Чтение онлайн

И с этим надо было что-то делать! Но что?!

Все мои усилия встретиться с Раулем заканчивались с одним и тем же результатом. Я очень четко ощущала его присутствие неподалеку, но, когда я намеренно в одиночку углублялась в лес, надеясь на то, что он приблизится ко мне, дядя, по каким-то неведомым мне причинам, этого не делал.

И это в то время, когда мне так нужен был его совет!!!

И хотя я понимала, что все это только для моего блага, мне трудно было даже взять себя в руки, не то что принять какое-либо решение.

Последние анималы покинули породивший нас мир во времена моей прапрабабки. Та была одной из них. Тех, кто, пересекая границу миров, продолжал верить, что все еще может измениться.

Увы… но этого не произошло, и наша раса разбрелась, найдя себе приют везде, где жили люди. Скрываясь среди них.

Кого винить в том, что нам не нашлось там места, теперь, по прошествии нескольких веков, вряд ли возможно узнать достоверно. Став изгоями, многие считали причиной своей нынешней участи уникальные способности, которые давали нам много преимуществ по сравнению с людьми – единственной, кроме нас, расой, населявшей Ялаю.

Кто-то, ссылаясь на своих предков, говорил о сказанных когда-то провидицей словах, сути которых уже давно никто не помнил, но продолжали утверждать, что все происходящее с анималами в последние годы перед вынужденным бегством полностью соответствовало пророчеству. И если бы правитель прислушался к тем, кто вещал о предстоящей трагедии…

Кто-то, не веря в предсказания, способные хоть сколько-нибудь повлиять на приведшие к нашему уходу события, находил в старых хрониках истории, в которых прекрасная представительница нашего рода отказывала во взаимности кому-нибудь из человеческих владык того мира или даже самому главе Малого круга. За что и пострадали все анималы.

Но как мне кажется, моя бабушка относилась к тем немногочисленным, кто точно знал, почему мы стали скитальцами. Знала от своей матери, а та от своей. Но когда я спросила ее об этом, она, с грустью посмотрев мне в глаза, ответила очень неожиданно: «Придет время, и я расскажу тебе все. И единственное, о чем я прошу предков, чтобы ты не узнала об этом после того, как станет поздно что-либо изменить».

И мне оставалось лишь надеяться на то, что из всех моих сестер не я одна задала этот вопрос и услышала подобный ответ.

– Тиана, – голос Ингвара раздался так близко, что я вздрогнула, – к вечеру мы будем в Корле. Я собираюсь устроить небольшой привал. Все равно до захода солнца доберемся. Не хочешь выбрать место?

Это была… сложно сказать какая по счету попытка демона вернуть меня в реальность. И я, как ни хотела, не могла объяснить не только принцу, но и всем остальным из нашей компании, старательно помогающим ему в этом деле, что им на это не стоит рассчитывать. Уж если я сама не могу справиться с тем, что творится у меня в душе…

Но тем не менее я осмотрелась по сторонам. Паника паникой, но наслаждаться ею лучше в ласкающем глаз интерьере. А теперь, когда вместо унылой серости паутиной переплетающихся веток глаз радует нежное зеленое кружево совсем еще юной листвы, отказаться от возможности подобрать самое очаровательное место я не могла. Все кошки по своей природе эстеты. И этому не может помешать даже плохое настроение.

– Мне кажется, или там зелень ярче? – Я качнула головой чуть в сторону от тропинки, по которой мы пробирались, предпочтя не выезжать на тракт.

Вместо ответа Ингвар скосил взгляд на Марика, который, разделяя мои чувства, тоже предавался меланхолии. Не обращая никакого внимания ни на демона, ни на его лошадь, с которой у него сложились весьма непростые отношения. И не только потому, что связываться с чистокровным драгуром было опасно, но и потому, что это была кобыла. А женщин мы с ним не обижали.

А вот Неру, который едва ли не единственный из всех продолжал сохранять присутствие духа, пришпорив своего скакуна, направил его к зарослям кустарника, на который я и указала.

Ну а я смотрела ему вслед, не в состоянии вновь поднять взгляд на принца, откликнуться на старания которого, как бы этого ни хотела, у меня не получалось.

Мой взгляд цеплялся за мелочи, замечая россыпь робких, похожих на крошечные белые звездочки цветов, которые не пугала ночная изморозь. На птицу, которая сидела на еще не полностью покрывшейся листвой ветке и наблюдала за нами, очень по-человечески склонив голову. На пряный запах, вплетшийся в аромат просыпающегося леса, который вдруг стал ярче под легким порывом ветерка, заигрывающего с моими распущенными волосами.

Пряный запах…

Куда только делась рассеянность!

– Неру! Нет! Кармачи!

Мой крик разорвал царящую вокруг тишину. И не успел он еще затихнуть, отозвавшись шелестом крыльев взметнувшейся в небо птицы, как поднялся на дыбы драгур демона, защищая хозяина от стремительно вылетающей из кустов твари, довольно распространенной на Торсане, но от этого не менее опасной.

Все остальное было быстро, страшно и… неизбежно.

Когда я соскочила с замершего Марика на землю, Тамар и Хакан уже стояли рядом с Неру, принявшим на себя первую атаку кармачи, похожего на варана-переростка. Ингвар, не обращая внимания на удивленный взгляд Алексея, бросил молниеносно спешившемуся Ренарду один из полудюжины своих мечей, кивнув в мою сторону. Сам же ринулся к своим воинам.

Вряд ли он не знал, в чем основная опасность этих зверюшек.

В отличие от большинства такого рода существ, выведенных в древности склонными к уединению магами для охраны своих жилищ, эти считались условно разумными. Кое-где их даже приручали, используя вместо сторожевых собак. А если кармачи с рождения рос рядом с ребенком, то становился для него самым верным спутником. Защищая своего хозяина без сомнения и жалости.

Вот только взять новорожденного звереныша из логова было практически невозможно. Мать боролась за свое потомство до последнего. А имея вместо кожи твердый панцирь, похожие на остро заточенные лезвия когти, которые появлялись неожиданно для противника, да поразительную для внешней неуклюжести скорость, сделать это было несложно. К тому же ни одна из существующих в этом мире магий на них не действовала.

Это не значило, что справиться с ними было нереально, но для тех, кто сейчас стоял напротив разъяренной самки, было не по силам.

– Это опасно.

Голос Ренарда, который вдруг оказался рядом со мной, был тих, но спокоен. Впервые за те дни, что прошли с того момента, как он дал мне клятву.

Как же просто было все еще так недавно и как сложно стало, стоило мне заглянуть в глубину его глаз и увидеть там то, что он прятал за кипящей в его душе болью.

Сколько же самообладания нужно было иметь, чтобы, разговаривая с тем, кого он назвал своим покровителем, и ощутив мое присутствие, удержать свои чувства в узде, ничем не выдав себя! А потом и последовать за нами, твердо зная, чем может грозить ему разоблачение.