Чтение онлайн

…

Он не знал, как долго идёт. Небо затянуло тучами, и определить время было трудно. Но он не смотрел на небо. Его не интересовало время.

Его интересовала только месть. Всё остальное казалось ложью. Или чем-то, ещё более чудовищным. И поэтому он шёл вперёд, в направлении, которое, как он надеялся, было верным. Шёл, чтобы воздать почести другу, погибшему за него.

Внезапно он понял, что не один. А через несколько секунд увидел грациозную фигуру с луком наперевес, бесшумно заступившую ему путь.

Когда-то этот эльф источал поистине царское достоинство. Но сейчас безупречно забранные в хвост волосы были беспорядочно растрёпаны, рубашка измята и разорвана, неизменный цветок сгинул неизвестно где, безупречное лицо порезано и залито кровью, а глаза горели нездоровым, лихорадочным огнём. Впрочем, ждать от него промаха с пятнадцати шагов всё равно не приходилось.

– То же самое... Ты... – произнёс эльф таким тоном, будто это было страшнейшее из возможных ругательств. – Я так и знал... Эта мерзкая, невозможная скверна – от тебя.

Он не мог защищаться. Меч висел за спиной, обе руки были заняты. Он и не хотел.

"Прости, Троэн..."

Беззвучная белая вспышка на мгновение озарила окрестности. Правый висок обожгло – выпущенная дрогнувшей рукой стрела слегка задела его.

Эльф лежал без сознания, лицом вниз. Из-за его спины вышел тринадцатилетний мальчик со слегка зеленоватой кожей и очень усталыми глазами.

– О, Великое Солнце... – скосив глаза вправо произнёс мальчик неожиданно взрослым голосом, и неожиданно взрослым жестом прикрыл глаза, – Невероятно... Сергей, – он вновь поднял взгляд, – Сергей! Ты слышишь? Ты понимаешь меня?

– Я понимаю тебя, Мурт.

– И то хорошо. – мельм опустился на колено рядом с лежащим эльфом и проверил его пульс. – Я уж испугался, что ты умом тронулся, как и Риадаил.

– Возможно, что так и есть.

– Слушай, с Троэндором... Я соболезную. – зрелое, искреннее, отточенное сочувствие на детском лице.

Сергей коротко кивнул, промолчав.

– Ночью я чувствовал страх и смерть. – Раэрктах закончил осматривать эльфа, но не стал вставать, а окончательно уселся на траву. – Почти три сотни охранителей бежали из Леса. Но не все... Двое моих погибли. Довольно скверно погибли, надо сказать. А потом что-то произошло... Я не совсем понял, что, ощутил только безбрежное изумление и ужас ещё троих мельмов. Они сейчас в похожем состоянии. – Мурт сделал короткий жест в сторону Риадаила. – Академгородок и Академия заперты на замок – ректор мобилизовал всех. Но смерти прекратились, и я всё же упросил его выпустить меня, чтобы разведать обстановку. Так что же всё-таки произошло? Ты можешь сказать?

– Да. – ответил Сергей. Он начал рассказывать, ровно и бесцветно описывать засаду, смерть Троэндора и дорогу к удивительной поляне, чьи цветы были очень похожи на глаза таинственных существ. Рассказал о поединке. Затем Сергей прервался.

Он искал слова, чтобы описать произошедшее после.

Он не нашел их. И продолжил:

– Потом растения зашевелились и начали убивать этих существ. Они кололи их и рвали всеми этими колючками и шипами, но не только, конечно. Ветви и даже стволы нападали на них, захватывали, душили, давили их тела, дробили кости. Трава набрасывалась на них, прорастала насквозь, опрыскивая чем-то едким. Они кричали, вопили… странные крики, какие-то хриплые. Не знаю, сколько это продолжалось. Думаю, недолго – несколько минут. Потом я увидел, что держу в правой руке голову этой твари – не помню, как она ко мне попала. Больше от них ничего не осталось, даже крови. Рядом в траве я ещё нашёл кольцо – наверное, кольцо Столада. И ушёл оттуда.

Мельм ошеломлённо молчал. А Сергей, сам того не ожидая, чувствовал облегчение – даже такой невероятный, чудовищный груз мог уменьшаться, выходить со словами.

– То есть... – наконец нашёлся Мурт. – У тебя в правой руке голова этого существа?

– Да. – ответил Сергей. И впервые сам проявил интерес. – А ты что видишь?

– Это... сложно описать, – мельм снова посмотрел туда, но, не выдержав, отвёл взгляд. – Но это очень плохо. Как... растерзанная красота... окровавленная надежда... Да нет, глупости, я не могу подобрать слов. Мёртвый... вельд. – Раэрктах дёргано усмехнулся.

– Увидев это, можно сойти с ума? – Сергей захотел улыбнуться, но не смог – лицо будто онемело.

Мельм захохотал. Его смех, пусть и сильно сдобренный скрипом расшатанных нервов, немного разрядил обстановку.

– Что ж... ты поистине хорошо усвоил этот способ. – сказал Мурт, отсмеявшись. – Да, конечно же. Конечно же. Если кто-то из Лесных народов видел избиение существ, о которых ты рассказал... Видел ещё больше, чем это... – мельм резким движением, не глядя, показал на отрубленную голову, – Похоже, так и было. Но следов, говоришь, не осталось? Даже крови, только... только это в твоей руке. Почти никаких доказательств...

– "Когда идёшь по Лесу, всегда проигрываешь". – фраза будто бы вырвалась самостоятельно.

– Что? – мельм поднял на Сергея непонимающий взгляд. – Но ведь опасность миновала. И жертв... не так много, чуть больше десятка. Не пойми неправильно, я тоже скорблю... И по Троэндору...

– Дело не в этом... – Сергей осёкся, и его лицо впервые за долгое время сменило выражение, болезненно поморщившись. – ...Не только в этом. Когда я был там, я слышал их, Мурт. Слова, мысли... не знаю, что это было. Но я слышал. Они были разумны. И да, я слышал их ненависть и жажду убийства всех, пришлых в Лесу. Но я слышал и ещё кое-что. "Отец". Я слышал их любовь в этом слове. Лес создал их. Наделил разумом, душой... своей душой, вельдом этим. Может, поэтому вы и не могли их видеть. И они любили его. А он убил их. Тысячи своих созданий, любивших его. За несколько минут...

Сергей замолчал. Ему стало трудно не только говорить, но и просто дышать. Опустошение последних часов спадало, однако из-за этого произошедшее ощущалось гораздо острее. Но когда мельм собрался что-то спросить, Сергей продолжил:

– Я больше не слышу шелеста. Теперь для меня это просто лес. Хотя нет. Скорее, теперь для Леса это просто я. Ты правильно сказал, что попадание человека в Службу Охранителей – это великое чудо. И оно навряд ли случайно. В ваших мирах в этом нет ничего непонятного. "Касание судьбы", "предназначение" – множество слов и выражений, но не только. Это часть жизни. А в моём мире нет магии, там в это только верят и мечтают, порой отчаянно и беспомощно. И я мечтал, отчаянно и беспомощно. А когда невероятным образом моя мечта осуществилась... понятное дело, я почувствовал себя избранником судьбы. Даже не слишком удивился, когда смог работать в Службе – просто сказка продолжилась. А ведь это было уже второе чудо, может, и похлеще первого. Многие вокруг говорили об этом, но я... привык со временем. Просто тихо радовался, что всё так сложилось. Но ты был прав. А я увидел предназначение своего чуда. Грандиозное предательство и резня, которой мне по какой-то причине нужно было положить начало. Вот смысл и итог моей избранности. Смысл моей жизни.

– Послушай... – начал было мельм, но Сергей опять прервал его:

– Ты знаешь, где Троэндор, Мурт?

Раэрктах тяжело вздохнул и покачал головой:

– Думаю, его тело в Патлосе. Там сейчас расположилась большая торговая делегация гномов как раз из Лиги Ог-Дразд. Троэндора передадут им.

– Ясно. Ну... – Сергей хотел сказать "прощай" но отчего-то замешкался... – Ладно. Может, ещё увидимся.

Обойдя мельма, он быстро пошёл на юг.

– И всё-таки, – вдруг услышал Сергей сзади. – Почему ты так мрачно смотришь на это? Конечно, произошло нечто небывалое. И, похоже, то, что ты видел, было действительно ужасно. Но... осуждать Лес... даже если принять за правду, что несколько лет назад он дал тебе возможность слышать этот "шелест", а сейчас отнял её. И что всё каким-то невероятным образом было спланировано, чтобы совершить... избиение этих существ. Даже если допустить это – ведь Лес убил наших врагов. Он... спас нас.

– Спас нас... – Сергей остановился и устало прикрыл глаза. – Ты знаешь это, Мурт? Или просто очень хочешь верить? Нет... не отвечай. Я больше не хочу искать правильные вопросы. Я узнал всё, что нужно. Я понял, что никто, ни искусные маги, ни лучшие из Лесных Народов, ни человек из нелепого мира – никто из нас ни черта не знает, что и почему делает Лес. Хочешь верить, что он просто спас нас? Хочешь видеть в нём высшее благо? Знаю, хочешь. Вы все хотите. Те, кого Лес истребил этой ночью – тоже хотели. Что ж, надеюсь, вам повезёт больше.