Чтение онлайн

Егор напоминал точно такую же курицу, только уже полысевшую и чуть крупнее в размерах. Младший сын Фильченко сидел неподвижно, уставившись куда-то за спину Илье, отчего Лунину хотелось обернуться и посмотреть, что же там, у него за спиной может скрываться.

– Ну, я пойду? – осведомился у Лунина сержант.

Илья коротко кивнул и, отложив ненужную ему папку на стоящий рядом с креслом столик, как и лестница, поблескивающий стеклом и сталью, оглядел присутствующих.

– Спасибо, что все так быстро собрались, – Лунин подумал, что возможно, проявленная им вежливость хоть немного расположит к нему находящихся в комнате людей.

– Не все, – резкий, недовольный голос принадлежал Оксане, – вы забыли послать за Яной. Если не ошибаюсь, она лежит во дворе попой кверху. В шезлонге, у бассейна.

– Я ее уже видел, – благодушно отозвался Илья и на всякий случай уточнил. – Яну. Так что, в ее присутствии сейчас нет никакой необходимости.

– Вот сучка, и здесь первая проскочила, – недовольно повел плечами Владимир.

– Вы не правы, – Лунин постарался ответить как можно мягче, хотя его и покоробил тон старшего сына Фильченко, – первыми, с кем я побеседовал, были Красильниковы. Да и вообще, мы собрались здесь все вместе совсем ненадолго. Только для того, чтобы я мог сразу всем представиться. Лунин Илья Олегович, следователь. Буду вести, точнее уже веду дело об убийстве Игоря Владимировича. Скажу вам честно, – Илья задумчиво потер левую бровь, словно сомневаясь в том, что сейчас подходящее время для честности, – у меня жутко болит голова. Дело в том, что вчера у меня был день рождения.

– Искренне поздравляем, – саркастически прокомментировала Наташа.

– Спасибо, – кивнул ей Илья. – Так вот, мне кажется, что после всего произошедшего вчера и вы все не так уж хорошо себя чувствуете.

Дружное молчание было ему ответом.

– Поэтому, я был бы очень признателен, если один из присутствующих, или не один, – поправился Лунин, – прямо сейчас признается в убийстве Игоря Владимировича. Это сэкономит всем нам время. Ну и опять же, явка с повинной учитывается судом при вынесении приговора.

– Это вы сейчас так шутите? – задал вопрос до этого молчавший Андрей.

– Вовсе нет, – покачал головой Лунин. – А что, разве вы сами не считаете, что убийца Игоря Владимировича сейчас находится, если уж не в этой комнате, то во всяком случае на территории усадьбы?

Потерев еще раз бровь, теперь правую, Илья повернул голову к Оксане.

– Усадьба – это ведь подходящее слово? Еще, кажется, бывает поместье, но я не уверен, что в данном случае это слово будет уместно.

Старшая дочь Фильченко в ответ лишь фыркнула и демонстративно отвернула голову.

– Вот именно, на территории, – выкрикнула Наташа, – это как раз та самая попа, которую вы успели опросить. Теперь только осталось надеть на нее наручники и отправить, куда там у вас отправляют.

– По этапу, – усмехнулся Владимир. – Натусик, мы ведь Яночку все здесь обожаем, но это не значит, что надо торопиться делать выводы или торопить, – он перевел взгляд на Лунина, – господина следователя. Мне кажется, мотивы могли быть не только у нее.

– Может быть, ты тогда начнешь с себя, – тут же вспыхнул в ответ Егор, – со своих мотивов?

– Я сейчас с тебя начну, – Владимир оттолкнулся от колонны и стиснул массивные кулаки.

– На этом общую часть собрания будем считать закрытым, – Илья запоздало подумал, что надо было не отпускать сержанта. – Сейчас я побеседую с каждым из вас в отдельности, и вам предоставится возможность высказать любые свои соображения. Здесь есть какое-нибудь помещение поменьше размером?

– Пойдемте, – вскочил на ноги, все еще кипящий от возмущения Егор, – здесь на первом этаже есть рабочий кабинет. Там удобно общаться тет-а-тет.

– Кабинет? – удивился Лунин, выбираясь из кресла. – Я думал, кабинет находится на втором этаже, там, где произошло преступление.

– Наверху кабинет отца, а здесь внизу рабочий, – не очень понятно объяснил, Егор, открывая дверь из матового непрозрачного стекла.

«Слишком много стекла,» – неодобрительно подумал Илья, проходя в комнату вслед за Егором. Каплевидной формы стеклянный стол занимал добрую треть небольшого помещения, к стенам которого хромированными держателями были закреплены такие же, из темного, дымчатого стекла, полки. К счастью Лунина, кресла оказались самыми обыкновенными. Точнее это были очень хорошие кресла, обтянутые светлой, молочного оттенка кожей, с множеством рычажков, позволяющих привести спинку, сиденье и подлокотники в самое удобное положение. Обыкновенность их заключалась лишь в том, что они были сделаны не из стекла.

– Я думаю, вам удобно будет расположиться за столом, – молодой человек сделал приглашающее движение рукой, – соответственно все остальные будут по очереди занимать кресло для посетителей.

– Логично, – согласился Лунин и, осторожно обогнув стеклянную каплю, устроился за письменным столом. – Не разбить бы здесь ничего.

– Не бойтесь, стекло каленое, – усмехнулся Егор. – Мне кажется, такая реакция у всех, кто в этот дом первый раз попадает. Отцу так нравилось делать все из стекла, что его в доме явный переизбыток. Это у него с давних лет. Я помню еще был маленьким, он тогда работал главным инженером на стекольном заводе. Так вот он домой регулярно какие-нибудь безделушки из стекла приносил. Потом, когда появились другие возможности, стали появляться безделушки покрупнее, – Егор хлопнул рукой по темному стеклу столешницы. – Удивительно, как он весь дом из стекла не отстроил.

– Интересно, ваш отец работал на стекольном заводе, а в итоге начал курировать строительство дорог в области. Несколько странно, вам не кажется?

– Неисповедимы пути карьерного роста, – добродушно улыбнулся в ответ Егор, – вот я недавно в новостях видел, бывшего начальника отдела полиции назначили директором городского рынка. Вот это странно! Или он в полиции тоже чем-то приторговывал, опыта набирался?

Лунин многозначительно вздохнул, как предпочитал делать всегда в тех случаях, когда ответа на вопрос у него не находилось.

– А отец, с ним как раз все просто, – продолжил между тем Егор, – после того как он главным инженером несколько лет отработал, его повысили, поставили директором на том же заводе. Так что он и по финансовой части опыта поднабрался. А дороги строить ведь дело нехитрое, там всего две вещи надо контролировать – чтобы технологию более-менее соблюдали и чтоб воровали поменьше.

– Поменьше? – Лунин удивленно нахмурился.

– Поменьше, – все с той же добродушной улыбкой объяснил Егор. – Совсем ведь не воровать у нас не могут, так что у каждой должности есть свой предел, внутри которого он может отщипнуть кусочек. Если каждый через свой предел не перешагнет, то все будет нормально. И объект сдадут, и люди довольны останутся.

– Интересная логика. И какой же предел был у Игоря Владимировича?

– Может какой-то и был, – равнодушно пожал плечами Егор, – только это вам не у меня спрашивать надо.

– А кого же? – заинтересовался Лунин.

– Не знаю, может у Юревича. Все же отец у него заместителем работал. Хотя, мне кажется, отец за вечер в пул больше денег делал, чем на службе за год.

– Во что? – не сразу понял смысл сказанных слов Илья.

– В пул, в бильярд. Вы про «Ветеранскую лигу» слышали?