Чтение онлайн

– Что ты несёшь, остолоп? – заорала дама, наливаясь багрянцем не хуже мужа. – Какие ещё приметы, какие волосы-ногти-пятна! Они все на одно лицо, пока не вырастут – лысые, гладкие и орущие!

Стражники весело заржали – даже они, заглядывая иногда в коляску гуляющей Джурайи, могли дать более точное описание Ягодки. Лик с Джурайей переглянулись и пожали плечами.

– Я всё поняла, – резко казала девушка, – никакие вы не бабушка с дедушкой, а проклятые мошенники, которые детками беззащитными торгуют. Вы мою доченьку в глаза никогда не видели, иначе бы много чего рассказать могли. Пошли вон! Сами развернётесь, или помочь? – глаза разъярённой девушки сверкали уже не просто гневом, а в самом прямом смысле этого слова сыпали искрами.

– Да у на от самого короля грамота – вот, смотри, деревенщина! – толстый господинчик выудил из-за пазухи свиток и, развернув его трясущимися потными пальцами, ткнул им в лицо Джурайи. Свиток вспыхнул и осыпался пеплом.

– Вертела я вашего короля и вас вместе с ним на дворцовом флигеле! – проорала Джурайя, поднимая истекающие бело-голубым пламенем руки. – Ребенка получите только через мой труп, а мой труп вы увидите только с того света! – она уже была готова нарезать наглую парочку в мелкий кубик – появилось в её арсенале новенькое заклинание, выглядевшее со стороны как светящаяся сетка и резавшее любое препятствие в зависимости от настроения самой Джурайи на брусочки квадратного сечения различной величины – от спичечной головки до локтя по ребру.

– Дочка, иди, ребёнок плачет, – дёрнул её за рукав всполошившийся Лик – как не противны были ему эти прогнившие господа, а их смерть потянула бы за собой кучу неприятностей. Джурайя, услышав про плачущего ребёнка, моментально перестала светиться, сорвалась с места и исчезла в глубине замка. Чета Ап Нарр в ужасе наблюдала, как на них надвигается толпа стражей, нехорошо щуря глаза и потирая руки…

– Я боюсь, дядя Кор… – Элия сидела на подоконнике, горестно сдвинув бровки и всё её лицо выражало отчаяние. – Я ведь сначала не боялась, что Адрис стал некромантии учиться… Он ведь добрый такой, ну какой из него некромант?! Только и может, что у таракана жизнь отнять… И с занятий он такой приходил… зелёный… Я ждала, ждала, когда он уже забросит эту ерунду, а сегодня… сегодня он такой довольный из портала вывалился… Глаза горят! Дядя, ему понравилось!!! Он чью-то жизнь сумел отнять – и ему понравилось! Я даже боюсь подумать, чью…

– Не нужно бояться того, чего не знаешь! – назидательно поднял палец Корнелиус. – Сегодня он не отнял жизнь, а вернул её… При помощи некромантии. – Первым делом Адрис посетил именно Корнелиуса, и он провёл долгие часы, размышляя, как такое вообще могло произойти. И вот теперь, когда он рассказывал о происшествии в некролаборатории Эльке, он уже успел прийти к кое-каким выводам… Лицо нечастной девушки менялоь от трагического до недоверчивого, потом до изумлённого а в конце и вовсе светилось восторгом. – Видишь ли, некроманты, работая только с живой энергией, силой жизни, праной, как они её называют, забирая её из живого существа, чувствуют необыкновенный подъём, получают огромное удовольствие – а кто стал некромантом по собственному желанию? Изначально испорченный, эгоистичный и эгоцентричный человек. Ни одному некроманту прошлого и в голову бы не пришло вернуть своей жертве боль и страх в виде чистой исцеляющей силы, да ещё и своей поделиться по открытому каналу. Адрис был рад, просто счастлив от того, что в случае необходимости он может не только убить своего врага, но и, если уж с тобой и случиться беда, он всегда сможет теперь спасти тебя сам. Пускай и ценой своей жизни…

– Как? Почему – ценой своей жизни? – побледнела Элия.

– Да потому, что исцеление всегда требует много сил от мага. А если маг не может использовать силу земли, приходится отдавать свою. Он просто откроет канал и вольёт в тебя всю свою жизнь – во имя спасения. А ты ему помочь уже не сможешь…

По красивому лицу девушки покатились крупные слёзы.

– И что мне теперь делать? – беспомощно пролепетала она.

– Просто постарайся не влипать в истории, а в случае опасности не проявляй героизм. Помни – спасая себя, ты спасаешь жизнь родного человека…

– Веллер! – зычный голос Корбина разнесся по коридору в крыле наставников. – Веллер, ПрОклятый тебя задери! Где ты, мать твою налево и пополам через семь гробов подземным богам на лысину…

Одна из дверей открылась, но вместо Веллера оттуда высунулась та самая баба, которую Джурайя притащила с собой для ухода за младенцем. Корбин ее на дух не переносил, но вынужден был терпеть – все из-за той же Джурайи, которая отстаивала няньку с достойным лучшего применения упорством. Нянька, кстати, мозгами не блистала, иначе давно бы поняла, кто тут главный и кого не стоит лишний раз нервировать. Однако, за этот месяц она, видимо, успокоилась, прижилась и стала уверена, что ей все сойдет с рук. Вот и сейчас она, вместо того, чтобы испуганно юркнуть обратно, уперла руки в бока и возмущенно заквохтала:

– Что разорался, ирод? Ребенка разбудил, добрым людям отдыхать мешаешь… Ой!

Донесшийся из комнаты Джурайи рев подтвердил, что в отношении ребенка она права, однако это ее не спасло. Моментально (что с ним в последнее время случалось частенько) впавший в гнев Корбин врезал по ней воздушным кулаком. Правда, женщина, демонстрируя отменную реакцию, успела отпрыгнуть, прикрывшись дверью, но второй удар пришелся как раз в дверь. Дверь, естественно, устояла (ну, не такой же дурак граф, чтобы собственный замок разносить), но захлопнулась, приложив скандальную бабу по лбу и забросив ее в комнату. Корбин подошел, распахнул дверь, посмотрел на сидящую женщину, зажимающую рукой лоб. Судя по всему, шишка на лбу ожидалась знатная – во всяком случае, она уже была вполне заметна. Корбин мрачно посмотрел на счастливую обладательницу свежего украшения, потом перевел взгляд на дико орущего ребенка. М-да, судя по всему, с легкими у младенца проблем не ожидалось – орала девочка так, что резало уши. Граф скривился:

– Уйми ребенка, дура. И если еще раз осмелишься тявкнуть, то все, что от тебя останется, сметут метелочкой в совочек и выкинут в выгребную яму. И никакая Джурайя тебе не поможет – разве что цветы принесет… к сортиру. Я понятно объясняю?

Женщина испуганно закивала и задергала ногами, тщетно пытаясь забиться в угол, чтобы стать там максимально незаметной. Корбин сплюнул, вышел в коридор и, захлопнув дверь, снова заорал:

– Веллер! Веллер, едрит твою…

На сей раз, когда очередная дверей открылась, перед Корбином предстал Веллер – всклоченный, заспанный, в одной нижней рубахе и тапках на босу ногу. Похоже, рев Корбина вытряхнул его из кровати. Хотя при чем здесь кровать, если время еще три часа всего.

– Что случилось, командир?

– Дрыхнешь, мерзавец?

Корбин уже немного отошел от гнева, вызванного неумной бабой, и теперь говорил практически спокойно. Веллер, который отлично знал графа, прекрасно это почувствовал и потому не боялся.

– Отсыпаюсь после… А-ах… Бурной ночи.

Веллер зевал так заразительно, что графу и самому захотелось подремать часок-другой, но он моментально взял себя в руки и рявкнул:

– Одеться, умыться, привести себя в порядок. Через десять минут жду тебя в своем кабинете.

Ровно десять минут спустя Веллер, свежий, как будто и не спал, с иголочки одетый, вошел в дверь кабинета Самого Главного Начальника. Корбин с удовольствием посмотрел на него и довольно хмыкнул – все-таки учеба у него и служба сделали из Веллера человека. Как вспомнишь, каким раздолбаем он был при их первом знакомстве – так страшно становится, а сейчас – просто небо и земля. Одет аккуратно, сапоги начищены так, что в них вместо зеркала смотреться можно, меч на поясе – как влитой. Все строго по уставу, даже берет на голове заломлен строго до такого состояния, когда лихость достигла максимума, но еще не перешла в состояние наглости. Прямо смотреть приятно.

– Садись, – нарочито сурово буркнул граф. Сурово – это чтобы лишний раз не показывать подчиненному, что доволен, а то зазнается. – Кофе будешь?

– Так точно!

– Ладно, хорош орать. Кофе горячий, так что наливай да пей. И зажуй чем-нибудь, наверняка не поел, охламон.

Пока Веллер насыщался, Корбин стоял у окна и смотрел во двор. Там, на аккуратно очищенном от начинающего уже подтаивать под ярким солнцем снега пятачке, Джурайя проводила тренировку по рукопашному бою с женской группой. Гоняла их, стоит отдать должное, как сидоровых коз, и они, что удивительно, подчинялись, хотя визгу, как и положено бабам, было в избытке. Но, надо признать, кроме визга наблюдались и изрядные успехи девушек – за то недолгое время, которое Джурайя провела в замке, они изрядно продвинулись в подготовке. Как успел понять Корбин, она не пыталась их переучивать, неблагодарное это было занятие – просто адаптировала то, что они уже умели, под их физические возможности. Результат получался более чем хорошим – во всяком случае, теперь из девчонок явно получалось какое-то подобие боевых магов. Все-таки Джурайя была талантливым, хотя и неопытным педагогом.