Чтение онлайн

— А, вот оно что, а в газетах про вас столько всего пишут, что вы и убить можете.

— Врут газеты, не могу убить.

— А как вы знать можете, если припечёт, наверняка стрельнёте.

Повернулся я, глянул на него, простой такой работяга, это видно и рассуждает просто. Значит, обо мне в городе вот такая слава ходит, как он говорит.

— Стрелял я, да не попал, — говорю с улыбкой.

Тот совсем уже расслабился.

— Я тоже однажды стрелял и тоже не попал.

— В человека?

— Нет, в волка.

— Расскажи.

Тот довольный, видно история его уже для него, как любимая байка.

— Поехал к бате на Урал, ну он меня на охоту и потащил. А я в то охоте не в зуб ногой. Нет, ну знаю немного, батя подучил, а так… я лучше на рыбалку схожу. Сидишь себе, никуда ходить не надо, ноги топтать.

— Да, охота не для ленивых.

— Точно говоришь. Мой батя по тем лесам километры наматывает, чтобы пару уток подстрелить. Что за интерес. Ну вот, короче, пошли мы с ним и как-то так получилось, отстал я, зазевался. Мужики вперёд ушли, а я остался. Слышу сбоку, то ли показалось — шелест. Я конечно признаюсь, сдрейфил немного, к дереву прижался, по сторонам озираюсь, а потом так и пригвоздило меня к месту. Стоит неподалёку волк и смотрит на меня. Не скажу, что голодными глазами, но что-то подсказало мне, что он не прочь и покушать.

— Ну даёшь и ты что?

— Вспомнил, что у меня за спиной ружьё висит, а двинуться не могу. Пошевелится, не могу. Этот волчара меня взглядом своим, как к месту припечатал. Ну, тут я возьми и скажи этому зверюге — иди, иди, нет у меня ничего, пусто видишь в карманах и по карманам хлопаю. И что ты думаешь?

— Что?

— Волчишко развернулся и пошел от меня. Я конечно офигевший стою, ружьё хватаю, прицеливаюсь и стреляю. Само собой — мимо. Ну думаю, отлично я зверюгу напугал. Потом только понял, что позади меня, вдалеке, батя показался. Волк его увидел и пошел себе восвояси. Понял ты. Но я то по-другому всё рассудил. Увидел тот волк, что нечего с меня взять и ушел.

— Ему в твоих карманах шариться неинтересно было, хочешь сказать?

— Типа того.

— Правильно потому весть его интерес в твоей глотке заключался. Вот если бы он за горло тебя схватил вряд ли бы ты ушел тогда. Сытый волк следить за тобой не станет.

— Получается, папаня мой вовремя подоспел.

— Получается вовремя. Спас тебя отец от волка. Ты хоть спасибо ему сказал?

— Сказал. Мы потом весь вечер спасибкались за литрухой.

Доехали до города. Я сказал, остановить на оживлённой улице. Не покажу ведь куда конкретно меня везти. Такой сказочник быстро по городу растрезвонит, куда народного мстителя привёз. Ещё и показать пойдёт лично.

Попрощались.

— Смотри, — говорю, — больше с волками не встречайся, а то и злой может попасться.

— Ну уже всё. Тебе тоже удачи. По людям не стреляй.

— Не буду.

И я пошел по улице, в толпу.

— Не похищал?! — следователь удивлённо глянул мне в лицо, белёсые ресницы, словно солнце окаймили пронзительно голубые глаза.

— Нет, — отвечаю со стопроцентной уверенностью.

— Не заталкивал в машину? — усмехнулся и качнул головой.

— Сама села.

Странная, неприятная улыбка отразилась на его губах. Поймал.

— А камеры наблюдения говорят об обратном.

Небольшая светлая комната, стол и два стула, вот всё что здесь есть. Голые стены и прямоугольное зеркало. Слишком хорошо понимаю предназначение этого зеркала.

Интересно сколько людей наблюдают за мной в этот момент? Смотрят и оценивают, как бессовестно я вру, но надеюсь вполне уверенно.

— Ты в курсе, что за дачу ложных показаний…

— Вы мне, пожалуйста, не тыкайте, мы с вами на брудершафт не пили, — остановила его словесный поток.

Вижу, что удивляю его всё больше, но ещё вижу, он догадывается, со мной им будет нелегко.

— Так Вы, это понимаете? — демонстративно выделил и снова уставился своими нереально голубыми зрачками.

— Понимаю. Но я не лгу, — отвечаю уверенно.

Они у меня, где сядут, там и слезут.

И хоть весь наш разговор это — сплошные ловушки — от него, и глупое попадание в них — от меня, всё равно я стою на своём.

— Послушаете Лиза…

— Елизавета.

— Да, простите, Елизавета, так дело не пойдёт. В ваших словах нет никакой логики и мы обязательно докажем, что Андрей Волков взял вас с заложницы и держал несколько дней в изоляции.

— Можете придумывать что угодно, только я под этим не подпишусь, — бросила я и снова уткнулась взглядом в стену.

— Понятно, — выдохнул он, шумно встал и вышел.

А я сижу. Смотрю на часы. Интересно, на какой минуте за мной придёт адвокат или даже…

И вот, шум за дверью. Смотрю на часы, почти час они меня здесь мурыжат, долго же мой любимый папочка принимает меры.

Дверь распахнулась, на пороге отец. Строгое лицо. Строгий серый костюм. Иначе не бывает.

— Лиза, доченька, чего они от тебя хотят, ты всё рассказала?! — громогласно проговорил он тоном, каким обычно говорит свои речи в суде.

— Ничего она не сказала, — вошел за отцом следователь. — Вашу дочь не похищали и не брали в заложницы.

— Как это?

Отец перевел на меня вопросительный взгляд. Я его проигнорировала, встала и повернулась к следователю.

— Я могу идти? — спрашиваю.

— Да, вы свободны. Просьба не покидать город, вы можете ещё понадобиться, — сухо сказал он, наверняка досадуя, что так скоро меня забрали.

— Для чего, я всё сказала.

— Возможно, откроются новые подробности вашего похищения.

Я отвернулась и пошла к двери. Отец за мной.

— Так, не приставайте Вяземский, видите ребёнок в стрессе. Надеюсь, вы вежливо разговаривали? Я ещё посмотрю видеозапись допроса и если вы хоть на децибел повысили голос…

— Не повысил, — ответил следователь гордо, но рекомендую вам, посоветовать своей дочери рассказать правду, как всё было на самом деле.

— Хорошо, спасибо за совет. Лиза, мы уходим, — строго сказал папа.

Мы вышли в коридор. И я увидела Тимура. Он встал со скамьи и пошел к нам. Подошел. Обхватил меня, прижал к себе.

— Боже, наконец-то, как я волновался.

— Лиза, объясни мне что происходит? Почему этот следователь говорит, что ты не хочешь давать показания?

Отец сосредоточенно смотрит на дорогу, поворачивает руль. Мы с Тимуром на заднем сидении. Он обнимает меня, но впервые за много дней понимаю, что мне не приятны его объятья. И вообще, вся эта ситуация неприятна. Не хочу в ней быть.

— Лиза, пожалуйста, не молчи, — строгий тон отца ещё сильнее закрывает меня в себе, — Он запугал тебя? Этот похититель тебя запугал?