Охотник за головами
Шрифт:
– Да. И дал объявление в завтрашние газеты. Нужно пользоваться моментом, пока паника не утихла.
Как только телефон освободился, Арти Фрипп, мигом забывший о своем увечье, начал звонить поставщикам. К 11.00. персонал, вышедший на работу за двойную плату, разбирал поток заказов. Только тогда улыбающийся Фрипп смог присесть и полюбоваться на мелькающие в японском калькуляторе зеленоватые цифры. Кто знает, может в этом году ему светит что-нибудь получше Багам. Допустим, Французская Ривьера.
"Да, Ривьера, – подумал Арти, набирая номер. – Там все бабы загорают без лифчиков".
8.05
Авакумович закончил работу.
Комната пропахла суперклеем, а голова у него кружилась от химикатов. Он встал из-за стола, потер красные от усталости глаза и подошел к окну глотнуть свежего воздуха. Где-то неподалеку запела птица.
Вернувшись за стол, он взял в руки тыкву. Он был доволен собой – удалось получить три довольно четких отпечатка.
Теперь об их владельце было хоть что-то известно.
9.00
Школа кун-фу "Маленький Дракон" находилась на Марин-драйв, в самом сердце Северного Ванкувера. Она была открыта всего три дня в неделю, и ее владельцем и единственным работником был парень по имени Брюс Вонг, главным горем в жизни которого было то, что он не родился Брюсом Ли.
29 октября, в пятницу, Вонг напечатал рекламу своего заведения в "Норз Шор Ньюс" и стал ждать клиентов. К понедельнику их было двое. Когда вечером этого дня лавина звонков наконец стихла, к ним прибавились еще четыре – все женщины.
В середине дня Брюс Вонг сбегал в соседнюю парикмахерскую, позвонил оттуда и договорился о съеме дополнительного помещения.
9.40
– Что ж, – сказал инспектор Чан. – Позвольте мне начать.
Он стоял у черной доски в актовом зале штаб-квартиры рядом с Макдугаллом. На стульях расположились сотрудники оперативного отдела.
– Во-первых, вам следует знать, что наша компьютерная система имеет доступ к центральной полицейской справочной сети в Оттаве, что позволяет немедленно получить любые сведения о преступности в любой части страны. Во-вторых, наши специалисты разработали специальную программу для этого дела под кодовым названием "Головорез". В первую очередь в нее введены файлы всех документов, поступивших во все полицейские отделения страны за последний год. Эта система – мы называем ее "простыня", – связана с ИНТЕРПОЛОМ. В дополнение – прошу обратить на это особое внимание, – туда введены данные о всех сексуальных преступлениях, выявленных при расследовании дела Клиффорда Олсона. Программа, снабженная специальными критериями поиска, включает все данные об этих лицах, такие, как номера их машин и место жительства.
– Что конкретно? – спросил один из полицейских.
– Критерии поиска включают в себя имя, дату рождения, возраст, рост, вес, расу, цвет волос и глаз, место жительства и номер машины и лицензии. Конечно, данных может быть и меньше, – Чан прервался и отпил остывшего кофе из стоящей рядом чашки. – Как только мы получим хоть какое-то описание Охотника, мы сличим его черты с имеющимся списком сексуальных преступников. А теперь прошу вопросы.
Вопросов не было, и Макдугалл подвел итог:
– Ладно. Вы все знаете, что случилось ночью, и знаете, что это значит. Все слушали вчера суперинтенданта. Так что все ясно.
Макдугалл повернулся к инспектору Чану, и тут кто-то из собравшихся заметил:
– Ну вот, он даже не сказал: "А теперь начинается настоящая работа".
Но никто не засмеялся. Полицейские редко смотрят детективные сериалы.
10.35
В информационном центре КККП в Оттаве было 24 тысячи отпечатков пальцев из одной только Британской Колумбии.
Сержант Джеймс Родейл пришел в компьютерный центр, чтобы получить информацию, обещанную летучим патрулям. Случайно он оказался рядом, когда телетайп передал из Оттавы ответ на запрос Авакумовича. Сержант застыл на месте, глядя, как бумажная лента выползает из отверстия. Отпечатки на тыкве, как говорилось в ответе, принадлежали некоему Фрицу Сапперстейну, проживавшему, по последним данным, в Ричмонде.
Родейл жил там же. Он оторвал листок, оставив Авакумовичу копию, и отправился искать Бешеного Пса – Эда Рабидовски.
10.45
Утро добропорядочные жители Ванкувера и его пригородов провели в нетерпеливом ожидании выхода "Сан". Появившись, газета была распродана в считанные минуты. Надежды горожан оправдались: убийству монахини было посвящено две страницы плюс две дополнительные полосы фотографий.
В дополнение газета поместила несколько интервью с женщинами на улицах. Вот что они говорили: "Теперь я не выхожу из дома без кухонного ножа в сумочке. Пускай полиция говорит, что это противозаконно. Охотник за головами меня просто так не возьмет".
"Монахиня! Господи Боже! Неужели ни одна женщина не может чувствовать себя в безопасности? Если Городскому совету не хватает средств на полицию, пусть взыщут по 10 центов с каждого мужчины в городе".
"И чего все так шумят? Охотник – это просто крайнее выражение опасностей, которым подвергаются женщины каждый день. Я езжу на автобусе, и, поверите ли, не проходит дня, чтобы какой-нибудь пьяный урод не попытался меня облапать. А на днях один подошел ко мне и начал: "Вы одна? Неужели не знаете, что по городу бродит убийца? Позвольте проводить вас до дома". Ну, я ему сказала – не буду повторять. Так вот, неужели мы позволим, чтобы мужчины под предлогом нашей безопасности провожали нас домой и лезли с грязными предложениями? Да скорее... простите, просто не хватает слов!"
"Я бы у всех сексуальных маньяков – а по-моему, это большинство мужчин, – отрезала их вонючие причиндалы. Вот и все, сестры".
12.02
В детстве Мэттью Полу Питта поставили ошибочный диагноз "замедленное развитие, но без психических отклонений". В результате из 28 лет, прожитых им, 24 этот австралиец провел в различных лечебницах.
Мэттью Пол Питта патологически ненавидел свою мать. Она покончила самоубийством, когда мальчику было четыре года. Отец Питта поместил обоих сыновей в интернат; одного он позже забрал, а маленького Мэттью оставил. С тех пор он ненавидел мать – если бы она не убила себя, семья бы не распалась.
Его действительной болезнью была дислексия – расстройство ума, при котором даже нормально развитый человек не может читать, писать или считать из-за неспособности сосредоточиться. Первоначальный неправильный диагноз так и не был впоследствии изменен, и озлобленный, замкнутый ребенок провел почти всю жизнь в школах для отсталых, окруженный людьми, с которыми не мог и не хотел общаться. В результате он действительно повредился в уме и к моменту бегства из Куинслендской психиатрической больницы два года назад был типичным субъектом с пограничной психикой.