Чтение онлайн

— Красиво. Добротно. Хорошо. И что мы будем делать со всем этим изобилием?

— Ты — босс, тебе и решать. Аня остановила фургон.

— Пора. Моя машина на стоянке, за сквериком.

Это был довольно новый «форд». Девушка устроилась за рулем.

— Пристегнись, пожалуйста.

Автомобиль тронул с места.

— Итак? — спросил Гринев.

— Я работаю в частной охранной фирме. В Соединенных Штатах.

— Мордоворотом? Или — «атлеткой»?

— Это одна из самых престижных и самых дорогих частных охранных фирм.

Работает с 1892 года.

— На ЦРУ?

Аня одарила Гринева соответствующим взглядом:

— Шпионов опасаешься?

— Опасаюсь. Только вас теперь мне и не хватало.

— Я же сказала — фирма работает с конца позапрошлого века. Не было тогда никакого ЦРУ. И это в России — все охранные предприятия или бандитские, или «дочерние» — от спецслужб. В Штатах главное — незапятнанная репутация.

— У частных детективов такая бывает?

— Бывает. — Аня помолчала, добавила:

— В книжках.

— И как ты туда угодила?

— После колледжа. Я в нем увлекалась айкидо и стрельбой из пневматического пистолета. А потом решила жить самостоятельно.

— Ты американка?

— Да.

Олег покачал головой:

— Красивый переход от босоногого расейского детдомовского детства. Просто Голливуд какой-то. Хуже. «Мыло» с сиропом.

— Я не врала. И сейчас не вру. Когда мне было тринадцать, я с группой детей оказалась в Австралии. У тамошних скаутов была программа помощи детям-сиротам. Вот нас и вывезли — на оздоровление. Мы прожили там в семьях почти месяц. А потом та семья, в которой я жила, решила меня удочерить.

— Почти сказка.

— Австралия и сама — как сказка. И люди там очень-очень добрые. Раньше я не знала, что такие вообще бывают.

— Теперь узнала?

— Да. И ирония твоя — злая.

— А в Штатах как оказалась?

— Колина — моего приемного отца, он работал в австралийском филиале «Форд моторе», повысили, и мы переехали в Детройт.

— С ним вдвоем?

— Нет. Семьей. Его жена, Элизабет, и двое мальчиков, Том и Дэвид. А из Детройта перебрались уже в Калифорнию.

— Голливуд поманил?

— Да. Только не меня и не Колина. Маму Элли. Она писала новеллы в журналы, а потом одну из ее историй взяли в основу фильма. И она стала работать в сценарной группе.

— А как же призвание Колина?

— Ты думаешь, в Калифорнии нет работы для менеджера с хорошими рекомендациями? Понятно, из Детройта он уехал скрепя сердце, он машины любит так, как у нас родители детей не любят, но... Мне кажется, в Калифорнии он стал даже счастливее. И у него теперь свой бизнес: старые автомобили. Он их разыскивает по всему миру, восстанавливает, продает. В коллекции. Это во-первых. А во-вторых, в Детройте дождливо. А в Калифорнии — много солнца.

Почти как в Австралии. Вот только океан ледяной.

— Похоже, ты их любишь.

— Приемных родителей? Да. Люблю. Они очень добрые. И совсем не деловые.

Скорее безалаберные. Но очень талантливые. И Том с Дэвидом — тоже очень талантливые мальчишки. Они младше меня.

— Как ты все-таки попала в охранную фирму?

— Стала взрослой. Решила поменять жизнь. И уехала на Восток. В Нью-Йорк.

Мне казалось, что я умею сочинять, как мама Элли.

— И — что?

— Сочиняла я жутко. И мне это быстро дали понять. Потом — выучилась на секретаршу. Проработала даже с месяц. Потом — поступила в Армию спасения при какой-то христианской миссии. Потом едва не вышла замуж за миллионера.

— Старого?

— О нет. Молодого и спортивного. Но очень скучного. Зато — он познакомил меня с Дональдом. У него я и стала работать.

— Дональд?..

— Директор и совладелец частной охранной фирмы. Кинозвезды, ненавязчивая охрана элитных тусовок, увеселений золотой молодежи, кастингов... «Мягкий стиль».

— Почему тебя взяли?

— Я красивая. У меня — отменная реакция. И еще я... резкая. Это все Дональд так определил.

— Как ты попала в Москву?

— Меня наняли. Тебя охранять.

— Именно меня?

— Именно.

— И ты сразу согласилась?

— Гринев, знаешь, сколько получает охранник даже в нашей фирме?

— Зачем мне?

— Если просто — миллионером с этого не стать. А за твою охрану предложили тысячу долларов. В час.

— Сколько?

— Двадцать четыре тысячи в сутки.

— Какой я дорогой...

— Без учета накладных расходов.

— Кто поручил меня охранять?

— Не знаю. Клиент почел за благо остаться неизвестным.

— И вы не пытались прояснить?

— Олег... Когда столько платят... Нет, Дональд даже отговаривал меня от поездки в дикую Россию, говорил что-то о русской мафии... Словно я в Америку с Луны свалилась, а не выросла здесь! Но и отговарил он... очень неуверенно.

Агентство получает двадцать процентов моего гонорара. Да и я, признаюсь честно, так много никогда еще не зарабатывала.

Олег усмехнулся невесело. «Все хорошо, прекрасная маркиза...»

— Борзов об этом знал?

— Естественно, нет. Меня подвели очень грамотно.

— Извини, Аня... А то, что было с нами...

— Нет. Это в условия контракта не входило.

— Просто ты хотела лично узнать клиента...

— Руки на руле, а то бы получил. Все, что я тебе говорила ночью, — правда.

Олег молча смотрел в ветровое стекло. Скривил губы в усмешке, произнес грустно:

— И что это меняет?

— Все.

Обиталище, в какое привезла Гринева Аня, было похоже на любую меблированную, но нежилую квартиру. Все есть — и нет чего-то очень важного, что именуется уютом и создается лишь руками любимой и любящей женщины.

Аня быстро сварила кофе, Олег безразлично выпил чашку, упал в кресло, уставился в телевизор, щелкнул пультом. Самое странное, что события сегодняшнего утра не оставили в его душе ни смятения, ни испуга. Словно все, что произошло, происходило не с ним и совершенно его не касалось. Как и раньше, когда он узнал о смерти Марка Розена и Марины, как и потом, когда Валентин Сергеевич Савин опустил веки и удавка стянула горло, ни потом, когда Савин ткнулся лицом в стол и по его гладкой поверхности медленно разливалась черная сукровица...