Чтение онлайн

Доложите предпочтительный курс для Тирпица.

...Он находился там три дня, и все это время союзные подлодки занимали свои наблюдательные позиции между Вест фьордом и подходами к Тронхайму.

Согласно последнему приказу Топп должен был направить свой корабль в Тронхайм ранним утром в пятницу 13 марта, однако будучи суеверным человеком, он отдал приказ поднять якорь 12 марта в 23. 00.

В сплошной темноте Тирпиц прошел Вест фьорд на скорости в 30 узлов, затем повернул на юг вдоль берега. В 1. 30 ночи флотилия английских эсминцев из Скапа Флоу, действуя согласно полученной из перехватов "Ультра" информации, закрыла побережье между Беде и Тронхаймом и повернула на север. Эскадра и Тирпиц шли навстречу друг другу со скоростью не менее 60 узлов. Но в 3. 30 утра английские суда повернули домой с тем, чтобы к рассвету уйти от вражеского побережья и вражеской авиации. Тирпиц вошел в их район поиска через шесть часов и, избежав ожидавших его подлодок, вошел в Тронхайм фьорд. На следующий день уже снова был в своем убежище в Фоеттен фьорде.

Конвой PQ 12 оставил свой след в тактике и немецкой и английской сторон. Немецкий флот возлагал на эту операцию большие надежды, и, если бы не перехваты "Ультра", которые предупредили Тови о возможном районе поиска Тирпица, и дали возможность конвою сменить свой курс и уйти от опасности, то операция несомненно завершилась бы удачно. Однако дело обернулось таким образом, что, израсходовав больше 8000 тонн драгоценного топлива, немецкая эскадра могла похвастаться только потоплением "Ижоры". Более того, внезапное появление "Альбакоросов" и их последующая атака стали большой неожиданностью для немцев, и только искусное маневрирование кораблем Топпом отвело большую катастрофу.

В докладе Гитлеру Редер обратился с просьбой о двух вещах: завершение строительства авианосца "Граф Цеппелин", который находился в забвении в доках Гдыни, и переводе в Северную Норвегию самолетов-разведчиков и бомбардировщиков для поиска и нападение на английские боевые корабли, охраняющие конвои в Россию.

Гитлер согласился на обе просьбы. Позднее приказ о "Графе Цеппелин" был отменен, когда выяснилось, что он не сможет принимать участия в военных операциях ещё два года, но группа самолетов-разведчиков дальнего действия и две эскадрильи торпедоносцев были направлены на аэродромы северной Норвегии.

Однако Гитлер сделал следующую оговорку. Из-за присутствия английских военно-воздушных сил, базирующихся на авианосцах, Тирпицу не следовало далее рисковать длительными выходами в открытое море; его ценность состояла в факте присутствия, постоянной угрозы союзникам.

Он заявил Редеру, что с этого момента он не даст согласия Тирпицу атаковать русские конвои, если только не будут обнаружены и нейтрализованы сопровождающие их авианосцы. Этой директивой Гитлер обрекал Тирпиц корабль, получивший свое имя в честь основателя немецкого флота дальнего радиуса действия, - на неподвижное прозябание в норвежских фьордах.

Если бы английское адмиралтейство знало об этой директиве Гитлера, такая информация избавила бы его от многих хлопот. Правда, перехваты "Ультра" спасли конвой и почти приблизили англичан к нанесению повреждений, или даже к уничтожению Тирпица, однако на такой поворот судьбы нельзя было полагаться все время.

Несмотря на всю ценность информации "Ультра", Адмиралтейство редко знало со всей достоверностью, где находится или будет находиться Тирпиц. Оно могло лишь сказать (ввиду временной проволочки между перехватом и расшифровыванием), где он недавно был. В непогоду ничто не помешало бы ему прорваться незамеченным в Атлантику.

Это так беспокоило Первого лорда Адмиралтейства адмирала флота сэра Дадли Паунда, который так опасался за уязвимость конвоев, что представил Черчиллю меморандум об их временном прекращении в летние месяцы, когда стоят длинные дни. Однако Рузвельт убедил Черчилля не соглашаться на это, и предложил в помощь американский линкор и два крейсера.

В последующие месяцы началось то, что лучше всего было бы назвать "охотой на "Тирпица". При этом использовался самый широкий набор средств едва ли не все, что можно было придумать для борьбы с надежно упрятанным и "хорошо прикрытым" линкором, учитывая, что планы его использования командованием Кригсмарине и Гитлером были никому не известны. До тех пор, пока существовал в боеготовности "Тирпиц", пока существовала опасность, что британские, американские и советские корабли в любой момент превратятся в его добычу, должна была идти и шла охота на охотника. Можно сказать, это была длительная планомерная осада, в которой разведка и спецоперации сыграли важную роль.

Разведка.

В числе мер, которые в эти ранние месяцы 1942 года англичане могли предпринять и предприняли, было усиление наблюдения за линкором. Как только Тирпиц появился в Норвегии, стало жизненно важно иметь самую свежую информацию о его местонахождении, - хотя бы для того, чтобы иметь возможность собрать силы для атаки, в случае выхода корабля в море.

Да, стоявшие у входа в Тронхайм подлодки и самолеты-разведчики, которые летали над стоянкой, регулярно докладывали о состоянии дел. Но были, естественно, периоды, когда подлодки, отойдя на безопасное расстояние, выходили на поверхность для перезарядки батарей, а самолеты из-за плохой погоды не могли летать и, следовательно, не могли обнаружить корабль. Нужно было что-то еще.

...Именно поэтому храброго норвежца по имени лейтенант Бьерн Рерхолт вызвали на беседу в Адмиралтейство из Стенмора, где он помогал полякам сооружать миниатюрные передатчики.

Голубоглазый блондин с копной вьющихся волос, Рерхолт жил ранее в Осло, но изучал радиотехнику в Тронхаймском политехникуме. Когда немцы вторглись в Норвегию, он был кадетом военной академии. В первые дни оккупации Бьерн активно применял свои знания для доброго дела, посылая радиопередачи в Англию, но в сентябре 1941 года немцы запеленговали его; солдаты окружили дом, откуда он вел передачи. Отстреливаясь, Рерхолт бежал в Швецию, а затем переправился в Англию. Поскольку за его голову было назначено вознаграждение, то англичане согласились не посылать его во время войны в Норвегию. Он сам сказал, что не может гарантировать, что он выдержит пытки и не заговорит.

Однако исключительные события требовали принятия исключительных мер. Когда ему объяснили, что самым важным делом в настоящее время для флота является точная и регулярная информация и место нахождении Тирпица, он согласился вернуться в Тронхайм и организовать там агентурную сеть с передатчиком.

В конце января, покрасив в черный цвет свою шевелюру, он вылетел в Шетландию и там погрузился на рыбачье судно "Артур", которое вел знаменитый своей ролью в норвежском Сопротивлении шкипер Лайф Ларсен (который позднее в том же году принял ещё более активное участие в "охоте на Тирпица"). На борту было размещено три передатчика.

Ларсен высадил Рерхолта на одном из внешних островов на побережье Норвегии, откуда тот и прибыл в Тронхайм на борту обычного пассажирского парохода. Немецкий солдат даже помог ему поднести вещи при высадке, заметив, что чемодан пассажира очень тяжелый!

Рерхолт поселился временно у своего друга, затем отправился повидаться с другим старым приятелем, управляющим доками Биргером Гренном. У того уже была полезная информация об убежище Тирпица в Фоеттен фьорде, которую Рерхолт и передал в Лондон.

Рерхолт обсудил с Гренном места наилучшего размещения трех передатчиков. Было решено, что один будет в городе, один - в Фоеттен фьорде и один в Агденесе, прямо у входа в Тронхайм.

"Я знаю хорошего человека в Агденесе, - заметил Гренн, - Его зовут Магн Хассель.. Я знаю его брата Арна, и он нам поможет. Но есть одна закавыка. Его дом, окна которого выходят на фьорд, расположен в объявленной запретной военной зоне."

Это не остановило Рерхолта. Получив временную работу страхового агентства фирмы Тобиаса Лунда, он упаковал в передатчик в дешевый фанерный чемодан с документами страховки и одеждой. Приехав в Агденес, он отправился в морское караульное помещение.