раньше я замерзала от страха, то сейчас, я горю от злости и негодования.

– Тогда это сделает кто-то другой, но уже без твоего согласия.

Как будто мешком по голове стукнули. А еще удар под дых. И не сообразить ничего не могу, ни вздохнуть полной грудью.

– Вы что, наймете кого-то, чтобы он… силой…

– Тс… ты сгущаешь краски. Мы все обговорим, подберем кандидата. Уже давно существуют специальные люди, для которых это работа, как… креативный менеджер или слесарь. А хочешь, я буду присутствовать?

Это какая-то дикость. Провожу рукой по лицу, пытаясь смахнуть эту грязь с себя. В миг мне захотелось стать глухой, а еще ослепнуть и никогда, и ничего подобного больше не слышать, и не видеть этого человека. Раствориться, испарится и просто исчезнуть. Оказать на другом конце мира.

– Я ничего не понимаю… Это у вас что, развлечения такие? Вам скучно жить?

– Жизнь, сама по себе, пуста. Надо уметь найти себе маленькие радости, чтобы прожить ее с интересом, азартом, приключениями и удовольствием. Пока мне все удавалось.

Он расплывается в самодовольной улыбке и придвигается ко мне. Я пытаюсь отодвинуться как можно дальше, но за спиной дверь, которая напоминает о себе, вдавливая в мою спину ручку.

Влад обхватывает пальцами мой подбородок и несильно сдавливает, так, что мои губы непроизвольно размыкаются. И целует… Как тогда, в темноте. Только сейчас я вижу его глаза цвета болота. Он их не закрывает, а пронизывает своим взглядом, затягивая в трясину. Я вязну. Нет сил на борьбу, нет желания взбрыкнуть, оттолкнуть, закричать. Лишь немая покорность.

Губы у него сухие и холодные. Мне противно. Легкая тошнота накатывает волнами. Перед глазами замельтешили, словно мушки; слабость, и в тот же момент, какой-то тяжелый груз, давит на меня, прессуя.

Щелчок открываемого замка двери, возвращает в реальность.

Рукой нахожу ручку и дергаю ее. Под тяжестью моего тела дверь распахивается, и я практически вываливаюсь из машины.

А этот придурок начинает хохотать, да так громко и заливисто, что первая мысль: «Что б ты подавился своими слюнями или язык проглотил!».

Охранник, стоящий в сторонке, кинулся в мою сторону, но Влад остановил его движением руки. И он стал, как вкопанный.

А я, руки в ноги, и бегом обратно в кафе, подгоняемая доносящимся смехом.

Белла.

Дрожащим пальцем набираю код на электронном замке входной двери. Я мечтаю оказаться по ту сторону, будто захлопнувшаяся дверь может отгородить меня от Влада и его грязных помыслов.

Заскакиваю внутрь, громко вздыхаю, переводя дух. Внутри меня колотит так, как будто я просидела на холоде много-много часов. Трясущимися руками снимаю куртку, вешаю ее на вешалку стоящую возле двери.

Мне бы собраться с мыслями, да обдумать произошедшее, но ругань, доносящаяся из кабинета Прохора, заставляет оставить разбор внутренних переживаний до лучший времен, и навострить ушки.

Прохор говорит на повышенных тонах с какой-то барышней. Никогда не слышала за время работы, чтобы Прохор кричал, а тут прямо дикий ор. Надо ж так довести уравновешенного человека… И что там за тема такая?

Пролетаю мимо закрытого кабинета и мчусь в зал.

– Где ты пропала? – налетает на меня Ира, стоило мне только выйти в зал.

– Эм… По телефону разговаривала, - ничего лучше не смогла придумать, как соврать такую банальность. – А что случилось-то?

– Представляешь, явилась Нинка, - я нахмурила лоб, даю понять, что это имя мне ни о чем не говорит.

– Напарница моя бывшая, на ее месте ты работаешь. Понимаешь?

– Нет, - честно признаюсь я, - и что?

– Что-что… Она-то была официально оформлена, а ты на птичьих правах… Явилась, говорит, что беременная и срок приличный, и что Прохор не имеет права ее увольнять. Вон, теперь орут так, что все клиенты разбежались.

– Все, да не все… - В кафе забегает довольный Антон. Вот его сейчас только в этой драме и не хватает. Перевожу обратно взгляд на Иру. – И что, он меня теперь уволит?

– Я даже не знаю, что и думать. Нинка такая сука, просто редкостный кадр. Поэтому до чего они договорятся, загадка даже для меня.

– Привет, девчонки, - Антон садится на барный стул рядом с нами, – чего такие прибитые?

– Да тут у нас прежняя официантка явилась, требует, чтобы Прохор восстановил ее на рабочем месте, - рассказывает Ира последние новости нашего «городка».

– Тю, пусть работает. Вам-то что?

– Это значит, что Прохор уволит меня, - поясняю ему ситуацию.

– Видишь, как классно карта ложится, я приехал, чтобы позвать тебя праздновать Новый Год вместе с моими друзьями, и их девушками, - сразу поясняет он, - на горнолыжный курорт. Пусть эта курица работает, а ты пакуй чемодан, и завтра вылет. А потом приедем, и будет видно, что делать дальше.

Я только было открыла рот, чтобы резко отказаться от предложения Антона, потому что ходить с ним в черте города на разные мероприятия - это одно, а ехать, точнее, лететь – совершенно другое. Но моя пламенная речь застряла у меня в горле, так как в общий зал вылетела разъяренной фурией эта самая Нина, а за нею Прохор.

Она подлетает ко мне и с претензий начинает тараторить, поставив руки в боки.

– И где я, по-твоему, сейчас перед праздниками работу себе найду, да еще и беременная. Быстро ж вы мне замену нашли, - а это уже претензия к Ире и Прохору, - платить мне за квартиру нечем, я на подсосе, так что буду жить у вас в кафе.
– Плюхается на рядом стоящий стул за ближайшим столиком и складывает грозно руки на груди.

– Поехали, - тянет меня за рукав Антон.

Сказать, что я в растерянности… Нет! Я просто в каком-то шоковом состоянии. И почему-то в сложившейся минутной тишине, все смотрят на меня. Будто я здесь главная и все решаю!