Чтение онлайн

Не хочется признаваться самому себе, но действительно так и есть.

Когда мы легли, я прижал Лизу и она сразу уснула у меня на плече. А я ещё долго смотрел в тёмный потолок и думал, как лучше поступить.

То что она нужна мне — это факт.

Придётся заставить её поработать.

Когда проснулся за окном наверное уже полдень. На кухне звуки и запах еды.

Я встал, обмотался пристанью и пошел из спальни, но у двери остановился… вся моя одежда сложена на стуле, абсолютно чистая. Приятно.

Я натянул трусы затем джинсы и футболку.

Поесть и валить отсюда, но сначала очертить круг задач.

— О, ты уже проснулся, — она глянула и продолжила что-то лепить.

— Пахнет вкусно.

Лиза очень красивая. Немного бледная. В цветастом халатике типа кимоно. С волосами прихваченными заколкой.

Даже не думал, что вот так просто и легко буду любоваться кем-то ещё кроме Саши. Прошло время и уже другая девушка будоражит моё сознание. Не знал, что это происходит так быстро. Нехорошо. Но делается это независимо от моего желания.

— Я сварила суп, сейчас будут котлетки. Вот салат.

Я подошел к Лизе сзади, посмотрел через плечо, как она лепит котлетки. Она повернула голову, заглянула в глаза.

— Ты голодный.

А в мозгу словно эхо слова Саши — Ты голодный?

Чёрт.

Я отошел и сел за стол.

— Очень голодный, — говорю и снова напряженно рассматриваю стройную фигуру.

Стройные, светлые ножки, розовые пяточки.

— Тогда я наливаю, — она вытянула из шкафа тарелку, открыла кастрюлю и налила ароматной жидкости.

Поставила передо мной. На вид прозрачный бульон с зеленью.

— А где картошка? Тут же одна вода, — говорю недовольно, но шутливо.

Лиза обернулась.

— Не нравится? — лицо серьёзное.

— Нравится, — я взял ложку и начал хлебать пустую жидкость.

Надеясь, хотя бы котлетами набью брюхо.

На вкус суп оказался, оказалось очень даже ничего. Гущи бы побольше.

— Что будем делать? — спросила она, накладывая на тарелку салата и несколько котлет.

— Не волнуйся, я сейчас уйду.

— Уйдёшь? — она беспокойно нахмурилась.

— Ты же понимаешь, я не могу здесь остаться. Это опасно для тебя. И для меня тоже…

— Но я хотела бы тебе помочь.

Вот это уже ближе к делу. Хочет помочь. Нужно пользоваться пока она этого сама хочет.

Я не предложу ей делать ничего незаконного, всё в рамках закона. Мне нужна её помощь. Хоть это и опасно, но выбора нет. В случае чего папаша её спасёт. На это и рассчитываю, когда собираюсь дать ей задание.

— Как ты можешь мне помочь? — закидываю удочку, чтобы определить действительно ли такое большое её желание.

— Скажи как и я всё сделаю, — говорит по-детски наивно.

— Это опасно Лиза. Да, не отрицаю, твоя помощь мне нужна, но это очень опасно.

— Я не боюсь.

Смелая. Я ещё тогда это понял. Дерзкая и смелая.

— Хорошо, я скажу, что нужно делать, — я наколол котлету, посмотрел, — кажется, она подгорела.

Полгода назад…

Три недели в больнице. Чуть не сдох. Или мне казалось, что сдыхаю.

Всё что копилось, набросилось враз. Все раны открылись телесные и душевные. Всё что могло быть, случилось.

Тогда я реально призывал к себе смерть. Ждал её каждый день. Особенно ночью. Избитое тело болело и выкручивало. Сломанный нос, лодыжка и запястье. Отбитая селезёнка. Потери незначительные по сравнению с тем, что я потерял жену.

Жить не хотел.

Угрюмое молчание пугало всех и врачей, и соседей по палате. Несколько раз ко мне присылали психолога и психиатра. Не знаю, что они там говорили врачам, плачет по мне психушка или нет, неинтересно. Чувствую, плачет.

Одно радует бездейственность моего положения. Абсолютная прострация. Во всём. Мыслей нет, движений, действий. Решений никаких. Равнодушие полное. В нём я завис на долгие три недели.

Однажды, это было уже на третей неделе, привезли мужика. Тоже, состояние его не вполне адекватное. Несёт какую-то пургу.

В тот день я как будто посмотрел на себя со стороны.

Человек страдал, не от ножевой раны, которую нанёс ему товарищ собутыльник, а от раны душевной. Жена ему изменяла вот с этим самым дружком, а тот за стаканом горькой проговорился нечаянно. Дальше, этот схватился за вилку, тому повезло ухватить нож.

Бытовуха чистой воды. И мужик обычный, подсобный работяга привыкший к стакану. А смотри как страдает. Жена его приходила, видел я, и описанию не поддаётся. Из той же серии странных людей. Страшнючая, как атомная война, а любит он её. Сильно любит.

Каждый вечер бесконечными разговорами, изливает этот мужик на мою голову, свою горькую любовь.

— Вот же сука. А я думаю, что это она губы начала красить. Я только за порог, а она типа выходная, три через три. Петруха видать сразу к ней туда и ломится. А она говорит — ну как не пустить, он же ломится. И главное, все про это знают, один я как тот осел. А мне ещё соседка намекала, типа рогатый, а я видать, туго догоняю.

Молчу, слушаю. Ему и переспрашивать не нужно. Сам рассказывает. Кажется, не было бы никого, самому бы себе рассказывал.

— Обидно, что я сам же ему своей рукой, водку наливал. Другом считал. А он на мою бабу полез, не побрезговал.

Он говорит, а я на себя перевожу. Та же тема у меня получается. Он как будто со стороны мне про меня рассказывает. И надо же, как мы попали двое, рядышком.

Этот мужик лучше всякого психотерапевта помог. Он даже не подозревал, что пока изливал мне свою непутёвую жизнь, вселял в меня цели намного более серьёзные.

Меня излечили физически. И морально я излечился благодаря обычному, выпивохе с его простыми жизненными рассуждениями. Раньше я так сложно всё расставлял. А теперь по полочкам разложил. Понятно.

Дома наметил план своих действий. Хотел восстановить себя в правах на проект.

Неделю ходил по инстанциям, по кабинетам.

К концу недели понял одну простую истину — деньги делают большие дела. Только не мои уже деньги. Стёпкины.

Ни одна падала не помогла мне. Все уже явно подмазаны бывшим другом и партнёром.