Чтение онлайн

"Не может быть!
– горячо отреагировал Глан.
– Во всех анналах утверждается, что люди с Даниса ушли многие тысячелетия назад".

"Я не собираюсь обсуждать, что там понаписали ваши умники (ученые мужи, мудрые головы), я констатирую факт: на расстоянии примерно двух с половиной сотен ваших верст отсюда имеется человеческое поселение".

"Ты уверен?" - недоверчиво спросил Глан.

"Абсолютно".

"И сколько там людей, Шур?"

"Трудно сказать, - после недолгой паузы ответил Шуршак.
– Между нами и поселением мощная аномалия магического свойства".

"И все-таки, - не унимался юный Охотник, - сколько их там, хотя бы приблизительно?"

"Не меньше трех сотен, не больше полутора тысяч", - сухо выдал формик.

– Удивительно!
– громко воскликнул Глан, чем отвлек магов от их вялотекущего диспута. Пришлось юноше пояснить причину своего изумления.

– Ничего странного в этом нет, молодой человек, - тут же поспешил высказаться бородатый Кельин, - примитивные дикари, испокон веку обитают мелкими поселениями вдоль всего побережья Даниса.
– И скуксившись, будто от глотка концентрированного уксуса потряс плечами.
– Бррр! Я им не завидую. Мало, что всякая нечисть из глубины материка валом валит, предприимчивые дельцы с Зеланды, Малева и прочих вольных пиратских территорий время от времени устраивают набеги с целью захвата рабов.

– А для чего пиратам рабы?
– наивно поинтересовался Глан.
– Насколько мне известно, они проповедуют идеалы свободы, равенства и братства.

– Ну да, - на сей раз юноше ответил Гальций, - свобода равенство и остальные блага для людей первого сорта - моряков, бойцов абордажных команд и остальных "свободных граждан и их семей". Все прочие люди и нелюди, имевшие несчастье оказаться в лапах морских разбойников, должны усердно трудиться на сахарных и фруктовых плантациях.

– А как же на это смотрят просвещенные правители государств Хаттана, чьи подданные влачат позорное рабское существование в пиратском плену?

– Никак, - откровенно усмехнулся Кельин и тут же пояснил свою мысль: - У самих рыльце в пушку. Официально рабства на Хаттане как бы, не существует, но...
– бородач сделал интригующую паузу, - но, есть такие понятия как "военнопленный" или "осужденный преступник", "безнадежный должник". Таковых не грех продать любому желающему, чтобы впоследствии использовать в качестве дармовой рабочей силы. Не совсем дармовой, конечно. Кормить, поить, одевать, обувать, короче, обеспечивать минимальным жизненным комфортом их все-таки приходится. Зато взамен незначительных затрат, владелец получает практически бессловесную рабочую скотину.

– Ну а если раб наотрез откажется вкалывать на своего хозяина, мол, режьте меня на кусочки, все равно отказываюсь гнуть спину на эксплуататора.

– Э, милай, - ехидно ухмыльнулся бородатый чародей, - а для чего, по-твоему, существуют так называемые "смирительные ошейники"?

– Что за смирительные ошейники?
– захлопал глазами юноша.
– Никогда о таковых не слышал.

Маги дружно переглянулись, также дружно покачали головами, дескать, такой большой мальчик, а прописных истин не ведает.

– Видишь ли, Глан, - на этот раз заговорил Гальций, - труд раба издавна считался самым непроизводительным, поскольку нереально ожидать от подобного трудяги максимальной отдачи душевных и физических сил. Для того, чтобы стимулировать подневольного работника, необходимо сделать так, чтобы именно труд стал основной целью его жизни, и еще, чтобы он искренне возлюбил своего хозяина. Только в этом случае мы получим идеального исполнителя, готового вкалывать от зари до зари без еды и перекуров. Для этой цели магами еще в незапамятные времена и были изобретены смирительные ошейники.

"Естественное стремление разумной материи от хаоса к порядку", - ненавязчиво вмешался в общую беседу Шуршак.

Не подозревавшие в скромном муравье-переростке носителя высокого интеллекта чародеи начали удивленно озираться, в поисках источника ментального посыла. Но, не обнаружив такового, испуганно посмотрели друг на друга и недоуменно пожали плечами.

Глупый вид Гальция и Кельина здорово позабавил юношу. Вдоволь отсмеявшись, он, наконец, представил своего друга обалдевшим чудикам. Каждый из них знал о существовании популяции разумных гигантских муравьев на острове Берахли, но персоналия Шуршака абсолютно не соответствовала каноническому образу муравья-трудяги - представителя коллективного разума, неспособного существовать вне муравьиного социума. Пораженные до глубины души маги долго отказывались принять как данное, что какое-то насекомое способно интерпретировать факты, далеко выходящие за рамки его физиологических потребностей. В конце концов, они, конечно же, поверили, но столь кардинальный переворот в мозгах стоил им неоправданного расхода огромного количества нервных клеток, кои, как известно, хоть и восстанавливаются, но очень медленно.

А совсем скоро между новыми знакомыми завязалась интересная беседа полемического свойства. Шуршак подкинул магикам для затравки парочку спорных тезисов. Что тут началось - концерт, да и только. Брызжа слюной ученые мужи пытались опровергнуть умозрительные построения хитроумного формика. Муравей с легкостью изощренного демагога отражал их нападки.

Глан не участвовал в научном споре, поскольку был далек от обсуждаемой темы. К тому же, увлеченные диспутом чародеи напрочь забыли о том и где находятся, и о насущной необходимости проявлять бдительность. Пришлось Глану взвалить на свои сильные плечи заботу о безопасности своих беспечных товарищей и, конечно, себя, любимого.

Как и планировалось заранее, до места назначения добрались к обеду. Глану здесь определенно не понравилось. Да и кому может понравиться выжженное до основания пятно земли диаметром в пару сотен саженей, с мрачной черной скалой размером с трехэтажный дом посередине, напоминающей клык какого-то гигантского животного. Вне всякого сомнения, не так давно здесь творилось нечто такое, что от произраставшей растительности остался лишь легкий налет серебристого пепла и глубокие каверны от выгоревших дотла прямо в земле корневищ деревьев. Если на поляне в момент пожара находились люди, то им оставалось лишь посочувствовать, поскольку из бушевавшего здесь ада вряд ли кому-то удалось вырваться живым и невредимым.

– Тридцать магов, - грустным голосом подтвердил его подозрения Гальций.
– Сгорели в считанные мгновения. Никто даже щит не успел поставить или еще какое контрзаклинание.

От этих слов Глану впору бы испугаться и каким-нибудь образом попытаться отказаться от выполнения задания, хотя бы попросту дать деру. Но, вопреки здравому смыслу, в его душе проснулось гипертрофированное чувство самолюбия и профессиональной гордости, мол, у вас - магиков не вышло, у меня - простого человека получится пренепременно.

– Вы как хотите, парни, - обратился он к своим попутчикам, благоразумно устраиваясь на мягкой травке вне выжженной зоны неподалеку от весело журчащего ручейка, вытекавшего из-под сумрачного полога лесной чащи, - а мне необходимо хорошенько подкрепиться. Приглашаю всех желающих отведать яств, положенных в эту корзину заботливыми ручками моей любимой женщины.

Гальций и Кельин манерничать не стали и без лишних уговоров составили компанию юноше. Формик, ограничился лишь горстью сахара в качестве легкой закуски, а за основным обедом подался в лес. Пребывал он там не более десяти минут. Кем на этот раз перекусил Шуршак, остальные члены экспедиции так и не узнали, но вернулся он в весьма приподнятом состоянии духа.