Охотник за мертвыми
Шрифт:
– Да... не знаю откуда, правда. У каждого из нас, есть по вот этому камешку, что держит жизнь в нас. Бери его и на колонну ту клади.
– Вот оно как...
«...но император должен уметь жертвовать даже близкими друзьями»
– Все просто – на его лице появляется улыбка, которую я помню с детства.
– Эх, жаль, дедушка так быстро ты ушел... А ведь я в институт поступил, физиком ядерщиком стал...
– Молодец, что могу сказать. Приятно слышать. Как там родители?
– Здоровы, по крайней мере когда я их в последний раз видел.
В глубине души я знаю, это тоже иллюзия, умно составленная из кусочков того, что нашлось у меня в голове, но я вновь об этом забываю и мирно болтаю с дедушкой, рассказываю ему все, что случилось со мной в Алерии и прошу совета. И словно он снова рядом... Он такой, каким я его запомнил.
– Вот что я тебе скажу, внучек. Ты все правильно делаешь. Фашисты мнили себя победителями, но в результате мы гнали их до самого Берлина, где и разделались с ними окончательно. Эти нолдорцы тоже себя кем-то возомнили, так устрой так, чтобы они тоже бежали. Уж не мне тебя учить. Бери камень и действуй, партизан. Гони их до самого ихнего Норсидиала, чтобы знали наших!
– Спасибо, дедушка.
Старик передает мне камень, а сам осыпается прахом. А в душе моей оседает уверенность в своих силах. Спасибо, дедушка за совет, я запомню.
– Мария, прости меня, что не уберег тебя там, на той арене...
– Ты и не виноват. Я сама потеряла бдительность, положилась на другого и поплатилась.
– Если выберусь из этой передряги – обязательно разыщу твоих родственников и передам им твой дневник. Они имеют право знать.
– О большем я и просить не могу. Там в дневнике ты найдешь мой адрес.
В моей руке остается небольшой кристалл, а в душе оседает какое-то не то чувство... Долг? И мне кажется, что я становлюсь от этого еще чуточку сильнее.
С охотниками диалог был короток, просьбы отомстить за них, да мучить некромантов подольше, с Торреви мы чуть дольше толковали, он расспрашивал про сына, а я про него многого сказать не мог – только то, что Иллиал за ним присматривает и все хорошо.
Последней из тех шести, с кем я говорил была Инвил. Не знаю, сколько мы говорили, наверное несколько часов. Потом, наконец, она едва ли не силой вручила мне свой камень и попросила не оглядываться назад. Добрый совет, правильный. Жаль только исполнить его и забыть ее я едва ли смогу.
Когда последняя фигура распалась прахом, я подошел к колонне. Я устал, хотелось спать, но было не время. Шесть камней легли в шесть углублений и мягко засветились. Колонна дала трещину, потом еще одну и, в конце концов развалилась. Первородная энергия вновь свободно потекла, пронизывая все вокруг. Я вновь маг!
Огромный валун сзади комнаты ушел под землю и оттуда в пещеру ворвался порыв дурманящего горного воздуха.
Среди осколков колонны лежал металлический цилиндр, в котором нашелся стеклянный сосуд с тонкой иглой, в котором в свою очередь плескалось что-то темное. На вскидку миллилитров сорок, хотя могу ошибаться. Итак, как бы намек на то, что вводить надо внутривенно.
Не испугаете!
Я сел на камень, закатал рукав и за неимением спирта, протерев руку водой из фляги, ввел иглу и выдавил внутрь все содержимое шприца, после чего отбросил его в угол и прислушался к себе. Сначала я не чувствовал ничего, потом по телу пробежал холодок, а потом голова едва не взорвалась от сотен голосов что-то шепчущих, о чем-то споривших. Понадобилось почти полчаса, прежде я смог их унять и начать воспринимать реальность более-менее адекватно. Едва позволило состояние я покинул пещеру через открывшийся выход и, просто подчинив, даже не убивая и не превращая в нежить, дикого ворлака двинулся в свою крепость, где заснул, едва добрался до кровати в башне...
***
– Вы уверены, мой Император, что нет иного выхода? Кровь Хаоса слишком опасна и по старым записям может разрушить весь наш мир.
– От него и так ничего не останется, если Нолдор одержит победу. Поэтому мы и едем сюда.
– Ну и туман! Говорят тут в этих лесах что-то поселилось. Ходят байки о том, что мертвецы выходят из склепов в огромном количестве, вооруженные и клянуться изничтожить Нолдор. А потом исчезают в тумане.
– Росказни. Если бы хоть половина из всего этого было бы правдой...
– Согласен. Но все же наличие такого тумана не очень, как бы это сказать... типично для Южных гор.
– Константин. Вы не даром стали моим советником, но сейчас нас ничто не должно отвлекать. Скажите, вы передали Совету мое поручение?
– Да, конечно.
– И что они?
– Покряхтели, мол не дело, но одобрили. Кандидат на ваше место есть, так что рисковать можно...
– Слушай меня внимательно, Константин. Сейчас, пока никого нет рядом, можно отбросить формальности. Ты был добрым другом все это время, и я ценю это, как и ценил, я надеюсь мой предшественник. Тебе скорее всего придется послужить еще и при следующем императоре, так что... Будь готов и скажи своим людям, чтобы прикончили Биллига желательно до следующей осады. Будет идеально, если он сорвется со стены Аррасской, мол де случай несчастный, и им толстяки перекусят.
– Служу Алерийской Империи, как и Союзу служил.
Император улыбнулся и покачал головой. Старый вояка неисправим.
– А теперь ждите здесь. Дальше могу идти только я один.
Капля крови капнула на печать и скала сдвинулась в сторону, пропуская императора.
Элитная охрана императора расположились у входа и стали ждать. Однако, не прошло и двух часов, как император вышел из лесу, наверное покинув подземелья через другой выход, буквально белый от стараха.
– Там кто-то был. Крови уже нету, хрустальную колонну и весь хрусталь что на поверхности тоже унесли, даже взрывчатку из ловушки с мертвяками утащили, а след теряется... Судя по всему кровь хаоса уже нашла нового носителя...
– Хозяйственные какие – хмыкнул Константин – и глубоко задумался... Ох недаром здесь этот туман...
Глава 16 Удар проклятого.
Быть героем, который осядет со временем в местных легендах, исказиться через призму людских предрассудков, мне не хотелось. Да и едва ли будет корректно с образовательной точки зрения рассказывать детям о герое, который обманул целую страну, спер древнюю реликвию императоров и набрал себе войско нежити, а ко всему прочему еще гробанул церковь. И совсем уж не патриотично будет упомянуть, что герой этот вообще говоря не местной закваски.