Чтение онлайн

Два внушительных бородача в ливреях охраняли парадный вход, венчанный красным крыльцом, у которого толпилась очередь из пролеток. В воздухе стоял гул голосов, шум, вызванный беспрерывным движением гостей.

Дамы в шикарных нарядах, кавалеры в цилиндрах и фраках. Я словно прибыла на бал-маскарад, темой которого заявлена мода прошлого столетия.

Стоило нам с Инессой Ивановной избавиться от верхней одежды, как нас тут же взяла в оборот солидная матрона. В пышном желтом платье, с объемным седым пучком на голове. Пылко обняв сначала тетушку, затем меня, она сообщила что «несказанно рада видеть» и, без всякого представления, повела в танцевальный зал.

— Марья Саввишна, — одними губами прошептала Инесса Ивановна, прежде чем взять меня под руку. — Она еще не знает о твоей амнeзии, девочка моя, но я всенепременно извещу.

Было бы неплохо. И не только ее одну. А то неудобно как-то. Стоит повернуть голову, всюду улыбки, слова приветствия, будто доброй знакомой. Не ровен час, остановят поболтать, а я даже имен не знаю.

Подав знак официанту, хозяйка вечера дождалась, когда он подойдет к нам с тремя бокалами игристого. И только затем начала беседу.

— Инесса Ивановна, вы не представляете как я устала, — зачастила она, обмахивая себя рукой. — Пришлось лично выписать сотню приглашений… В дворянское собрание, в благотворительное общество поддержки искусства, в охотничий клуб Михаила Афанасьевича…

Тетушка одарила ее милой улыбкой.

— Марья Саввишна, голубушка, я более чем уверена, о вашем приеме напишут все газеты. А о чем не напишут, разнесет молва.

— Вашими бы устами, Инессушка… — всплеснув руками, она перевела на меня умилительный взгляд. — Сонечка, наслышана о твоей помолвке с графом Бабишевым. Сереженьку я уже поздравила. Прошу и ты прими мои самые сердечные поздравления.

— Благодарю, — кивнула я, спрятав взгляд за стеклянным фужером.

Черт, как-то не подумала я, что Сергей со своим семейством может быть среди приглашенных. И разминуться вряд ли удастся. Зал один. Все у всех на виду.

А Мария Саввишна, меж тем, продолжала:

— Лучшей партии во всем Китеже не сыскать. Любая была бы счастлива оказаться на твоем месте.

Пока я прикидывала, надо ли на это что-то отвечать, к нам подошел грузный мужчина, в парадном офицерском костюме и с бокалом в руке. Оплывшее лицо доверия не вызывало. Усы уныло свисали до самого подбородка. Проплешины на сияющем лбу.

— Марья, прикажи Павлуше запереть комнаты на втором этаже. Шастают всякие…

Похоже, тот самый любящий сходить налево генерал, который, чувствуя себя полновластным хозяином, даже не попытался приглушить голос. А вот его жена от такой бестактности смутилась и заметно покраснела.

— Конечно, Мишенька. Сей момент, — кивнув нам, она поспешила удалиться.

Тетушка не стала затевать вежливый разговор. Молча покачиваясь под легкую музыку, она разглядывала присутствующих. А мужчина продолжал попивать шампанское, делая вид, словно никого рядом нет.

— Не любите гостей? — вопрос сорвался с моих губ прежде, чем я осознала, кому, собственно, его задаю. Впрочем, в отличие от тетушки, чьи брови от неожиданности оказались на лбу, Матюшкин своими даже не повел.

— Было бы за что их любить, — лихо подкрутил он ус и прошелся по мне оценивающим взглядом. — Припрутся, натопчут, а наутро глядь, серебро столовое кто-то спер.

Н-да, и не поспорить.

Не настроенный на светскую беседу генерал махом допил шампанское. Громко рыгнул, не стесняясь дам. Вытер рукавом пшеничные усы. И, не попрощавшись, ушел охотиться на официантов с полными фужерами.

Плавная мелодия сменилось яркой, быстрой. Тетушку пригласил на танец немолодой, рыжеволосый кавалер. Привидение, зависнув под потолком, заунывно подвывало в такт музыке. Одна я протирала спиной мраморную колонну, думая о том, что надо срочно что-то делать.

Стоянием на месте внимание неизвестной дамы мне не привлечь. И медлить нельзя, вдруг гости начнут расходиться? Тем более, что начали разносить закуску из тех самых лобстеров, о которых говорила Глаша. Только аппетита они во мне не возбуждали. А раздававшиеся вокруг причмокивающие звуки вызывали откровенное раздражение.

Оно и к лучшему. Для сытого желудка, как любил повторять мой дед, работа — досадная помеха. А ведь я сюда не развлекаться приехала. Надо бы прогуляться по залу.

Не успела я сделать и шагу, как за спиной раздалось деликатное покашливание. Пришлось обернуться.

Бабишев.

Черный фрак ладно сидел на подтянутой фигуре. Светлые волосы в художественном беспорядке. В глазах удивления. Хотя, с чего бы?

— Софья Алексеевна, какое счастье вас видеть.

— Взаимно, Сергей Данилович, — изобразила я радостную улыбку. — Ваша маменька тоже где-то тут?

— Мы прибыли раздельно. Последний раз, когда я ее видел, они с Марьей Саввишной обсуждали погоду.

— Погода нынче отвратная, — поделись я честным мнением.

— Не могу не согласиться, — усмехнулся он и протянул мне руку. — Милая Софья Алексеевна, позвольте пригласить вас на танец?

Признаться, этого я не ожидала. Нет, не самого приглашения — все же мы на приеме — а факта, что придется согласиться. И мне придется, судя по настойчивому взгляду светло-карих глаз.

— Почту за честь, — после минутного замешательства выдавила я. — Но предупреждаю — я, может, и двигаюсь, как грациозная лань, но танцую как подстреленная слониха.

Запрокинув голову, Сергей расхохотался, чем привлек к нам внимание стоявших неподалеку гостей.

— Зря вы воспринимаете это как шутку, ваше сиятельство, — покачала я головой, когда меня закружили в вихре бесчисленных платьев. — У меня с рождения обе ноги левые.

— Вы так прекрасны, Софья Алексеевна, что это скорее изюминка, а не недостаток.

Щеки на мгновение обожгло огнем. Все же я живая женщина. А он мужчина. Пусть и неисправимый льстец.

Надо отдать ему должное, Бабишев серьезно отнесся к моим словам о неповоротливости. А потому легко кружил по залу, почти не давая коснуться пола. Ну или не желал, чтобы ему отдавили ноги. Что тоже вполне весомая причина.

Его ловкость вызывала восхищение. Кто-то в столице явно не штаны просиживал. Но как я не пыталась настроиться на романтический лад, чуда не случилось.

Впрочем, за последние дни я успела остаться в живых после смертельного ранения, переместиться во времени, познакомится с призраком… По всему выходило, лимит чудес на этом исчерпан.

— Спасибо за цветы, — выдохнула я на одном из менее крутых поворотов.

— Так жаль, что не смог вручить их вам лично в руки.

— Увы, я была занята.