Чтение онлайн

— Господин Президент, — тихо говорит одна из них, склоняя голову, её руки легко касаются моего плеча.

— Расслабь меня, — приказываю я, не поворачиваясь.

Они начинают своё искусное представление: прикосновения их прохладных пальцев едва ощутимы, как шёпот. Одна из них мягко проводит пальцами по моей шее, вторая снимает мой официальный плащ, аккуратно откидывая его на спинку кресла. Их движения синхронны, как будто они одна сущность.

Но в голове у меня нет места для их изящных манипуляций. Я вижу их такими, какие они есть: созданные для удовольствия, ничем более. Кирены — инструмент, не люди. Они не способны мыслить о чём-то большем, чем то, для чего их создали. Секс, расслабление — их предел.

Я закрываю глаза, позволяя им продолжать. Но даже в этот момент мои мысли возвращаются к Тартессе, к Тарику и к землянам. Война ещё не началась, но я намерен закончить её прежде, чем кто-то узнает о ней.

Сколько времени я обдумывала слова своего друга, я даже и не скажу. Но, как результат моего мыслительного процесса это то, что я сейчас иду позади воина, пытаясь не утирать от запаха гнили, что распространяется на сотни километров вперед.

Мы на юге Тартессы. На кой черт я пошла с ним? Хм, даже я не отвечу себе. Однако, ведь враги должны быть даже ближе чем друзья, тогда у тебя всегда будет преимущество.

Рядом с нами еще парочка людей, Переса среди них нет. Если честно, это намеренная просьба от меня. Он должен контролировать происходящее в центре, потому как мы уже видели космолеты с медикаментами и прочим. Нужно понимать насколько этот спектакль правдив, и еще как надолго хватит этих усилий президента показать белым и пушистым…

— Боже! — слышу голос одного из наших: — Тут чье-то разлагающееся тело! — с отвращением, придерживая рот рукой ворчит он.

— Не обращайте внимания, — коротко командует Тарик так и не сбивая свой шаг ни на секунду.

Хм. А выдержка у него железная. Я еще даже не видела, чтобы он хотя бы раз поморщился…

— Нужен перевал, — озвучиваю всем, потому что силы на исходе, а идти нам еще целый день.

И то не факт, что до пункта назначения, о котором рассказали Тарику мы вообще дойдем.

— Айнея? Все в порядке? — Тарик резко останавливается, обращаясь ко мне.

— Не нужно делать из меня слабую овечку, — препираюсь в ответ, потому что ненавижу этот взгляд: — Если я женщина, это не значит, что я слаба.

— Я такого не говорил, — парирует текст же.

— А говорить и не нужно, достаточно глаз, — указываю рукой на его инопланетный взор.

Он усмехается, но кивает и тут же снимает с себя верхнюю часть своего инопланетного обмундирования. Парни тоже ищут на что бы присесть в этих развалюхах.

Мы топчемся уже пару часов по какой-то трухе из металла и камня, будто это разрушенные строения. Пытаюсь разглядеть и себе то ли металлический лист, то ли камень, чтобы присесть и незаметно достать из рюкзака свой перекус.

Я уверена, что у остальных там только средства для защиты или обитания, типа веревки, но никак не еда. Об этом тут думают в последнюю очередь. Но это логично, ведь я единственная, кому еда тут нужна, как воздух. И это создает для меня определенные трудности.

Оглядываюсь по сторонам, пытаясь понять что делает Тарик. Те, кто пошел от Переса тихо переговариваются, не обращая на меня внимания. А вот воин, он будто навострил все свои радары, потому что даже глаз не сводит.

Отворачиваюсь, пытаясь не нервничать и не психовать. Вокруг пустырь и нет ни единой даже полуразрушенной стены или чего-то такого.

Чертова Тартесса.

— Ты какая-то напряженная, Айнея, — подсказываю на месте, не заметив как бесшумно он оказался возле меня.

В его голосе отчетливо слышатся нотки иронии и это бесит еще больше.

— Слишком много мыслей обо мне, подумай о себе, воин, — озвучиваю так и не глядя на него.

Слышу его смешок, а затем он и вовсе садится рядом со мной.

Да уж, Айнея, приятного аппетита.

— С чего такая неприязнь? — вздернув бровь смотрит он на меня.

А я вот ни на один космический куид не поспорю на то, что он такой недалекий. Это снова эти хитросплетения игры… Как и было тогда. Нам говорили вам помогут, а по факту от нас избавлялись. Не гуманно и жестоко.

И пусть я пока на понимаю эту их новую игру, но я обязательно в этом разберусь и выведу на чистую воду этих убийц, что вершат судьбы по своей прихоти не только землян, но и сородичей, таких же инопланетян, как и они сами.

— А ты должен всем нравится, как ваша планета? — отвечаю наконец ему с усмешкой.

Он прищуривается, но отрицательно качает головой.

— Тогда не задавай вопросов, которые ставят под сомнение твой интеллект? — бросаю следом, и отворачиваюсь.

Тарик глухо посмеивается, а затем я вздрагиваю, когда его ледяная рука вдруг касается моей.

— Что ты делаешь?! — пытаюсь отдернуть, но он не дает.

— У тебя рана, — указывает на порез на моей одежде, а я неловко ерзаю на чертовом металле.

— Все в порядке, я сама… — снова прикладываю усилия, чтобы освободиться.

Но хватка этого монстра похлеще захвата любого мародера здесь.

— Позволь мне, — он снова заглядывает в глаза, и я будто вижу их свечение.

Как завороженная смотрю на него не в силах ни отвернуться, ни дернуться. Он не моргая смотрит в ответ, а затем я чувствую как руке становится теплее, и в какой-то момент даже расслабляюсь от ощущений. Я никогда такого не чувствовала. Будто тепло тебя обволакивает, давая возможность понежиться в ней, и ты в этой эйфории ощущаешь себя где-то в параллельной реальности.

— Что ты делаешь? — шепчу я, испытывая буквально целый спектр невозможных ощущений.

— Ты поцарапалась, когда проходила сквозь прутья часа три назад, — озвучивает он в ответ, а я буквально чувствую, как губы тянутся в блаженной улыбке.

Черт! Да что со мной происходит!

— Готово, — наконец, морок спадает и я разглядываю себя как впервые.

— Что это было?! — цежу сквозь зубы тут же доставая из ботинка крохотный нож и направляя его на это существо: — Отвечай!

Он поднимает руки вверх и загадочно улыбаясь встает с места и уходит туда, где сидел до этого.