Чтение онлайн

— Тебе лучше играть дальше на мандолине, если ты хочешь уберечь людей.

Он захихикал, но хотя бы успокоился.

— Да, одна мандолина победит толпы. Просто не забудь стишок, ладно? Музыка связывает, Огонь слепит, Смотри им в глаза, убьет их железо.

— Я думала, это была детская песня, — сказала я.

— Наши жизни — детские песни и сказки Фейвальда, Элли. Нам нужно попросить детей напомнить их. Иначе все мы умрем.

— Не перегибай, — сказала я, но сердцу не было весело. Я уже потеряла отца и сестру. Осталась только моя мама. И все умрут? — Я слышала все сказки о фейри. И я собираюсь разрушить их.

Глава тринадцатая

Мне было шесть, когда я впервые пошла с отцом на оленя. Зима была тяжелой. В деревне люди делали муку из картофеля и считали бобы. Каждый кусочек мяса мог помочь.

Он пришел к порогу в снежинках, словно звездочки сияли вокруг него, и его дыхание вырывалось паром от холодного воздуха, который он впустил в наш дом.

— Идемте на охоту, девочки!

— Не нужно брать девочек, Охотник, — возмутилась мама. — Они только задержат тебя, а нам нужно мясо.

Но один взгляд на мои умоляющие глаза, и папа подмигнул.

— Ты можешь быть тихой, Элли? Можешь быть неподвижной?

Я кивнула, восторг кипел во мне. Я хотела быть как мой отец. Бесстрашной. Чтобы меня не могли остановить.

— Я лучше останусь у огня, — сказала Хуланна, и он прошел по чистым полам мамы, оставляя следы снега, к ней у камина, поцеловал мою сестру в спутанные кудри.

— Оставайся тут, малышка.

Но он взял мою ладонь в кроличьей варежке своей большой рукой, и я пошла за ним по снегу, шагала по его большим следам.

Зима выла вокруг нас ветром, деревья хрустели и стонали, но я была в безопасности с отцом и его луком из ясеня.

Я была в безопасности, хоть вой звучал близко к нашей засаде среди снега, так близко, что мои колени дрожали, и дважды отец ловил мой взгляд с ободряющей улыбкой.

Я была в безопасности, пока дерево трещало над нами.

Я была в безопасности, и отец склонился и шепнул мне:

— Не давай страху подавить тебя. Пусть придаст сил. Пусть сделает тебя сильной и яростной.

Я давала страху гореть во мне, пока мой гнев на мой страх не сжигал все, оставляя только смелость.

Когда олень прошел мимо нашей засады, у меня остались только решимость и огонь. Даже когда мы тащили оленя по снегу с воем гулей в ушах.

Наш успех обеспечил деревне горячее мясо в тот вечер. И, пока мы радовались, я улыбнулась отцу улыбкой охотников, ведь знала, что хотела делать это всю жизнь.

Хуланна могла носить красивые платья и ходить мимо газона цветов с парнем в будущем. Мои платья будут из шкур нашей добычи, моя тропа была среди снега и воющих гулей.

Глава четырнадцатая

Было просто говорить смело рядом с Олэном. Из-за него было просто. Но было сложнее, когда вдали звучала одиноко его мандолина, и только я шла по лесной тропе.

Мне нужен был план. Слепая девушка с тростью, повязкой и маленькой клеткой не могла помочь без плана. Вот только я думала, что фейри могли быть умнее меня. Мой план должен был учесть это. Как поймать того, кто сам отлично умел ловить? Как убить того, кто жил, чтобы убивать? Как понять неуловимого?

Жаль, этого не было в сказках старушек. Стишки были полезными, но моя железная клетка и мандолина Олэна пока не сильно помогли.

Я была почти у деревни, когда увидела трепет краем глаза. Я порой снимала повязку и озиралась, и это движение было первым, которое я заметила в мире духов.

Они были там. Охотились на меня.

Это было интересно.

Я поежилась. Проблемой было то, что фейри были хищниками.

«Красивыми хищниками», — настаивал мой разум, но все равно хищниками.

Я охотилась на хищников с отцом раньше. Волки. Койоты. Горные львы. Хищников лучше всего было заманивать криками раненой добычи, но мы не охотились на зайцев, чтобы заманить волков. Я неплохо изображала вопли раненого зайца. Неприятно, но неплохой. И можно было привязать край ткани к низкой ветке, тянуть за нее и делать вид, что заяц бился на земле. Я и так раньше делала.

Но Сияющие не были волками или койотами.

Как мне их заманить? Они уже тянулись ко мне. Они уже хотели меня и мою семью. Может, мне и не нужна была приманка.

Но приманка была половиной проблемы. Другой половиной было поймать их. У меня была клетка. Она умела что-нибудь? Ее звали Клеткой душ. Это звучало грозно.

Я смотрела на лес, пытаясь найти движение, пока стояла на поляне, медленно поворачиваясь по кругу. В старых сказках было что-то о клетке? Была Глинда и Волшебный медальон. В той истории Глинде нужно было поцеловать медальон, чтобы уберечь душу. Но это не была клетка. Был Джет и Красный плащ. В той сказке, пока Джет был в плаще, его не видели фейри, и он мог проникать в их земли. Это не была клетка.

Я думала, но не могла вспомнить клетки в сказках.

Если клетка была тайной, мне нужно было полагаться на то, что я знала. Я процитировала мысленно старый стишок: «Музыка связывает, Огонь слепит, Смотри им в глаза, убьет их железо».

Олэн играл роль, отгоняя их музыкой. Я не могла пока никому смотреть в глаза. Не с повязкой на глазах, когда я не использовала второе зрение. Оставались огонь и железо. Только дурак пошел бы в лес с огнем в руках. Лесной пожар мог сжечь наш дом. Но я могла найти железо. Все стрелы отца были с железными наконечниками. И с повязкой я могла стрелять из лука.