Чтение онлайн

Пять участников операции были награждены Крестом Виктории.

Реальные итоги.

Крупнейший док на французском побережье был выведен из строя до конца войны. Теперь Тирпиц даже теоретически не мог им воспользоваться; о том, что он и не должен был использоваться для рейдовых операций вне североатлантического ТВД, англичане, естественно, не знали. Но у рейда оказались и иные последствия. Редер в докладе Гитлеру акцентировал на том, что все произошло исключительно по вине Люфтваффе - большой тихоходный отряд просто не имели права не заметить ещё в Бискайском заливе, вдали от берега, будь организована нормальная авиационная патрульная служба.

Кроме того, десант, с точки зрения Редера, прояснил общую слабость обороны атлантического побережья; фюрер согласился с доводами Редера и с того времени все больше усилий стало уделяться созданию "атлантического вала". В конечном итоге, как показала массированная высадка в Нормандии в 1944 году, он не стал непреодолимо-мощным, но крови союзникам пришлось пролить немало.

Действия непосредственно против линкора.

Самым быстрым и "реальным" средством выведения линкора из строя в условиях хорошо защищенной стоянки было, несомненно, нападение с воздуха. Через две недели после появления Тирпица в Норвегии созрел план воздушного рейда на Фоеттен фьорд. Предполагалось атаковать эскадрой в шестнадцать бомбардировщиков.

Однако рейд несколько раз отменяли из-за нелетной погоды. Только спустя два месяца, в ночь с 30 на 31 марта, состоялся рейд - по-настоящему массированный, в нем принимала участие эскадра из тридцати четырех "Галифаксов". Однако он не удался из-за сплошной дымовой завесы, которая была поставлена из канистр-дымогенераторов, расположенных по склонам фьорда, как только стало известно о появлении английской авиации. Сильным и хорошо организованным оказалось и зенитное противодействие. Скорострельные зенитные пушки, установленные в скалах вокруг фиорда, встретили армаду плотным эшелонированным огнем. Шесть бомбардировщиков не вернулись обратно и практически ни один не вышел из боя без пробоин и повреждений.

Следующая атака состоялась в ночь с 27 на 28 апреля, когда сначала 26 "Галифаксов" и 10 "Ланкастеров", а затем вторая волна из одиннадцати "Ланкастеров" сбрасывали бомбы и глубоководные мины, которые взрывались на глубине тридцать футов. Тактическое построение было таким: сначала на цель на большой высоте выходили "Ланкастеры"; их бомбы должны были подавить зенитный огонь береговых средств ПВОО и кораблей. Сброшенные с большой высоты наугад бомбы и глубинные мины накрывали площадь; предполагалось, что часть из них, не попав в акваторию, скатятся по крутым склонам фиорда. Второй волной должны пойти "Галифаксы" и произвести прицельное бомбометание с малой высоты (ниже стен ущелья-фиорда). Но бомбометание с "Ланкастеров" не заставило замолчать зенитки, мины, которые не попали в акваторию, застряли на склонах, а постановщики дымзавесы сработали оперативно: когда "Галифаксы" на высоте 50 - 60 метров понеслись над фиордом, внизу уже колыхалось непроницаемое облако. Дымовая завеса была столь эффективной, что самолеты не могли видеть своей цели - зато зенитчики видели, куда стрелять. Пять машин было сбито.

Пилот одного из сбитых самолетов Дональд Беннет, который потом стал вице-маршалом авиации и прославился в качестве военного историка-исследователя, рассказывал:

"В меня несколько раз попали, пока я ещё не добрался до берега, и в момент, когда я появился над Тирпицем, самолет представлял из себя летящий факел огня. Когда мы пролетали над кораблем, то я видел его торчащие из дыма мачты, затем левый борт с разворачивающимися орудиями. Мне удалось выбраться вовремя, и мой парашют раскрылся прямо перед тем, как я ударился о снег."

Беннету и его радисту удалось избежать немецких патрулей (они бежали по снежному бездорожью около пяти часов) и ночью пробраться в Швецию.

Членом экипажа другого сбитого самолета был задний стрелок "Галифакса" Рон Уилсон.

"Мы спустились до сорока футов, зенитный огонь обрушивался на нас со всех сторон. Я стрелял по скалам и судам, затем штурман крикнул, что под нами Тирпиц, и я неистово нажал на гашетки, осыпав его палубу от кормы до носа. Штурман прокричал, что в нас попали и мы постараемся перевалить через гору. Мы это сделали и приземлились на замерзшее озеро."

Следующей ночью двадцать три "Галифакса" и одиннадцать "Ланкастеров" повторили атаку, и опять неудачно...

На следующее утро Бьерн Рерхолт увидел из окна поезда, который шел по краю Фоеттен фьорда в Швецию, что и Тирпиц, и тяжелый крейсер "Хиппер", который прибыл неделю назад, выглядят неповрежденными. Через четыре часа он передал эту информацию со станции, на которой он сошел, чтобы пешком перейти в Швецию.

На какое-то время воздушные атаки на Тирпица прекратились. Немецкая оборона оказалась слишком сильной, а дымовая завеса - высокоэффективной. Было потеряно одиннадцать ценных бомбардировщиков, однако корабль не получил никаких повреждений. Необходимо было найти другой способ его уничтожения.

Набор средств, которыми в то время располагали союзники, был не слишком велик. Войти в фиорд обычная подводная лодка не могла: минные поля и противолодочные сети делали эту задачу просто невыполнимой. Наземная диверсионная операция была нереальной: зона вокруг фиорда хорошо охранялась, особенности местности (и отношение местного населения, среди которых были не только сторонники Сопротивления, но и Квислинга) исключали проникновение боевой группы со сколько-нибудь существенным количеством взрывчатки. Традиций камикадзе в английской и американской авиации не существовало, да и возможности "камикадзе" в условиях мощной и бдительной ПВО не так уж велики. Оставалось попробовать только скрытно проникнуть в фиорд с помощью особых средств, которые смогут "пройти" через сети и скрытно приблизиться к линкору.

Технические новшества.

В это время испытательную стадию проходило два новых подводных средства. Одним был так называемый "человек-торпеда" или "шерриот", которые итальянцы с успехом применили для атаки на британские линкоры "Куин Элизабет" и "Валиант" в Александрийской гавани в декабре 1941 года.

Итальянский "Шерриот" - это управляемая 21-дюймовая торпеда на электрическом ходу с 250-килограммовой боеголовкой. Ею управляли два человека, одетые в водолазные костюмы со специальными дыхательными аппаратами. Они сидели как бы "верхом" на торпеде: один впереди, управлял рулями и подводными крыльями, а второй "разбирался" с противолодочными сетями и прикреплял взрывную боеголовку к корпусу вражеского корабля. Электродвигатель позволял "шерриоту" развивать скорость до 3 узлов и обеспечивал движение на расстояние до 18 миль. Производство "шерриотов" по итальянскому образцу было организовано и в Германии, отряды подводных диверсантов появились в Кригсмарине уже при Денице.

Экспериментальный английский аналог итальянского "шерриота" был создан в апреле 1942 года. Испытания проходили в Шотландии под командованием капитана 3-го ранга Д. М. Слейдона, который в качестве командира "Трайдента" недавно торпедировал крейсер "Принц Ойген", и капитана 3-го ранга У. Р. Фелла.

Другим, более претенциозным проектом подводного боевого средства, стала карликовая подлодка, плод творения отставного подводника капитана 3-го ранга Кромвелла Варли.

В сущности, это обычная подводная лодка, но значительно меньше по размерам. Ее длина составляла всего 16 метров, наибольшие диаметр - чуть больше двух метров; достаточно прочный корпус позволял погружаться на глубину до 300 футов (90 метров). О сколь бы то ни было существенной автономности плавания не было и речи, лодка ("миджет") предназначалась исключительно для диверсионных операций. Вместо торпед она несла (в специальных контейнерах, прикрепленных снаружи к борам) два взрывные устройства, по две тонны "аматекса" в каждом; их предполагалось скрытно прикрепить к цели.