Чтение онлайн

Захотелось провалиться на месте!

Хотя сдержали этот порыв, но чего им это стоило - знали только они.

Никита спрыгнул в речушку и зашагал по течению, бурля водой. Винтовка так и осталась не разобранной в сумке.

Бойцы ОМОНа и ППС, сотрудники ФСОТа и ФСБ разбрелись по округе, держа наготове табельное и автоматическое оружие. Машины, скрипя колесами и злобно урча, расползались по всем дорогам в стороны.

Нужно было окружить первый, контрольный сектор. А другой волне искателей взять в круг и закупорить второй, дальний. И чем быстрее, тем лучше! Но люди!.. Не хватало людей для перекрытия всего района, да еще с пересеченной местностью. Да начинало смеркаться.

Топорков выбрался на крапивный бережок, на ходу огляделся и засеменил вдоль свалки, забора из гнилых досок и колючей проволоки, затем обогнул старые скальные выступы и поскакал по древним золоторазработкам - широкому, изрытому драгой и старателями, заброшенному карьеру.

"Правоохранники" прочесывали здания и сооружения, взбирались на холм и окружали район ЧП. Проверяли и осматривали всех людей мужского и женского полов в возрасте от четырнадцати до шестидесяти лет. Почти всех, кто попадался под руку!

Посты ГАИ и ППС получали приказы и сводки, спешили, копошились, недоумевали.

Никита снова очутился в реке, пробежался по шельфовой зоне, вниз по течению метров триста, и свернул в лес.

Обошел автомобиль туристов, соблюдая строжайшую маскировку, и нырнул в кусты ив.

Его не заметили.

Парочка, жарившая шашлык, громко озорничала по поводу удавшегося пикничка.

В двадцать ноль-ноль местные спецслужбы и органы правопорядка свернули поиск преступника... Именно, ПРЕСТУПНИКА!

То, что он - мужчина, показали школьники и учителя небезызвестного учебного заведения номер 3.

Теперь составлялся фоторобот, снимались какие-то отпечатки и велся инструктаж поисковиков. На завтра розыск должен был принять глобальный масштаб.

Ночью все спят и отдыхают! Нормальные. Или думают и работают - ненормальные!

Никита спал и отдыхал после тяжелого дня. Он считал себя нормальным парнем!

• • •

Москва. Посольство ФРГ. 10 октября 1996 г.

Двое пожилых представительных мужчин в темных костюмах, светлых сорочках и лакированных туфлях немецкого производства попивали кофе, восседая в твердых креслах огромного, шикарного, итальянского гарнитура.

Один - седой, усатый, в очках и темно-синем галстуке, закинув ногу за ногу, сидел лицом к окну.

Жалюзи из специального сплава были сдвинуты, поэтому дневной свет не падал на этого человека. Но внутри находился свой автономный светильник.

Другой - чуть помоложе, с рыжевато-белой шевелюрой; с лицом в пигментных пятнах и двумя перстнями из русского золота с дорогими камушками на пальце тихо швыркал кофе и блаженно прикрывал глаза.

Как водится в привилегированных кругах "сливок общества", сначала поговорили о семьях, здоровье, погоде на улице, а уж потом о погоде в российской столице.

Конечно, политика стояла на первом месте во всех действиях и думах этих двух господ, поэтому беседа непременно бы затронула эту область.

Но речь зашла не столько о дипломатических вещах или шпионских страстях (один из присутствующих кроме основной работы числился агентом германской службы внешней разведки), сколько о коренных, интимных проблемах России. В частности, о болезни Президента, о возможных реакционных действиях кремлевского аппарата, о загадочных убийствах, потрясших столицу.

Разговор коснулся Секретаря Совета Безопасности России.

Выразительный, каркающий, казалось бы, корявый, немецкий диалект снова огласил один из служебных кабинетов посольства.

Употребление кофе замедлилось. Мужчины часто посматривали в глаза друг другу, их губы еле-еле шевелились, но каждое слово слышалось отчетливо.

В помещении отсутствовали приборы прослушки и наблюдения, заведомо были обследованы все прилегающие комнаты.

Диалог велся немного странно - без обращений, без имен и фамилий, слов-паразитов и каких-либо эмоций.

Сухая, четкая, деловая беседа.

– Есть сведения, что Секретарь в ближайший месяц будет отстранен от занимаемой должности и снят с руководящего поста. Это проверенный факт, не подлежащий сомнениям. Известно из прямых и косвенных достоверных источников.

– Прямой источник - это премьер-министр?

– Да. Но кроме него в российском государственном аппарате есть еще надежные источники информации. И нам они хорошо известны.

Молчание. Негромкие пошвыркивания.

– Секретарь - сильный вероятный противник кремлевской власти. У него собраны обширные немаловажные сведения. Он обладает тем качеством, которого нет ни у одного из кремлевских чиновников. Он настырен, молод, честен, твердолоб и смел. Таких в России единицы.

Не вижу смысла описывать все достоинства и недостатки Секретаря, но в этом человеке вижу единственного достойного кандидата на пост главы Российской Федерации.

– Рано хороните нынешнего Президента. Он еще силен и компетентен.

– Не преувеличивайте. Господин Сюганов бьется о твердую стену и не дальше. У него мало шансов.

– Итак, в итоге Секретарь. Вспомните июнь этого года, выборы, процентное соотношение. Наведенный режим. Заслуги по достижению мира в Чечне. Решительные и насквозь правдивые прогнозы и предсказания Секретаря в адрес Кремля, власти в стране, порядка и экономики.

– Придет ОН, и вас попросят покинуть страну. Может быть, и меня.

– Исключено. Если все произойдет так, как думает Секретарь и как считаем МЫ, наш рейтинг поднимется до невероятных размеров, а Германия станет первым союзником России.

– Настоящим или лжесоюзником?

– Это неважно. Главное. Будут доверять нам и видеть видимое.

– Значит - Секретарь?!

– Девяносто из ста. Но при нашей поддержке. Я имею в виду не только финансовую.

– Я понял. Что предлагаете?

– На составление варианта бизнес-плана понадобится не менее трех суток. Это наброски. Переговорить с нашими и собрать Союз. Земляки-магнаты будут решать один из основных вопросов. Самый важный и рискованный шаг - вступить в связь с Секретарем. Причем сделать этот ход нужно строго секретно и конфиденциально. Бояться отказа Секретаря и огласки не вижу причин. ЕМУ нужен наш союз. Мы дадим ему шанс убедиться в этом еще раз. Главное, чтобы он ухватился за ниточку, которую протянем МЫ. И я - не я, если он не воспользуется этим шансом.