Чтение онлайн

Он наклоняется ближе, его тёмные глаза цепляются за мой взгляд, словно надеясь удержать меня в этом зыбком убеждении. Я не знаю, пытается ли он убедить меня… или себя.

Я усмехаюсь — сухо, нервно, почти с горечью.

— В безопасности? — Голос предательски дрожит. — Ты и сам знаешь, что это не так.

Я сжимаю кулаки, пытаясь подавить панику, гнев, страх. Все чувства смешались в один сплошной ком в груди.

— Мой брат… Он умирает, Тарик. — Слова выходят глухо, давят на горло. — Если мы не достанем лекарства, он не доживет до следующей недели.

Я делаю шаг вперед, преодолевая невидимую черту между нами. Меня больше не сдерживает ни гордость, ни осторожность — только отчаяние.

Я хватаю его за руку, мои пальцы дрожат, но я не отпускаю.

— Пожалуйста. — Голос срывается на шёпот. — Я знаю, у тебя есть доступ к медицинским ресурсам. Мне не нужно много. Только одна упаковка. Он сможет продержаться еще несколько месяцев.

Тарик молчит, и этот миг — самый мучительный.

— Ты можешь это сделать, — продолжаю я, чувствуя, как в груди нарастает страх. — Ты можешь передать их через Переса.

Я смотрю в его глаза, выискивая хоть тень сомнения, хоть каплю сострадания. Мне нужно, чтобы он согласился. Мне нужно, чтобы он выбрал нас, а не свои принципы.

Потому что у меня больше нет вариантов.

Он медленно расслабляется, его руки неуверенно ложатся мне на спину. Я чувствую, как напряжение уходит из его мышц, но остается что-то другое — что-то, чего я не могу до конца понять.

— Ты даже не представляешь, что я для тебя сейчас делаю, — его голос глухой, почти потерянный в тишине между нами.

Я закрываю глаза, вдыхая знакомый запах его обмундирования, ощущая тепло тела сквозь очень плотную ткань. На секунду мне хочется поверить, что все действительно будет хорошо. Что мы справимся. Что мой брат выживет.

Но эта иллюзия разбивается о реальность, как стекло.

Я отстраняюсь первой, словно боюсь, что еще миг — и я не смогу разжать пальцы. Смотрю на него, пытаясь прочитать в его лице хоть что-то, кроме сурового выражения. Но он уже закрылся, спрятал свои мысли за непроницаемой маской.

— Где и когда? — выдыхаю я, пытаясь вернуть себе контроль.

Тарик смотрит на меня так, будто хочет что-то сказать, но лишь коротко отвечает:

— Сегодня ночью. В грузовом отсеке. Я сам найду Переса.

Я киваю, зная, что больше не могу себе позволить быть слабой.

— Спасибо, Тарик.

Он ничего не отвечает, но в его взгляде мелькает что-то — может быть, сожаление. Может быть, страх.

Но я не могу себе позволить задумываться об этом сейчас. У меня есть цель. И теперь у меня есть надежда.

Тарик двигается. Он закрывает мою фигуру своей спиной, будто защищая от невидимой угрозы. Его руки ложатся на мои плечи, медленно, нерешительно, а затем сильнее прижимают меня к себе.

— Ты не должна благодарить меня так, — его голос звучит хрипло, близко, слишком близко.

Я поднимаю голову, встречаясь с его взглядом. В нем горит что-то, чего я боюсь, но в то же время не могу отвести взгляда. Что-то первобытное, что-то запретное.

— Тарик…

Но он уже не слушает. Его губы накрывают мои — неожиданно, резко, словно он боролся с этим порывом слишком долго. Вкус опасности, вкус запретного. Я знаю, что это неправильно. Я знаю, что он — часть системы, против которой я борюсь. Но сейчас, в этот момент, я забываю обо всем.

И позволяю себе раствориться в этом поцелуе.

Эта девушка не выходит из головы. И днем и ночью сиди и будто прорастает во мне каким-то невидимым сорняком, и самое, что удивительное, я не хочу избавляться от него.

Вот ведь кому расскажешь… И чувствую есть тайна, которую она оберегает, только как бы докопаться до истины, если девочка считает, что ей хватит сил бороться со мной.

И к слову, борьба то будет крайне увлекательной. Как сама еще не понимает, что это заведомо провал, а так…я мог бы устроить ей безбедную жизнь, лишь бы подчинялась. Но такие, как Айнея сломаны. Нет в их системе этой простой функции, от того и судьба их удручающая, потому что сами не хотят улучшить себе жизнь.

Прохожу мимо двух роботов, что тут же останавливаются по стойке смирно.

— Где Тарик?!

— Господин Президент, в отсеке с заключенной…

Резко вскидываю на них глаза и склоняю голову набок. Эти бездушные машины, в них только автоматики, но сейчас я готов сжечь их одним чертовым лучом.

— Свободны! — рявкаю не своим голосом, а сам стремительно шагаю в сторону своего кабинета.

Хм. Интересно, дитя Ареса, что же ты задумал, а?! Для чего тебе вдруг понадобилась моя пленница?!

В считанные секунды оказываюсь в нужном отсеке и закрываюсь, выводя в пространство меню и данные всех камер. Ищу нужные, что спрятаны в ее отсеке, и включаю все одновременно.

Догадки выстреливают одна за другой. И более того, ни одна из них мне не нравится. Но терпение, Ренар, терпение.

Смотрю, как девушка испуганно и вместе с тем воинственно выглядывает. Реагирует на него так, будто не ждала.

Или наоборот ждала?

Увеличиваю ее, всматриваясь в реакции, и эти эмоции, они сбивают с толку. Сбивают тем, что ни у кого таких нет. Ни у одной особи нашей галактики, черт возьми.

Прищуриваю взгляд, наблюдая, как они разговаривают, как мой подопечный даже обещает безопасность…

Занятно, Тарик, очень занятно. В правой руке наливается энергия, чувствую, но сбрасываю, пытаясь смахнуть это напряжение.

Помехи заглушают слова, и я даже смеюсь умениям Тарика. Не устану повторять, что не зря его выбрал. Он сбивает своим полем мне энергии, выбивает из строя систему, подлец.

Наблюдаю за ними без слов, а энергия уже клубит короткими вспышками из пальцев, и усмирить ее не удается.

Она хватает его за руку, что-то просит. Определенно, просит. На долю секунды это выражение лица, которое почему-то въедается в память. Будто она резко становится другой, а затем вновь холодный настороженный взгляд.

Черт!

Проматываю момент, снова вглядываясь в естественные черты лица. Снова и снова просматриваю, выискивая и сам черт его поймет что, но буквально вижу перед собой ее другую сторону, которую она умело прячет.

Помехи становятся все сильнее, картинка даже рябит, чертов воин Ареса.