Чтение онлайн

— Его тоже возьмём в Москву? — спросил Серов.

— Придётся, — ответила Юля, рассматривая Грея, словно впервые его видела. — Он совершенно не приспособлен для местной жизни.

— Согласен. Мы должны увезти его из Невиннопыска. Дать ему шанс на лучшую жизнь. Юля фыркнула и ткнула его локтем в бок.

К немалому удивлению Серова, администраторша подала им завтрак — овсяную кашу и карельские пирожки с рисом. И большую колбу крепкого кофе. И навалила Грею целую миску мясных объедков, на которые он накинулся со зверским аппетитом.

Солнце насквозь пронизывало столовую, ветер вздувал шторы на окне, как паруса. Пора было отправляться в путь.

— Сегодня поедем? — спросил Серов.

— Можно и сегодня.

— Тебе нужно собирать вещи?

— У меня ничего нет, кроме Грея и стихов.

— Замечательно!

У «Золотой Пысы» их уже поджидал Ваня — ещё более сумрачный, чем накануне. Он сидел за рулём блестящего «Лендкрузера» и смотрел вдаль на ёлки невидящим взглядом. Свежих синяков и царапин на его лице не прибавилось: то ли Мадам Марго перестала воспитывать своего «послушного мальчика», то ли следы воспитания переместились на другие участки

тела. Кожаный ошейник с бирочкой тоже пропал.

— Доброе утро, Иван, — как можно ласковей произнёс Серов. — Хорошая погода для дальней дороги.

— Угу.

— Наконец-то мы вернёмся к нормальной жизни. Завтра к вечеру будем дома. Слышишь?

Москва! Мама! Ты же так по ним скучал.

— Угу.

Серов не стал лезть парню в душу. Захочет — сам поделится. Хотя он догадывался, в чём Ванины проблемы.

Сначала они заехали к Наташе. В этот раз она погромыхала щеколдами и, близоруко щурясь, выползла на свет — но не целиком, а лишь наполовину. Она напомнила Серову улитку, вынужденную покинуть ракушку: такая же испуганная и беззащитная без своего до -мика.

Возможно, Наташа пряталась в ларьке от трудностей и житейских невзгод. Это было её убежище, её бункер, где она могла запереться с книгой и почувствовать себя в безопасности. Зимой и летом, днём и ночью. У неё были книги, яблоки и обогреватель — что ещё нужно непритязательному человеку? Может, Наташа и любила своих детей, но она бросила их и уползла в железную ракушку.

Серов при всём желании не мог её осудить. По крайней мере её дочь захотела с ней попрощаться — это само по себе дорогого стоило.

Потом они купили в «Пятёрочке» самый большой торт и заехали в офис. В этот раз никто их не ждал, выстроившись по росту, как на уроке физкультуры. Все были заняты важными делами: Анжела спорила по телефону с кем-то из поставщиков, Серафима с головой погрузилась в бухгалтерскую программу, а Сан Саныч в директорском кабинете разбирал стопку документов. Он коротко поздоровался с начальником и отрапортовал:

— За первые сутки более семидесяти процентов клиентов согласились перейти на безналичный расчёт! Это успех!

— Скоро мы выведем невиннопысский филиал «Норда» целиком в белую зону, — похвасталась Серафима.

— И вернём на склад недополученные тонны, — сказала Анжела.

— Только нас всего четверо, — озабоченно произнёс Сан Саныч. — Не хватает кассира и ещё одного менеджера по закупкам.

— А зачем вам кассир? — спросил Серов.

Все задумались, а потом заулыбались. Действительно, если фирма перейдёт на безнал, то должность кассира можно упразднить, а всякую мелочёвку с наличностью повесить на Серафиму. С увеличением оклада, разумеется (мрамор для надгробий постоянно дорожал, а пенсии росли медленно). А по поводу менеджера Серов обещал подумать. Ему не хотелось брать кого-то незнакомого, а нужного специалиста на примете не было. Цыгана Романа, что ли, привлечь за процент от прибыли?

После чаепития, на котором Серов объявил о помолвке с Юлей Смирновой, вызвав дружный шквал поздравлений, троица отъезжающих выдвинулась на следующий объект. Надо было попрощаться с Гошей и Андрюшей.

Когда накануне Серафима упомянула дом на Пысе, построенный Цукановым по секретному проекту, а Ваня описал его как «креативный» и «с фантазией», Серов даже близко не представлял, с чем ему придётся столкнуться.

Это был плавучий дом на понтонах! По сути сарай из вагонки, покрашенный в жизнерадостный голубой цвет, с площадкой для барбекю и флюгером-петушком на крыше. С одной стороны к дому был приделан мотор, а с другой — откидной трап для схода на берег.

Изнутри доносились громкие крики, перемежавшиеся трёхэтажными матами и звуками драки.

Серов закусил губу, чтобы не засмеяться в голос. А Юля смотрела на голубое сооружение с нескрываемым уважением:

— Круто! — сказала она. — Антон Львович построил себе плавучую дачу!

— Теперь это Егора Константиновича дача, — буркнул Ваня. — Надо было на личные деньги строить дом своей мечты.

— Да, но круто же! Можно по Пысе доплыть до Беломорканала, оттуда в Онежское озеро, а потом — в Волгобалт и до самой Москвы.

Серов оценил познания Юли в географии родного края, но вынужден был заметить:

— Только сумасшедший рискнёт куда-то плыть на этом сарайчике. Он потонет ещё в Ов-сяновке.

Крики стали громче, из домика вывалились Гоша и Андрюша. Оба раскрасневшиеся и злые. Гоша был одет в оранжевый спасательный жилет и надувные нарукавники, а на поясе у него болтался спасательный круг, от которого к домику тянулась верёвка. Очевидно, Гоша, помятуя о проблемах орангутанов, застраховался от случайного падения в воду. А Андрюша щеголял в нескромных леопардовых плавках, которые больше подчёркивали, чем скрывали.

— Добрый день, Егор Константинович! — крикнул он, завидев на берегу московское начальство. — Вы извините, я взял на работе отгул, чтобы перебраться на новое место. Спасибо, что разрешили нам здесь пожить! А то дядя Гена сильно злится, ему нужно время

для принятия новой информации.

— Без проблем, живите сколько хотите. Как проходит обустройство? — поинтересовался Серов.

— Прекрасно! — Андрюша белозубо улыбнулся и сдул лезший в глаза локон.

— А чего орёте на всю округу?

— Да этот... — Андрюша проглотил ругательство, — этот мальчик, который достался мне по статистике, хочет перекрасить дом в чёрный цвет и снять петушка с крыши.

— Зачем? — спросил Серов. — Вполне симпатичный флюгер. И цвет у домика приятный, голубенький.

— Вот и я так считаю! — обрадовался Андрюша.

— Симпатичный?! — взвыл Г оша. — Петушок на крыше? Голубой домик? Да мы только вчера здесь поселились, а в посёлке нам уже дали прозвище! Знаете какое?

— Какое? — спросил Серов без задней мысли.